Прекрасная спасительница - Конни Мейсон

Анджеле было десять лет, когда мать увезла ее в Топику, быстренько получила развод и вышла за Десмонда Кента, человека, которого Анджела терпеть не могла. Саймон Эббот обзавелся компаньоном и неожиданно разбогател, напав на золотую жилу. Тогда-то Анджела и получила его последнее письмо. По словам адвоката, Саймон Эббот умер в результате несчастного случая, и девушка унаследовала его долю в прииске и все многочисленные доходы.

Анджела помнила отцовское письмо так, будто получила его вчера. Отец словно предчувствовал скорый конец и велел дочери пристально следить за партнером, если кончина окажется внезапной или подозрительной. Вскоре после этого пришло письмо от Брейди Бакстера, отцовского компаньона. Бакстер писал, что прииск истощился, и предложил выкупить ее долю доходов за баснословно высокую для выработанной жилы цену.

Анджела догадалась, что дело здесь нечисто, и наотрез отказалась. Она решила тайком отправиться в Колорадо, как только будет возможность. Ей хотелось лично увидеть и Брейди Бакстера, и прииск.

Отчим скоро нашел для падчерицы жениха. Анджела отлично понимала, что и Десмонд Кент, и Энсон Чандлер желают лишь свободно распоряжаться ее деньгами, и всячески сопротивлялась этому браку. Но приготовления к свадьбе шли вовсю. Чувства невесты никого не интересовали. Случайно Анджела услышала в церкви, что некий баптистский проповедник намеревается нести слово Божье к западным границам и что преподобный Конрад и его супруга, сестра Грейс, ищут исполнительницу гимнов. Анджела считалась лучшей в церковном хоре. Она поняла, что ей представляется возможность сбежать в Колорадо.

Анджеле удалось убедить преподобного Конрада, что ее отчим вполне одобряет ее поездку с евангелистами. Она сочинила целую историю, выдумав жениха, который должен встретить ее в Пуэбло, где они обвенчаются, а потом поедут на прииск ее отца неподалеку от Каньон-Сити.

Поэтому она потратила часть своих сбережений и тайком наняла фургон. За несколько часов до свадьбы невеста потихоньку сбежала, не оставив даже записки. Конечно, рано или поздно жених и отчим найдут ее, но, быть может, к тому времени ей уже исполнится двадцать один. Всего полгода — и она станет хозяйкой своей судьбы, доберется до Колорадо, отомстит убийце отца. В глубине души она знала, что смерть Саймона Эббота была неслучайной.

Внезапно Анджела услышала шум, доносившийся с улицы, и встревожилась. Выбежав наружу, она увидела толпу, собравшуюся перед тюрьмой. Пока она смотрела, пытаясь понять, что происходит, толпа прихлынула ближе к зданию. Некоторые мужчины держали зажженные факелы, все были вооружены до зубов. Анджела решила добираться до гостиницы кружным путем, но тут из тюрьмы выволокли человека с веревкой на шее.

Суд Линча! Она слышала, что такое еще случается на Диком Западе, но никогда не думала, что ей придется увидеть это собственными глазами. В ужасе она смотрела, как беспомощного человека повезли на лошади к старому дереву на краю городской площади.

Сердце у Анджелы замерло, когда она увидела, как конец веревки перекинули через толстый сук. Его хотят повесить! Каким же нужно быть варваром, чтобы совершить такое!

Когда обреченный повернул к ней голову, у нее перехватило дыхание. Она сразу же узнала его. Человек с веревкой на шее был тем самым, кто спас ее от пьяных ковбоев в Гарден-Сити!

Голос сердца заставил Анджелу действовать. Она понятия не имела, за что собирались повесить Рейфа, но твердо решила не допустить убийства.

— Что он сделал? — спросила Анджела первого же встречного.

— Не волнуйтесь, сестра Анджела, — ответил он, очевидно, узнав ее. — Этот парень вне закона. Он ограбил дилижанс и застрелил пятерых.

Анджела похолодела. Нет, это невозможно. На одно долгое мгновение она встретилась глазами с Рейфом. Но за эту краткую вечность девушка узнала о Рейфе Гентри все. Его стальные глаза ясно говорили о том, что он человек жесткий, но вовсе не хладнокровный убийца.

Она почувствовала, что он смирился со своей участью. На его лице застыло безразличие, он ссутулился и отвел взгляд. Анджела, работая локтями, протискивалась сквозь толпу.

— Стойте! Вы не можете его повесить. Он не убивал! Человек, державший под уздцы лошадь, тупо уставился на Анджелу.

— Вы что, из этих странствующих проповедников?

— Я — сестра Анджела. Вы не можете повесить этого человека.

— Слушайте, сестра Анджела, — попытался он урезонить ее, — это не ваше дело.

— Спасать души — мое дело, — настаивала Анджела, — а повесить невиновного — дело противозаконное.

Толпа недовольно загудела.

— Его судили по закону? — не отступала Анджела.

— Тут и суда не нужно! — крикнул кто-то из толпы. — Кучер дилижанса и тот, кто стрелял из дробовика, были хорошими людьми, а теперь они мертвы. И пассажиры тоже.

— Он застрелил пять человек, сестра, — пояснил первый горожанин со все возрастающим нетерпением. — Отойдите. Это будет неприятное зрелище.

— Нет, прошу вас! — Она с трудом сглотнула, глубоко вздохнула и звонко произнесла: — Рейф Гентри — человек, за которого я собираюсь выйти замуж. Он не мог убить пять человек. Он приехал сюда, чтобы встретиться со мной, а не грабить дилижансы.

Рейф перевел взгляд на сестру Анджелу, и его темные брови удивленно поднялись. Чего это ради ей вздумалось сказать, что он ее жених?

Она казалась хрупкой, почти неземной в резком свете факелов, золотистые волосы создавали сияющий нимб над ее головой. Правильное овальное лицо, красиво изогнутые полные губы, огромные синие глаза, в которых Рейфу почудилась на миг вспыхнувшая страсть. Его бросило в жар.

— Вы хотите сказать, сестра Анджела, что собираетесь окрутиться с этим человеком? — недоверчиво спросил самозваный палач. Он задумчиво почесал подбородок, обросший темной щетиной, явно озадаченный таким поворотом событий.

— Именно это я и хочу сказать, — подтвердила Анджела. — Он должен был встретиться со мной в Пуэбло но, очевидно, решил вместо этого найти меня в Ордуэе.

— Его поймали на месте преступления, — не сдавался заплечных дел мастер.

Рейф был совершенно ошеломлен, когда сестра Анджела обратила на него взгляд своих бездонных синих глаз и проговорила:

— Милый, расскажи этим людям, как все случилось на самом деле.

Но прежде чем Рейф успел раскрыть рот, через толпу протолкался шериф Таттерсол.

— Расходитесь по домам. В моем городе суда Линча не будет. — Он обратился к палачу: — Пусть суд и справедливость определят его вину, Пит.

— Пусть заключенный сам скажет, — возразил Пит, сердито обернувшись к шерифу. — Может, сестра Анджела говорит правду, а может, и нет. Откуда нам знать?

Численное превосходство было не на стороне Таттерсола, и он решил пойти на попятную.

— Прекрасно, послушаем мистера Гентри.

— Я говорю гораздо лучше, когда у меня на шее нет веревки, а подо мной — беспокойной лошади, — угрюмо заявил Рейф.