Стрекоза и Муравей - Светлана Становая

К обеду Юра вдруг заскучал. В номере лежал ноут, можно было поработать да и вообще поинтересоваться, как там дела в офисе, но не хотелось. Загорать он никогда не любил — странное удовольствие поджаривать себя на палящем солнце, нагуляться уже успел, а посмотреть в округе было нечего.

Поэтому, когда к его столику подошла вчерашняя гостья, Юра почти обрадовался. Интересно, что девице надо от него на этот раз?

— Мы вчера не успели познакомиться, — она отодвинула стул, присела рядом. — И ещё я хотела извиниться. Разбудила вас, испугала, наверное.

— Очень, — согласился Юра. — Не знаю, смогу ли сегодня заснуть, вдруг опять кто-нибудь вломится и начнёт меня выгонять? Я мужчина ранимый, а теперь ещё и напуганный.

Девушка засмеялась. Вчера он не заметил, какие красивые, тёмные, как спелые вишни, у неё глаза. Когда она улыбалась, нос смешно морщился и девушка становилась похожей на мультяшную лисичку. Его маленькие племянницы обожали эту лисичку, копировали её слова и жесты. Так же разводили руками, смешно наклоняли голову и, если им что-то не нравилось, сутулили плечи.

— Меня зовут Лиля. И ещё раз — извините за вчерашнее, мне очень неловко.

— Забыли, — кивнул Юра. — Юра.

— Вы что едите? — Лиля бесцеремонно заглянула к нему в тарелку. — Рыбу? Возьмите лучше мясо с овощами, хозяйка не умеет рыбу готовить, я пробовала.

— Нормальная рыба, какая она ещё может быть?

— Она может быть сочная, вкусная и поджаристая. А эту в духовке запекали, по-быстрому. Получилось съедобно, но не вкусно.

Юра не стал спорить, за столом он никогда не привередничал — главное чтобы съедобно было. Его кулинарные таланты начинались и заканчивались яичницей, впрочем, как и отца. Привыкший к готовой еде, отец мог с удовольствием отобедать банкой консервов с хлебом, второй банкой накормить сына. С тех пор, как они с матерью разошлись и поделили детей, казарма, приказы и консервы стали для Юры обыденностью.

— Юра, вы, случайно, сумку мою не видели? Я её где-то оставила, а где — не помню.

— Не удивительно, учитывая ваше вчерашнее состояние. Кстати, как голова?

— Что с ней будет? Я же не падала, головой не ударялась.

Юра хмыкнул, оставив Лилину уверенность без комментариев. Здоровая девушка, сосуды эластичны, как жевательная резинка, а где находится печень Лиля, наверное, вообще не знает!

— Нет, не видел сумки. Кстати, мне кажется, вы пришли без неё.

Юра задумался, в подробностях вспоминая вчерашнее вторжение:

— Точно. Вы вошли, сели в кресло, сняли обувь. Сумки не было.

Лиля опустила глаза и залилась краской. Лицо, только что нежно-смуглое, с лёгким золотистым загаром, стало похоже на переспелый помидор.

— Да, да, я помню про туфли, — торопливо перебила она.

Неужели вспомнила про майку? Или вчера Лиля выглядела пьянее, чем казалась, или гены этой красотки палкой не убьёшь — ведь едва на ногах стояла, а всё помнит. Хотя нет, не всё, сумку-то потеряла.

— Вы же, вроде, гуляли, наверное, там и оставили, — предположил Юра.

— Давай уже на ты.

— Давай, тем более мы вчера закончили с условностями. Итак, возле дома смотрела? У хозяйки спрашивала? Вполне мог найти кто-то из отдыхающих и ей передать.

— Нет, не приносили. Мы вчера с девочками на пляже в кафе ходили, потом сидели здесь, у бассейна. Потом я проводила их на такси.

— Надеюсь, они смогли погрузиться в самолёт.

— В поезд. Всё нормально, едут, с утра отзвонились. Юра, поможешь мне искать? Жалко, там много ценного.

— Банковская карта, паспорт, билет, дорогие украшения?

— Нет.

Тогда что там может быть ценного? Фотография любимого мужчины и мобильный телефон? Впрочем, телефон, как раз, очень ценная вещь, тут не поспоришь.