Островок любви - Сара Вуд

Зак решил, что пора заняться поисками нового помощника. Он продолжил разговор по телефону, купил несколько пакетов акций на бирже в Гонконге и заключил очень выгодную сделку.

— У вас нет никаких идей, почему миссис Трезантон завещала дом именно вам? — спросила Джейн, когда он убрал сотовый.

— Не было других родственников. Во всяком случае, близких, — ответил он.

Но для него самого это осталось загадкой.

Странно, что Эдит оставила дом ему — городскому жителю.

Чтобы не видеть выражения мечтательности на лице Джейн, он посмотрел в окно и вздохнул. Головная боль усиливалась.

Они ехали по разбитой сельской дороге вдоль реки, которая казалась абсолютно неподвижной.

Сакс, вспомнил он название реки. Эдит любила говорить о красоте этих мест. Она приглашала его в гости, но, разумеется, у Зака не было времени.

Она относилась к нему как к сыну. Его губы слегка дрогнули при мысли о собственной матери, которая умерла семнадцать лет назад. Всего через пять месяцев после того, как от инфаркта умер отец.

Странно, он так сильно горевал тогда. Заку было восемнадцать, и он едва знал своих родителей.

Они так много работали ради его благополучия, что в пять лет он оказался в закрытой школе и начал сам заботиться о себе. Но только когда они умерли, Зак почувствовал себя по-настоящему одиноким в этом мире.

Может, поэтому он обожал Эдит. Обычно он не сближался с клиентами, предпочитая заниматься их финансами, а не личными делами. Но с Эдит все обстояло по-другому. Конечно, она постоянно поучала его, как все матери. Ругала за то, что он много работает. Но никогда он не встречал более эксцентричной и забавной дамы, чем Эдит. А в его занятой жизни было так мало места для смеха.

— Надеюсь, вам понравится дом, — смущенно пробормотала Джейн, останавливая бананово-желтый «астон мартин» на небольшой площадке для парковки у реки. Зак вышел из машины и огляделся по сторонам.

К его удивлению, вокруг не было ничего, кроме реки, кустов и заросших травой полей. Уши резало слишком громкое пение птиц, но оно было единственным, что нарушало тишину этого места.

Никаких автомобилей. Зак занервничал. Тишина угнетала.

— И где это мы? — спросил он, чувствуя себя в строгом деловом костюме не в своей тарелке.

Джейн переминалась с ноги на ногу. Ей тоже было неуютно в своем официальном костюме. А юбка короче, чем обычно, внезапно заметил Зак. И разве она раньше расстегивала блузку до середины? Нужно срочно что-то делать! Иначе его ждут неприятности.

— Э… нужно пройти по мосту. — Она показала на узенький деревянный мост, соединяющий остров с берегом.

У Зака отвисла челюсть. Он прижал руку к пульсирующему болью виску.

— По мосту? с трудом справился он с шоком.

Не хочешь же ты сказать, что дом на… на острове? ошеломленно произнес он.

Джейн в панике посмотрела на него.

— Зак, вы же читали завещание! Особняк Трезантон на острове Трезантон.

— Нет! — воскликнул Зак. Как ей только могло прийти в голову, что это удачное место? — Для чего, спрашивается, я тебя нанял? Чтобы ты заботилась обо всем и сообщала мне только самые важные моменты. И мне кажется, остров — чертовски важный момент, разве нет? И как туда проедет машина?

— Никак, — пискнула Джейн. — Нам придется идти.

— Что? Поверить не могу! — выдавил он. — Ты хочешь, чтобы я парковал мой «мазерати» прямо здесь? Посреди поля? Чтобы любой мужлан мог поцарапать его, проходя мимо?

— Мне кажется, этот район безопасный… оправдывалась Джейн.

— Безопасный! — потерял терпение Зак, злой на себя, на Джейн и даже на Эдит. Он уже успел вообразить, каково это будет — тащиться по мосту в дождливый зимний день вместе с сыном вместо того, чтобы пройти в дом прямо из теплого гаража.

Проклятье! Что теперь? Он уже пообещал Сэму дом с садом. — Я не могу здесь жить. Мне надо найти другое место, — сказал он.

— Но вы не можете, разве вы забыли?

Зак застонал, вспомнив странные требования Эдит, которые он счел старческим маразмом.

«Завещаю Закери Тэленту мой дом со всей обстановкой с тем условием, что он проживет в нем по меньшей мере год, в противном случае дом отойдет тому, кого Закери Тэлент, попав на остров, увидит первым».

Невероятно. Какому-нибудь молочнику может достаться остров с домом на сумму два миллиона.

Если, конечно, в этой глуши есть молочник, мрачно добавил он про себя.

— Ладно. Я буду проводить здесь выходные, застонал Зак.

Нельзя же разочаровывать Сэма. Но он и вообразить себе не мог, что здесь не будет кинотеатров, зоопарков и закусочных. Как же он будет развлекать восьмилетнего ребенка?

Все это невероятно. Как он мог допустить такую ошибку, позволив Джейн заняться столь важным делом?

Проклиная себя и Джейн за глупость, Зак уже начинал понимать, что пути назад пет.

Хорошо. Он, стиснув зубы, будет проводить здесь выходные в течение года. Но и речи не может быть о том, что он задержится хоть на день, пока здесь не будет нормальной дороги и ограды, чтобы сын не упал в реку.

А постоянно жить на острове, когда кто угодно может подплыть на лодке и стащить его коллекцию картин? Нет уж, спасибо.

— Возвращайся и пригони мою машину, — скомандовал Зак. — Я сам буду заниматься этим вопросом. Так что ты можешь отменить все встречи и заняться поиском для меня более подходящего жилья. Где мои картины будут в безопасности. В городе. Где рестораны. Спортивный зал. Театры. Я сообщу тебе по электронной почте, какое решение приму по поводу этого дома. Понятно? Ключи! Он протянул руку и, желая смягчить резкость этой тирады, добавил:

— Пожалуйста.

Джейн нервно рылась в сумочке.

Она была хорошей помощницей. Но стоило ей увидеть особняк Трезантон, как ее словно подменили. Теперь у нее на лбу написано, что она мечтает о семье и видит в Заке подходящего кандидата на роль мужа.

Зак взял ноутбук, попрощался с Джейн и направился к мосту. Теперь-то уж точно ему не наладить отношения с сыном.

Он надеялся, что дом поможет им с Сэмом найти общий язык. Только сейчас он начал осознавать, как это больно, когда твой собственный сын не любит тебя. Он рассказывал Эдит о своем сыне, но никогда не признавался, как сильно его ранит равнодушие Сэма.

Ему нужен только сын. Без женщин он вполне обойдется. В глазах женщин, которых он встречал в обществе, загорался алчный огонек, стоило им только узнать, кто он такой.

Зак был в чертовски дурном настроении. Он пробирался по грязной дорожке между низко свисающими ветками яблонь. Почему никому не пришло в голову вымостить эту грязную тропу чем-нибудь?