Бывший муж сестры - Юлия Рябинина

— Девушка, — неожиданно окликает меня администратор. Я торопливо поворачиваюсь к ней, чувствуя, как мои щеки горят от бестактных вопросов сестры.

— Да! — отзываюсь слишком эмоционально.

Девушка окидывает меня удивленным взглядом.

— Ваши вещи еще не ушли в бюро потерь. Можете пройти к пункту выдачи. Вас там ждут, — она указывает на мне нужное направление.

— Надя! — Вера берет меня за руку. — Так. Где отец девочки? Вы живете гражданским браком? Почему он приехал? — не отстает она.

Я кидаю на нее злой взгляд цежу сквозь зубы:

— Успокойся.

Проходя мимо НЕГО, беру слишком большой радиус, чтобы, не дай Бог, не коснуться.

Я не смотрю ему в глаза, но физически ощущаю, как ОН пожирает меня взглядом.

— Надька. А ну постой!

Вера хватает меня за руку и бросает мужу через плечо:

— Глеб, подожди нас!

— Зачем ты его притащила? — шепчу я, когда мы отходим на приличное расстояние от парня.

— А с кем я, по-твоему, должна была приехать за тобой? С дядей Васей? — пожимает плечами Вера. — Тем более, когда ты позвонила, Глеб как раз был рядом и сам вызвался поехать со мной.

— Рядом?

— А что тебя удивляет? — сестра старается подстраиваться под мой широкий шаг.

— Не думала, что ваша фикция так надолго затянется, — бубню под нос, но Вера все слышит.

— Надя, я не знаю, что тогда произошло между вами, — с намеком говорит она.

— Недоразумение, Вер.

Таким образом обрываю на корню все поползновение сестры растеребить прошлое.

Все, что было, то прошло. И этого не забыть, не стереть, я знаю. Но как же больно осознавать, что фикция Веры и … Глеба до сих пор имеет место быть!

— Ладно, не говори, раз не хочешь. Мы все это уже пережили. И я даже не хочу вспоминать того, как тяжело мне было, когда ты сбежала, — в голосе сестры проскальзывают капризные нотки.

Какая же все-таки Вера удивительная эгоистка! Все только о себе и для себя.

— Где ты живешь? — спрашиваю, потому что мне важно понять, куда мне придется ехать.

— Глеб нам снял квартиру в центре. Мы живем там.

Я вижу, как щеки Веры вспыхивают румянцем, и она, смущаясь, отводит взгляд.

— Я рада за тебя, — сухо отвечаю ей.

Хотя это не правда. В груди против воли просыпается ревность.

Наивная. Думала, за два года чувства к этому мерзавцу утихли. Но нет, оказывается, боль предательства до сих пор ковыряет сердце тупой иглой.

Да и еще Вера подливает масла в огонь своими рассказами.

— Ой, а знаешь, как я рада! Глеб — он такой…

— Извините, — перебиваю сестру, обращаясь к мужчине, который сидит за стойкой в пункте выдачи.

— Да, слушаю вас.

— Можно мне забрать вещи? — и протягиваю ему билет.

— Да, конечно.

— А ты знаешь, Надь, Глеб сделал ремонт в квартире. Теперь у тебя там будет все новое и чистое. Никаких воспоминаний о прошлом.

Хорошо, что я стою к Вере спиной, и она не видит, как вытянулось мое лицо от изумления.

Алиса, выплюнув пустышку, начинает хныкать.

— Ой, а я забыла спросить, как зовут малышку и сколько ей?

Сестра настороженно смотрит на дочку. И мне кажется, что она как-то слишком холодно к ней относится. Для матери двоих детей.

— Алиса. Давай мы разговоры оставим на потом, Вер. Я слишком устала. Нет ни сил, ни желания что-то сейчас рассказывать.

Сестра глубоко вздыхает, слушается. Она немного ускоряет шаг и идет чуть впереди по направлению к…Глебу.

У меня сосет под ложечкой, когда вижу, как она, словно забыв обо всем, летит к нему с улыбкой и при этом, зараза, даже сумку у меня не взяла.



«Любовь точно мозги сушит!» — отмечаю про себя.

Мне, конечно, немного обидно, что сестра так ведет себя, но по большому счету плевать. Я уже давно самостоятельная. Мне, по сути, помощь ее и не нужна вовсе.

И в который раз начинаю жалеть, что позвонила ей. Но по-другому и не получилось бы. Мне нужны ключи от квартиры.

— Глеб, Надю надо завезти домой. А потом…

Не обращаю внимания на воркование сестры, но нечаянно по инерции, когда слышу голос … Глеба, поднимаю взгляд на него. Сердце срывается с ритма и хаотично начинает биться о ребра. Потому что … Глеб, не обращая внимания на Веру, смотрит на меня испепеляющим взглядом.

— Могла бы с сумкой сестре помочь.

Когда слышу его голос, ледяные мурашки обсыпают спину и плечи и потом дружно падают вниз, скручивая живот тугим спазмом.

— Я… ой! Извини, Надь, я что-то не подумала, — смущенно улыбается Вера и тянет руку за сумкой, но ее опережает … Глеб.

— Давай донесу до машины, — не сводя с меня взгляда, наполненного тьмой, говорит парень.

Парень хочет перехватить ручку, но наши пальцы на короткий миг соприкасаются. Я резко отдергиваю руку, как будто меня обожгло. Разжимаю пальцы, и сумка падает на пол.

— Извини, — произносит сухо парень и, подхватив ее, резко разворачивается и уходит.

Уходит…

Уходит…

— Глеб! — окликает его Вера и, кинув на меня осуждающий взгляд, бежит за ним, а у меня душа выворачивается наизнанку.

Слезы душат изнутри.

Ничего не прошло. Не изменилось. Я до сих пор люблю его.

