В ореоле тьмы - Дана Делон

LE PASSÉ^[5]

НАША ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА случилась в Нормандии. В городке Довиль, в пасмурный, дождливый день. Я помню запах мокрой травы и свежесть, которая заполняла мои легкие. Мои дедушка и бабушка решили встретить старость в фамильном шато, а мы с родителями навещали их каждый уик-энд. Я любила приезжать в этот замок. Он был неописуемо красивым. Двухэтажный кирпичный дом с двумя высокими башенками по бокам, огромными, высокими окнами, которые украшали кованые балконы. Зеленый плющ вился вдоль старинных кирпичных стен. Бабушка всегда отворяла парадные высокие двери. Белые, резные, деревянные. В тот день мами^[6] протянула мне красные резиновые сапоги, желтый дождевик и сказала:

– Дождь не помеха. Иди побегай!

Я быстро оделась и выбежала во двор. Сколько же там было места! Детская площадка была мокрой, но я все равно скатилась с горки и полазила на турниках. Потом услышала, как приехала машина. Но не побежала здороваться. Я знала, что мы ждем Клэр. Моя старшая сестра никогда не играла вместе со мной. Разница в 9 лет казалась огромной пропастью между нами в то время. К тому же я была счастлива побыть одной, хотя немного скучала по своему лучшему другу Габриэлю. Его мама отправила погостить к дедушке, и он не смог приехать. Но я все равно была рада: в тот уик-энд мы не взяли с собой няню Софи, и я полностью принадлежала самой себе, а мне принадлежал весь двор… Цветущие розы в саду, гортензии, хрустящие мокрые листья, белочки, скачущие с ветки на ветку. Птички, которые так красиво пели вдали от людей, шума машин и всего остального.

Больше всего на свете меня манил старый домик на дереве. Этот домик построили еще для моего дедушки, когда он был ребенком. Потом его несколько раз ремонтировали, в нем играл и мой папа, и его братья. Даже Клэр и наши кузены. Но мне запрещалось забираться в него, особенно в плохую погоду. Лестница была совсем старой, родители несколько раз обсуждали ее замену, но у них никак не доходили до этого руки. А я, окрыленная свободой, будучи в невероятно приподнятом настроении, решила, что никто и не заметит, если я поднимусь и посмотрю с высоты на свои владения, сад и детскую площадку.

Я помню, как обхватила перила: они были насквозь мокрые, к руке прилип мох. Я ступила на первую ступеньку, она не скрипнула, но прогнулась под моим весом. Дом построили на крупном, высоком дубе. Чтобы добраться до него, надо было пересечь 35 ступенек. С правой стороны тянулись перила, с левой их не было. Я несколько лет подряд слышала разговоры о том, что перила необходимо поставить с двух сторон. Однажды тетя Элен сломала ногу, упав с лестницы, и даже получила сотрясение мозга. Это случилось почти 30 лет назад. Однако никто так и не удосужился установить там перила. Дети вырастали и больше не лазили. Родители занимались более важными вещами. Я помню, как считала про себя ступеньки, пока поднималась. Я была на 31-й, когда белочка внезапно перепрыгнула с ветки на крышу домика на дереве. От неожиданности я так испугалась, что поскользнулась и потеряла равновесие. Руки невольно поднялись вверх, тело потянуло вбок, спина откинулась назад, резиновый сапог слетел с ноги и полетел вниз… а я вслед за ним. Помню, как перехватило дыхание. Крик застыл где-то в горле, встал комом. Я зажмурила глаза, готовясь к падению. Но вдруг услышала мужской голос.

– Твою мать! – ошалело произнес он, и в следующую секунду меня поймал незнакомый мне парень.

Я, конечно, сбила его с ног, мы вместе повалились в грязь. Но он спас меня. Предотвратил мое падение на землю. Я повернула голову и встретилась взглядом с невероятными голубыми глазами. Я никогда в жизни не видела такой цвет. Они будто горели. Зрачок был расширен, и парень вновь громко выругался и зашипел от боли. Однако, увидев мое испуганное лицо, он тут же спросил:

– С тобой все в порядке?

Я молча продолжала разглядывать его. Ровный нос, как у статуи Давида, что высек Микеланджело. Полные красивые губы, над верхней и на щеках виднелась темная щетина.

– Ребенок, ты в порядке? – повторил он и быстрым взглядом осмотрел меня. – Что-то болит?

Он был таким красивым, что у меня перехватило дыхание. Черные волосы резко контрастировали с бледной кожей. Правой рукой он поймал мой подбородок и заглянул в глаза.

– Что болит? – Его голос звучал тихо, по-доброму.

Я покачала головой и шепотом произнесла:

– Ничего.

– Ну и хорошо. – Парень улыбнулся, и мое сердце бешено заколотилось в груди.

Я даже не поинтересовалась, как он здесь оказался, кто он и откуда прибыл, – настолько меня шокировало все случившееся.

– Кажется, я сломал локоть, – нахмурившись, неожиданно признался он.

Мои глаза расширились, и я резко подскочила, ведь все это время лежала на нем.

– Локоть?

Он снял куртку и аккуратно приподнял рукав черной кофты. Он делал это очень медленно, шипя и бормоча ругательства. Я смотрела во все глаза. Наконец он полностью обнажил руку, и я в ужасе уставилась на открытый перелом. Кость торчала из локтя, и все было в крови. Я даже боялась представить, насколько это больно. Он побледнел и нервно прикусил губу.

– Что ж, гадать не приходится… точно перелом.

Мне стало плохо, к горлу подступила желчь, и я еле добежала до кустов, прежде чем меня вырвало.

– Черт, прости, – послышалось за моей спиной.

Я вытерла тыльной стороной руки губы и недоуменно пробормотала:

– За что?

Он уже встал и держал поломанную левую руку правой, я видела, как на лбу у него выступил пот. Он вымученно улыбнулся.

– За продемонстрированное зрелище…

– Ты спас меня.

– Летела ты знатно, – попробовал он отшутиться.

– Ты спас меня, – повторила я. – Ты появился из ниоткуда и поймал меня.

Как-то перед сном бабушка рассказывала мне про ангелов-хранителей. Она говорила, что они всегда появляются из ниоткуда и помогают людям. У каждого из нас есть свой ангел. Свой хранитель.

– Ты как ангел-хранитель, – по-детски наивно сказала ему я, и он покачал головой, но не успел ничего ответить.

В сад выбежала моя сестра Клэр. Она мчалась со всех ног, шарф повис у нее на шее, а куртка была нараспашку.

– Тео! Тео! – кричала она. – Что с тобой случилось?

– Маленькое происшествие.

Сестра бросила на меня взгляд. Я стояла перед ней вся мокрая и в грязи. Мой резиновый сапог валялся прямо под лестницей, ведущей в домик. Красное пятно горело на фоне коричневой грязи.

– Ты забралась туда, да? Ты никогда никого не слушаешь! Сколько раз тебе говорили не лезть туда?! Особенно в дождь! – принялась орать Клэр во все горло.