Любить не страшно! - Дебора Тернер

— Ты можешь остановиться здесь, только возьми влево, — сказала Энджи.

— Я помню, что я в Англии!

Энджи машинально повернула голову в сторону Кейда и тут же пожалела об этом. Серые глаза скользнули по ней высокомерным взглядом и снова обратились на дорогу. Все правильно, подумала Энджи, именно таким взглядом и должен смотреть человек, владеющей международной сетью высококлассных отелей. Она нервно глотнула и напомнила себе, что сегодняшняя встреча с Кейдом Расселом — случайность, нелепая, зловещая, но случайность, через несколько минут он высадит ее возле клиники и снова исчезнет из ее жизни.

Кейд затормозил почти у самого входа в клинику — чудесным образом дорога оказалась свободной. Интересно, думала Энджи, случается ли Кейду, как простым смертным, искать место для парковки? Наверное, нет: сочетание свойственных ему безжалостной решимости и неотразимого обаяния обладают магической силой и удаляют с его пути все препятствия. Энджи отстегнула ремень безопасности и скованно пробормотала:

— Спасибо, что подвез.

— Подожди в машине! — распорядился Кейд. Энджи не подчинилась. Пока он обходил капот, она попыталась открыть дверцу, что с ребенком на руках, оказалось не совсем простым делом. Женщина с заднего сиденья снова подала голос:

— Советую подчиниться, Кейд — о-очень властный мужчина.

Полушутливая реплика прозвучала настолько двусмысленно и с таким явным сексуальным подтекстом, что Энджи стало противно. Если эта дама — Селин Рокстен, то, по-видимому, она все еще занимает важное место в жизни Кейда. Собственно, почему бы и нет? Если уж мужчина поддерживал отношения с любовницей все четыре года своего недолгого брака, то с какой стати ему разрывать связь после смерти жены?

Кейд открыл дверцу. Энджи попыталась выйти из машины, но от волнения стала неуклюжей, и тогда Кейд буквально выволок ее и малышку наружу, лишив Энджи последних остатков самообладания. Но, едва она оказалась на тротуаре, он убрал руки так быстро, словно боялся об нее испачкаться, и холодно осведомился:

— Ты в порядке?

К волнению и страху Энджи примешалось новое чувство — вопреки всякой логике она испытала облегчение, словно ее когда-то потеряли, а теперь снова нашли. Прижимая к себе ребенка, она попятилась и пролепетала:

— Да, все нормально, спасибо.

Пока медсестра вызывала по местному телефону дежурного педиатра, Энджи наблюдала, как спутница Кейда грациозно выходит из машины и не менее грациозно пересаживается на переднее сиденье. Дама была в модном, безупречно элегантном костюме, боковой разрез на юбке открывал стройные ноги выше колен. Как только за ней закрылась дверца, «бентли» отъехал от бордюра и через несколько секунд скрылся из виду, влившись в поток других машин. Очевидно, Кейд был так же рад избавиться от Энджи, как она от него.

Джинни, проснувшись, беспокойно заворочалась. Энджи отошла от стойки регистрации, села на стул и стала ее укачивать. Перед ее глазами все еще стояла фигура спутницы Кейда. Высокая, почти такого же роста, как Кейд, — а в нем было шесть футов с лишком, — темноволосая, с красивыми серыми глазами, женщина полностью соответствовала описанию, данному когда-то Аллегрой. Энджи вспомнился тот давний телефонный разговор с подругой.

— Она занимает важный пост в его компании, — объясняла Аллегра. — Кейд считает ее очень умной, он так и говорит: блестящий менеджер. Что ж, — голос Аллегры дрогнул, — по крайней мере, он не вынуждает меня краснеть за его любовницу, она очень красивая и одевается со вкусом.

Энджи сжала телефонную трубку так, что жесткие пластмассовые ребра врезались в пальцы.

— Аллегра, ты, наверное, что-то путаешь, может, у них с Кейдом просто деловые отношения? Он что, сам тебе признался, что она его любовница?

— Нет, конечно, но я не нуждаюсь в его признаниях. Я видела их вместе, и этого мне хватило, чтобы все понять. Они не афишируют свои отношения, но я чувствую, что они не просто коллеги.

— Что ты имеешь в виду? Неужели они флиртуют на людях?

Аллегра вздохнула.

— Нет, Кейд никогда не унизил бы меня таким поведением. Мне трудно объяснить, но я чувствую, просто чувствую, что между ними есть прочная связь.

Энджи вернулась к действительности. Нужно было думать о Джинни — и о том, как растянуть жалкие остатки сбережений до тех пор, когда удастся найти другую работу.

Из клиники она вышла полчаса спустя. Небо было ясное, но пронизывающий ветер предвещал холодную ночь. Энджи почему-то совсем не удивилась, услышав прямо над ухом знакомый низкий голос:

— Энджи, врач подтвердил твое предположение, что у ребенка простуда?

Держа одной рукой Джинни, другой Энджи спрятала в карман джинсов рецепт на лекарство. Она с облегчением отметила, что Кейд один.

— Да, подтвердил, — не останавливаясь, холодно ответила она. — Извини, Кейд, мне некогда с тобой разговаривать, я должна купить лекарство по дороге домой.

Кейд без труда догнал ее и пошел рядом.

— Я тебя подвезу.

До крошечной каморки над дешевой закусочной? Ни за что!

— Не стоит, мне недалеко идти.

— Нет, стоит. Не забывай, что девочка больна.

— У нее ничего серьезного, всего лишь простуда. — Помолчав, Энджи добавила не без ехидства: — А что, ты боишься заразиться какой-нибудь детской болезнью?

— Думаю, я переболел всеми детскими болезнями. — Бесстрастный голос Кейда не выдавал никаких чувств. — А ты?

— Мы с Аллегрой болели одновременно.

Энджи бросила быстрый взгляд на красивое, возмутительно красивое лицо мужчины, весь облик которого излучал властность и силу. При упоминании имени покойной жены на лице Кейда не отразилось ни сожаления, ни раскаяния. Она отвела взгляд, но опоздала, Кейд успел заметить, что она за ним наблюдала. В глубине его глаз что-то вспыхнуло и тут же погасло, но голос оставался бесстрастным:

— И все же я тебя отвезу. Дай мне рецепт, я куплю лекарство, а ты пока посидишь в машине.

Можно было не сомневаться, что острый аналитический ум Кейда уже оценил ее инстинктивную реакцию, классифицировал и отвел ей отдельную полочку. Кейд Рассел не смог бы к тридцати годам стать владельцем гигантской сети отелей, обойдя многих могущественных конкурентов, если бы его неукротимая решимость не подкреплялась мощью интеллекта. Да, состояние досталось ему в наследство, но то, что он многократно его приумножил, было его личной заслугой.

Энджи скрыла волнение под маской невозмутимости.

— Спасибо, но, право, тебе не стоит тратить на меня время.

Поравнявшись с дверью аптеки, Энджи свернула с тротуара и вошла внутрь. Кейд последовал за ней — бесшумно и целеустремленно, как пантера. Он всегда был хищником, и таким остался, подумала Энджи. Из газет она знала, что его имя заставляет людей трепетать одновременно и от уважения, и от страха.