Согретые любовью - Кэрол Мортимер

— ..настоящее сокровище! — раздался в коридоре голос Фелисити. — Не понимаю, почему она до сих пор не открыла собственный ресторан: он имел бы шумный успех! — Голос слышался все громче, и вот Фелисити снова вошла в кухню. — Джейн, я хочу вас кое с кем познакомить, — оживленно объявила она. — По-моему, наш гость влюбился в вашу стряпню, — кокетливо добавила она.

Джейн даже не подозревала, что через секунду ее жизнь круто изменится — во второй раз за последние три года. Она торопливо вытерла руки, обернулась с вежливой улыбкой и замерла, глядя на мужчину, которого Фелисити привела в кухню… Нет! Только не он! Этого не может быть! Ведь до сих пор ей так везло во всем! Она стала независимой! Свободной!

— Это Гейбриэл Вон, Джейн, — продолжала ни о чем не подозревающая Фелисити. — Гейб, а это Джейн Смит, которой мы обязаны сегодняшним прекрасным ужином, — и она засияла улыбкой.

Значит, сегодня целый день Фелисити вспоминала именно об этом Гейбриэле Воне! И теперь он стоял посреди кухни, напротив оцепеневшей Джейн. Конечно, он постарел — впрочем, и она не стала моложе, — но его лицо по-прежнему казалось высеченным из камня, даже когда он улыбался. Он улыбался ей. Неужели он ее не узнал?

— Рад познакомиться, Джейн Смит, — бесстрастно произнес он.

Кажется, ему уже тридцать девять лет. Темные волосы длинноваты, спадают на воротник смокинга. Красивой лепки подбородок, чувственные губы, прямой аристократический нос, но самое запоминающееся — голубые, точнее, аквамариновые глаза, оттенка морской воды у Багамских островов, где Джейн купалась давным-давно.

— Можно звать вас просто по имени? — вежливо спросил он с отчетливым американским акцентом.

Черный смокинг и белоснежная рубашка подчеркивали красоту мощного тела Гейбриэла Бона. Широкие мускулистые плечи, высокий рост он был здесь гораздо выше всех мужчин. Джейн даже пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Его губы растягивались в обаятельной улыбке. «Ох, Пол! — мысленно воскликнула Джейн. — Как тебя угораздило встать на пути этого человека?» Только самонадеянный глупец мог рассчитывать на победу в схватке с Гейбом. Теперь, когда Джейн знала, с кем собирается заключить сделку Ричард Уорнер, она искренне сочувствовала Фелисити и понимала, что та радуется преждевременно.

— Конечно, — ответила она Гейбу сдержанным тоном, которому научилась за последние три года, и похвалила себя за самообладание. А ведь ее собеседником был не кто-нибудь, а Гейбриэл Вон, причина всех ее несчастий! — Я рада, что вам понравился ужин, мистер Вон, — с достоинством добавила Джейн, надеясь, что теперь Гейб вернется в столовую. Несмотря на внешнюю невозмутимость, у нее подкашивались ноги.

Гейб кивнул, в его темных волосах блеснули серебристые нити.

— Вашему мужу крупно повезло, — заметил он. Джейн уловила скрытый в его словах вопрос.

Она с трудом удержалась, чтобы не бросить взгляд на безымянный палец левой руки, на котором теперь не было обручального кольца.

— Я не замужем, мистер Вон.

В ответ он окинул ее пристальным, бесконечно долгим взглядом. Джейн знала, что он видит: темные волосы, зачесанные назад и стянутые черной бархатной лентой, бледное Лицо без косметики, огромные карие глаза, хрупкую фигуру, надежно прикрытую скромной кремовой блузкой и черной юбкой.

