На месте Валерии - Элизабет Бенавент

Я выглянула в окно. Стояла ясная солнечная погода, хотя на горизонте угадывались легкие перистые облачка. Я поняла, почему Лола сбежала с работы. Если бы мне, как прежде, приходилось с утра до вечера томиться в офисе, я тоже мечтала бы вырваться на свободу. Но я точно не рискнула бы совершить побег, ибо не отличалась храбростью, во всяком случае, в подобных обстоятельствах. Пожалуй, правильнее было бы сказать «не отличалась безрассудством».

Прозвенел дверной звонок, и от неожиданности я чуть не выпала из окна. Я так и не привыкла к его адскому дребезжанию, хотя прожила в этой норке около двух лет. Полагаю, мне стоило бы поставить свечку в благодарность за спасение, поскольку квартира находилась на пятом этаже, а прямо внизу раскинулся парусиновый тент пакистанской фруктовой лавочки. Мне не улыбалась перспектива пробить навес и умереть, изрешеченной фруктовой шрапнелью в виде шипов личи.

Оправившись от испуга, я направилась к двери, так и не потрудившись набросить на плечи халат, и предстала перед подругой в старой футболке и в шортах из девяностых годов. Шорты относились к числу неубиваемых предметов одежды, над которыми время не властно. Кажется, в школе я занималась в них физкультурой. Лола смерила меня взглядом от макушки до пят и расхохоталась:

— Отпад! Валерия, я в восторге от твоих шортиков! Самый настоящий — как бы поточнее выразиться? — ретро-гламур.

Я покосилась на свое отражение в зеркале, висевшем в прихожей, и подумала, что самым ужасным в моем облике был не спортивный прикид. Оставалась надежда, что Лола проявит милосердие и посмотрит сквозь пальцы на экстравагантную прическу в стиле Эми Уайнхаус^[1]и огромную плюшку на подбородке, которую я обеспечила себе, пытаясь избавиться от прыщика, невидимого взору прочих смертных. Пряди русых волос, тусклых и безжизненных, отливали зеленью, если внимательно присмотреться. Правда, я старалась не присматриваться, чтобы лишний раз не огорчаться.

— Извини, не стала надевать подвенечное платье к твоему приходу, — ответила я с деланой небрежностью, впустив подругу в квартиру и затолкнув подальше стыд из-за того, что выглядела не краше огородного пугала.

— Нет-нет, — засмеялась Лола, — я честно говорю. Мне нравится. Тебе очень идет. У тебя восхитительные ноги, и ты зря их постоянно прячешь. Адриан, должно быть, обожает эти штанишки.

— Как же! — Я уставилась на нее как на сумасшедшую. Сомневаюсь, что Адриану в последнее время нравилось хоть что-то из моей одежды. Впрочем, как и то, что под ней.

Я повернулась к подруге спиной, поспешив устроиться с ногами в своем любимом кресле, единственном в доме. Да, я имела в виду именно кресло, а не диван. Прежде чем втиснуть в нашу «гостиную» даже небольшой двухместный диван, потребовалось бы снести как минимум одну стену. Меня разбирал смех, когда я видела интерьеры чудных компактных квартирок в тридцать пять квадратных метров, разработанных дизайнерами «ИКЕИ».

Лола выглядела неотразимо, с густой гривой темно-каштановых волос и алыми губами, — впрочем, как всегда. Я решительно не понимала, как она ухитрялась при любых обстоятельствах оставаться такой привлекательной. Порой даже у меня появлялись грешные мысли, когда я смотрела на нее, а ведь я гетеросексуалка. Всего год назад я тоже входила в число кокетливых созданий, которые всегда стараются преподнести себя в наиболее выгодном свете. Но теперь… Посмотрели бы вы на меня — настоящий Фрэггл.

Пока я с искренним восторгом разглядывала Лолу, она поправила челку и небрежно бросила сумочку на пол. Я улыбнулась, заметив торчавший из сумки красный корешок легендарного ежедневника.

— Как твоя рука? — поинтересовалась я.

— Ох! Боль невыносимая! Наверное, я заработала «локоть теннисиста». — Она поежилась, изображая страдание, но было больше похоже, что страдала она от геморроя.

— Точнее сказать, «локоть выдумщицы».

— Послушай, Валерия, такой сегодня день! Я закончила перевод, и мне не улыбалось сидеть в офисе до посинения с постным лицом, подобно моим робким невзрачным коллегам. Будь умницей, дай мне выпить. — Она плюхнулась на краешек кровати и лукаво усмехнулась. — Ух ты! Новый матрас? В прежнем вы прожгли дырки, совокупляясь, как кролики?

Я пропустила мимо ушей последнюю фразу и, встревоженная угрозой алкоголизма, сказала:

— Лола, дорогая, еще только полдень.

— Самое подходящее время для рюмки вермута!

Лола допила последние капли мартини «Россо» со смаком, как делала всегда, если напиток ей нравился, и, улыбаясь, прожевала маслину. Губы у нее были накрашены безупречно. Не мешало бы узнать у нее секрет божественного совершенства. Я покосилась на изысканный бокал с коктейлем, который держала в руках, затем на свой наряд и мысленно содрогнулась. Полный кошмар.

— А что насчет Адриана? Он как? — без лишних церемоний спросила подруга.

— Работает.

— Не сомневаюсь. Вряд ли «локоть теннисиста» — заразная болезнь. — Она расхохоталась, весьма довольная шуткой, и пояснила: — Я хотела узнать, как Адриан относится к твоей чудовищной фрустрации, из-за которой ты превращаешься в… овощ.

Я уставилась на подругу, вздернув бровь. Она вытянула руку и пару раз дернула меня за пучок, приговаривая:

— Тихо, тихо.

— На самом деле Адриан похлопывает меня по плечу и говорит, что мне надо успокоиться и тогда все пойдет как по маслу. Но…

«…он не спит со мной», — мысленно закончила я фразу.

— Какие тут могут быть «но»?

Я прикусила губу. Признаваться в том, что муж меня избегает, было невыносимо стыдно.

— Боюсь, ничего у меня не выйдет. Откровенно говоря, думаю, что с первой книгой мне просто повезло. Второй роман станет звонкой пощечиной, которая вернет меня с небес на землю. Тогда я, страдая, как всякий непризнанный гений, совсем заброшу писательское ремесло и закончу карьеру продавцом в круглосуточном «Макавто».

— Удачная фраза — это вопрос везения. Наткнуться на пару модельных туфель на распродаже, — указала она на ноги, обутые в дивно красивые лодочки с открытым мыском, — безусловно, вопрос везения. Пятьсот семьдесят страниц увлекательного романа, написанного легко, на одном дыхании, везением назвать нельзя.

— Что бы ты посоветовала как моя лучшая подруга?

— Если честно, я посоветовала бы тебе срочно сделать маникюр. — Лола закурила сигарету. — О чем твой новый роман? — Она приподнялась и дотянулась до пепельницы.

— Все как обычно: любовь и бла-бла-бла…

— Главная проблема в том, что тебе не хватает истинного вдохновения. — Лола хищно улыбнулась, выпустив облако дыма. Лениво выскользнув из ярко-алых губ, оно казалось почти чувственным.

— На что ты намекаешь? Мои отношения… — начала я.