Мне нужен папа - Майя Чи

Мужчина же, завидев нас, поспешил навстречу. Он поздоровался и нагло поцеловал меня в щёку. Пока провожал Тёму до машины, не забыл обернуться и подмигнуть. В данной ситуации, я только закатила глаза и велела себе успокоиться, планируя завтра серьёзно поговорить с отцом. Игорь был видным мужчиной средних лет: высокий, широкоплечий, с тёмно-каштановыми волосами и серыми глазами. Небольшое выпирающее пузо указывало на нелюбовь к спорту, но я и не была поклонницей спортивных мужчин. Хотя Илья любил качалку…

Чёрт! Нет! Нельзя вспоминать!

Мне следовало забыть о нём навсегда, но стоило взглянуть на сына, как образ некогда любимого мужчины вставал перед глазами. И рядом с голубоглазым блондином все представители противоположного пола казались скучными уродами.

— Мам, мне тут залко, — пожаловался Артём, снова не выговаривая буквы «р» и "ж".

— Давай снимем куртку, — предложила ему и помогла раздеться, пока Игорь что-то проверял под капотом своей «Ауди».

Вскоре мы тронулись с места.

— Игорь, спасибо вам большое за помощь, — как бы сильно он меня не раздражал, банальная благодарность не помешала бы.

— Да ладно, Наташа. Никаких проблем! У меня и так выходной. Кстати, вы отлично выглядите!

— Спасибо. Вы тоже сегодня нарядный, — кинула ответный комплимент и увидела в зеркале заднего вида довольный блеск в глазах. Видимо, он старался произвести впечатление. Беда была лишь в том, что это бесполезно.

Всю оставшуюся дорогу, Игорь рассказывал о забавных событиях прошедшей недели. При этом сам давился смехом, вынуждая меня улыбаться в ответ и уточнять совершенно скучные моменты. Когда мы въехали в дачный посёлок, мужчина спросил, во сколько нас забирать. Я несколько сконфузилась от неожиданного вопроса и заверила его в ненадобности такой заботы.

— …На обратном пути нас подбросят Лиза с мужем. Спасибо вам, Игорь. Вы очень нас выручили.

Я видела, как нехотя он отмахнулся и с грустью улыбнулся, но давать надежды никому не собиралась. Тем более, что он меня не привлекал.

Едва мы попрощались с мужчиной и вошли во двор, как машина газанула, оставляя шлейф пыли за собой. И чего, спрашивается, такой нервный?

Мы с Тёмой удивлённо взглянули друг на друга, оба не понимая, к чему такой спектакль. Затем я позвонила в домофон, и спустя секунды ворота отъехали в сторону, впуская в широкий двор, в центре которого стоял небольшой двухэтажный дом.

На пороге жилища появилась Лиза и радостно нас поприветствовала.

— Это тебе от папы. Просил в гости заглянуть, — протянула ей цветы, наблюдая за её реакцией.

— Сергей Семёнович, оказывается, помнит, — улыбнулась она с нежностью. — Ох, если б мой Женя имел такую же хорошую память. Уже который год дарит только розы или лилии. Создаётся ощущение, что носит он их исключительно для себя!

— И чего это ты там бессовестно обо мне шепчешься? — выглянул из-за двери хозяин дома, также улыбаясь и махая мне рукой.

— Видал? — затрясла она букетом перед ним. — Мои любимые!

— Тю, кажется, я снова обломался, — вздохнул молодой мужчина. — Понял. В следующий раз будут разноцветные ромашки.

— Герберы, Жень!

— Точно! Надо будет записать, — теперь он уже рассмеялся.

Мы по-дружески обнялись с Евгением и все вместе прошли в дом. Машка при виде Тёмы скривилась, но как только мой галантный мужчина сказал, что у неё «очень класивое платье», девочка растаяла и любезно пригласила его на экскурсию в свою комнату. Женя же вытащил две кастрюли с мясом из холодильника и унёс из на задний двор.

Мы с Лизой тут же переместились в светлую кухню, отделанную в классическом стиле, где творился сплошной хаос.

— Тусь, ты бы приоделась, что ли? — заговорила со мной подруга, размешивая салат.

— А что не так с моим видом? — поинтересовалась и попробовала на вкус картофель. — Соли мало.

— Там рядом с блендером банка.

— Нашла.

— Понимаешь, — начинались длительные нравоучения о том, как должна выглядеть женщина, — тебе только двадцать три, а ты всё время в своём похоронном ходишь. Вот и сейчас, чёрные брюки и топ, а ещё серая кофта в придачу. Как мышь, ей Богу.

— Лизок, я ношу то, в чём чувствую себя комфортно. И топ тёмно-синий. К тому же, для кого мне наряжаться?

— Для себя, дура! — рявкнула она неожиданно. — Думаешь, на тебя мужик какой посмотрит, если будешь так одеваться? Хорошо, что про косметику не забываешь. Хоть и бледновата она у тебя, но существует.

Я обернулась и внимательно посмотрела на неё. Поймав мой пристальный взгляд, она подозрительно засуетилась.

— Колись, — заявила я ей безапелляционно.

— В чём? — нет, врать подруга не умела. Скрывать тоже.

— Сама знаешь, в чём. Вон, как глаза забегали.

— Тусь, а ты ругаться не будешь?

— Смотря, что ты мне скажешь… — рассмеялась я. Она выглядела сейчас нашкодившим котёнком.

— В общем, Илья в городе, — я застыла, — с невестой. Ты ведь знаешь же, что они с Женей двоюродные братья. Он не мог не пригласить его.

Я перевела дыхание и отложила в сторону ложку, чувствуя всем нутром, как не готова к этой встрече. Тем более, что он придёт с невестой. Наверное, первая любовь для многих становилась лишь эпизодом в жизни, но не для меня. Я слишком тяжело восприняла наше расставание и понимала, насколько сложной будет встреча спустя годы.

— Туська, ты чего? — бросила она нож и подбежала ко мне в тот момент, когда я упёрлась о край столешницы. — Не грусти так. Мы же сильные, мы справимся. Тем более, что с минуты на минуту прибудут и другие гости. Сделаешь вид, что не знаешь его. Будешь общаться с остальными, и всё пройдёт нормально.

— А Тёма?

— А что Тёма?

— Знаешь, он ведь с полгода уже как об отце интересуется. Папа ругает меня, чтоб я не скрывала от сына. Вон и вчера перед сном спросил.

— И что ты ответила ребёнку?

— Пока ничего. Но в скором времени мне придётся рассказать правду. Не буду же я его кормить глупыми байками про пропавшего отца или, хуже того, умершего.

— Мдя… — встала она рядом со мной и тоже положила ладони на столешницу. Затем ловко ими забарабанила, что-то обдумывая.

— Лиза, может я уйду?

— Что? С ума сошла? Бежать она удумала! Вот ты же хотела, чтобы Илья сына признал? Теперь увидит его. Артём ведь копия своего папаши. Авось и дрогнет сердце у него, не маленький уже, мозги есть. Двадцать седьмой год пошёл.

— Может ты и права, подруга…

Позже началась суматоха. Приехали родители Евгения и мама Лизы, а следом их общие друзья с детьми. Теперь снаружи доносился детский смех и повизгивание Марии. Лиза только закатывала глаза. Её дочь была ужасно брезгливой. Потому вскоре вошла в дом и объявила мальчикам, топающих по мокрой траве с водными пистолетами в руках, бойкот.