Глядя на свое отражение в зеркале, Джейн никогда не замечала ни рыжеватых прядей в густых непослушных волосах, ни поразительного контраста темных волос и белой, как лепесток магнолии, кожи лица, на котором светились большие выразительные глаза. Ей всегда казалось, что ее нос слишком мал, а губы — чересчур пухлые, поэтому она не пользовалась даже блеском для губ. Косметику она вообще недолюбливала, но и без косметических ухищрений кожа ее лица всегда была свежей — цвета персиков со сливками, а глаза в окаймлении густых ресниц приковывали взгляд. Свою блузку Джейн считала строгой и деловой, однако та удачно оттеняла цвет лица, а юбка длиной до колена подчеркивала красоту стройных ног.

— Любой мужчина счел бы это обстоятельство неслыханной удачей, — произнес Гейбриэл Вон, не сводя с Джейн глаз.

— Гейб, дорогой, — вмешалась Фелисити, — мне кажется, вы заигрываете с Джейн! — Похоже, она искренне удивилась этому.

Гейб ответил ей насмешливой улыбкой.

— Дорогая Фелисити, лично я в этом нисколько не сомневаюсь, — и он демонстративно повернулся к Джейн.

Он заигрывает? С ней? Нет, это невозможно! Если бы он только знал… Но ведь он ни о чем не подозревает. Он не узнал ее. Иначе не смотрел бы на нее с таким восхищением!

Неужели она настолько изменилась? Да, годы сделали свое дело. Когда-то ее волосы ниспадали до пояса густой волной и были цвета спелой кукурузы, ничуть не напоминая нынешний цвет. Сменив прическу и перекрасив волосы, Джейн изумилась: иначе стал выглядеть даже овал лица.

Она изменилась, притом умышленно, но лишь теперь, встретившись с Гейбриэлом Воном, осознала, какое удачное решение приняла три года назад.

— Мистер Вон… — Наконец к ней вернулся дар речи, первое потрясение прошло. Она снова стала самой собой, деловитой и уверенной, и Гейба воспринимала просто как одного из гостей своих клиентов. В кухне ему не место. — По-моему, она продолжала неторопливо, но твердо, — вы зря теряете время.

Его растянутые в улыбке губы не дрогнули, однако в глазах блеснуло любопытство.

— Джейн, милая… — он намеренно затянул паузу, — я никогда и ничего не делаю зря.

Внешне Джейн осталась невозмутимой, но внутренне содрогнулась. По ее спине пополз холодок.

— Гейб, я запрещаю вам отвлекать Джейн, — со смехом вмешалась Фелисити. — Давайте оставим ее в покос, вернемся в гостиную и выпьем, — И она виновато улыбнулась:

— Джейн давно ведь пора домой. Идемте же, Гейб, — настаивала она, иначе Ричард решит, что мы с вами сбежали!

Гейбриэл Вон не поддержал шутку.

— Ричарду не о чем беспокоиться. Вы очень красивы, Фелисити, но чужие жены для меня табу.

Джейн с трудом сглотнула: она-то знала, в чем дело. Знала слишком хорошо.

— Ричард будет счастлив это слышать, — вступила она в разговор. — Фелисити права: у меня много дел. И ваш кофе остынет, — она с улыбкой повернулась к Поле и Розмари, которые вернулись в кухню, закончив разносить кофе и ликеры. Очень вовремя!

Джейн считала, что ей удалось расстаться с прошлым, но теперь события трехлетней давности всплыли на поверхность, вынырнув из глубин растревоженной памяти. Три года назад ей хотелось убежать и спрятаться — так она и сделала, но человек, который преследовал ее в кошмарных снах, все-таки разыскал ее! Гейб по-прежнему не сводил с нее глаз, не обращая внимания на настойчивые попытки хозяйки дома увести его в гостиную. Он понимал, что ведет себя неприлично, но вместе с тем прекрасно сознавал, что на этом ужине он — главное действующее лицо. Согласившись выкупить близкую к разорению компанию Ричарда Уорнера, потратить несколько миллионов, он мог позволить себе поступать, как ему заблагорассудится. А сейчас ему хотелось только одного — смотреть на Джейн.