Маленькая ложь - Слава Доронина

— Дочка, что значит планы изменились? Я ведь ждала вас с Данечкой, отпуск на месяц мне дали… — мама смотрела на меня растерянным взглядом. — Это все из-за того звонка, да? — она взяла внука на руки и крепко его обняла.

— Мам… — выдохнула я, чувствуя себя так, словно стояла над пропастью. Мне и без того было тяжело эти дни. Один неверный шаг — и полечу вниз. — Да, немного изменились планы. Можно Даню оставлю на пару дней?

— Ты к нему собралась ехать? — встревоженным голосом спросила она и, как по мне, не зря волновалась. — Не нужно, дочка…

После вчерашнего звонка из Москвы на городской номер мамы я не могла найти себе места. Олег попал в серьезную аварию. Ума не приложу, почему он попросил позвонить мне, его врач связаться со мной, естественно, не смог, и позвонил маме, сообщив ей, что Чернов в плохом состоянии и находится в реанимации. Зачем бывший муж просил меня о встрече?

— Поедешь к нему? Ну зачем? Лишь сердце себе рвать по новой, дочка… Ведь он так обошелся с тобой…

— Я поеду, мам. Может быть… это последняя наша встреча. Он бы не стал просить меня приехать, будь все хорошо. Если бы не Даня, даже не думала бы.

— А как же Сергей? Ты ему сказала?

— Он сейчас в командировке. Мы еще в прошлом месяце распланировали наши поездки. Ему не нужно знать, что я ездила в Москву, хорошо?

— Ох, не нравится мне все это, дочка…

— Ладно, мам. Дане спать пора, у нас режим. Вечером поговорим.

Я взяла сына на руки и направилась с ним в детскую, чтобы уложить на дневной сон. Он заснул спустя час, я долго читала ему сказку. Мой язык отказывался шевелиться после такого. Знаю, что в его возрасте он мало, что понимал, но я хотела привить ему любовь к книгам с младенчества. Малыш спал в кроватке и был похож на прекрасного ангела. А я снова вспомнила об Олеге. Правильнее будет сказать, не забывала. Боль от предательства близкого человека притупилась, а горечь от нашего расставания стала не такой обжигающей. Простить его я не смогла, но, возможно, не сказав о сыне, поступила еще хуже, чем он? Скоро Даня подрастет и спросит меня, где его папа, а что я ему отвечу? А если бывший муж и в самом деле находился между жизнью и смертью? Ведь он имел право знать о том, что у него есть ребенок…

На весь срок беременности я осознанно отгородила себя от всего мира, в том числе и от поддержки матери. Я тяжело ходила беременность, много дней лежала в больнице на сохранении, потому и решила полностью исключить все волнения и мысли о бывшем муже. А этот звонок из прошлого с вестью, что мужчина, которого когда-то боготворила, находится в тяжелом состоянии, болью отозвался в груди. Сердце колотилось о ребра, а ладони становились мокрыми от мысли, что скоро снова увижу Олега. Да, он предал меня, но смерти я никому не желала. И не хотела для него такой участи.

Сергею я позвонила поздно вечером сама. Он пообещал вернуться из командировки через две недели и забрать нас с сыном от мамы. Очень надеюсь, что к тому времени я уже успокоюсь, и разберусь со своими чувствами к Олегу, и все будет в моей жизни и душе, как и прежде.

— Лера, — позвала мама. — Идите ужинать!

Мы появились на кухне. Она потрепала Данечку за пухлую щечку, а я с трепетом в груди наблюдала за ними.

— Как же он быстро растет, Лер… — сказала она. — Такой славный мальчуган!

Я поставила сына на ножки, и он неуклюже побежал по полу. Внутри него словно был вживлен маленький моторчик. Едва он научился стоять, как потом тут же начал ходить, а теперь бегал, и его невозможно было поймать.

— Когда поедешь в Москву?

Рассеянная улыбка сползла с моих губ.

— Завтра утром. Билеты обратно уже купила. — Заметив, как лицо мамы посерьезнело, я продолжила: — Я уже все решила. Не нужно меня отговаривать. Как я буду потом жить, зная, что не пришла к нему, если это его последняя возможность узнать о сыне?

— Разве я произнесла сейчас хоть слово? Ты всегда была самостоятельной, Лера. И сама приняла решение скрыть от него ребенка, не спрашивая ничьего мнения на этот счет.

Это решение я приняла, потому что хотела сохранить беременность. А с такими нервами, я вполне могла ребенка потерять. Милана бы жизни мне не дала, узнай, что я беременна от Олега, а на тот момент мне нельзя было волноваться и переживать. Так что все я сделала правильно. Зато сейчас я понимала, что сильней моей любви к сыну ничего не было и нет, а тогда… Думала, умру от тоски и боли по Олегу. Вспоминать противно, как я убивалась по мужчине, который вытер об меня ноги. А день развода… это был один из самых ужасных дней в моей жизни. Олег смотрел на меня с таким презрением и ненавистью, сказал резкие слова напоследок, словно это он меня застал с мужчиной в постели, а не я его со своей лучшей подругой. И даже не пытался со мной поговорить после всего, не извинился… Просто поставил свою размашистую подпись в документе и ушел.

Всю ночь я ворочалась и не могла сомкнуть глаз, гладила темненькую головку сына и думала о предстоящей встрече с Олегом. Зачем он хотел меня увидеть? И правильно ли я делала, что собиралась к мужчине? Я понимала, что подсознательно чувствовала свою вину перед ним, потому что скрыла от него беременность и нашего общего ребенка. Но и раскрывать свою тайну я еще была не готова. Только… Что, если он в самом деле был при смерти, как и сказал врач? Тоже буду молчать?