Я буду сверху - Архелая Романова

– Он не женат, детей нет, – продолжила Милка. – Ключи от квартиры были только у него, в единичном комплекте. Именно его он и отдал мне, а сам на время ремонта перебрался в гостиницу. Парни из службы безопасности утверждают, что замок не взломан – открыт родным ключом. Таким образом, получается, что либо я своровала эту флешку, либо дала кому-то ключи.

– Есть еще третий вариант. Кто-то сделал дубликат с того экземпляра, что был у тебя.

– Исключено, – отрезала Милка. – Ключи всегда ношу в сумке, а сумка – всегда на плече. Даже в туалет с ней хожу. Уж я не дура, Лар, чтоб за ключами не следить.

– И все-таки… Может, кто-то из работников твоей фирмы?

– Мой кабинет тоже запирается. В общем, Тагалов этот требует, чтобы я вернула украденное. Мой шеф пока его сдерживает, но тоже намекает: мол, верни по-хорошему. Ко мне и ребята приходили.

– Какие ребята? – обомлела я.

– Из службы безопасности Тагалова. Серьезные такие парни. Вежливо попросили вернуть флешку, а не то я скоро все равно пальцами пользоваться не смогу.

– Это почему?

– Я тоже такой вопрос задала. А они мне: потому что мы вам их отрежем. Прикинь, Лар, – вздохнула Милка. Я вскочила и забегала по тесной кухне кругами.

– Мил, но это же какое-то Средневековье. Пусть обращаются в полицию, заводят дело. Что за угрозы? Мы же в не 90-х, в конце концов!

– А смысл? – флегматично выдала Милка. – Тагалов в городе – Царь и Бог. Денег – хоть лопатой греби. А полиция… Там начальником брат Тагалова работает. Я уже ходила, заявление подавать. А меня вежливо так и проводили: мол, появятся увечья, тогда побои снимайте и приходите. А пока – до свидания.

– Бред какой-то, – вырвалось у меня. – И что же теперь делать?

– Ума не приложу, – почесала нос Милка. – Ждать, авось что прояснится. Ладно, давай-ка спать. Завтра с утра на свежую голову поразмыслим.

Сестрица постелила мне в гостиной, а сама отправилась в спальню. Ворочаясь на узком диване, я тревожилась за Милку, попавшую в неприятную ситуацию, и сама не заметила, как уснула.

Разбудило меня пение сестрицы. Пела Милка ужасно, постоянно фальшивила, однако делать ей замечание я не рискнула. Выползла на кухню и обозрела завтрак: тосты с авокадо, перетертым в кашу, и яйца пашот. Их я терпеть не могла, но у Милки другой еды не водилось – она была помешана на правильном питании, поэтому я покорно схватилась за тосты. Пока я старательно глотала авокадо, в дверь позвонили.

– Это еще кто, – пробурчала Милка, откладывая в сторону вилку с ножом. Поднялась и потопала в сторону двери, шаркая розовыми тапками. Видимо, гости были нежданные, потому что Милка в прихожей гневно заверещала. С облегчением отправив недоеденный тост в мусорное ведро, я поспешила к сестре.

В узкой прихожей стояло двое мужчин. Один – весьма симпатичный, русоволосый мужчина с голубыми глазами, одетый в черный костюм. В руке он сжимал папку с документами, на запястье красовались дорогие часы, а черные ботинки сияли. Второй был весьма неприятным типом – высокий, массивный, в джинсах и растянутом свитере, с трехдневной щетиной и тяжелым взглядом исподлобья. Оба молчали, сверля Милку глазами, а та смешно тыкала пальчиком в живот громиле, поскольку доставала ему лишь до плеча.

– Чего вам надо? Я же сказала, не брала я ничего, – выговаривала сестрица. Судя по теме разговора, громила и тип с документами пришли из-за пропавшей флешки. Откашлявшись, я прислонилась к косяку и вежливо улыбнулась обоим сразу:

– Здравствуйте.

– И тебе не хворать, – выдал громила, даже не глянув в мою сторону. – Это кто?

– Сестра моя, – подбоченилась Милка. – Приехала в гости.

– Людмила Евгеньевна, – слащаво запел тип с папкой. – Почему бы нам не договориться по-хорошему? Вы отдаете флешку, а мы от вас отстанем.

– С радостью. Только нет у меня вашей флешки!

– Людмила Евгеньевна, мы уже вчера разобрались: ключи были у вас, и только вы оставались в квартире одна. Рабочие и дизайнер работали строго под присмотром. Ведь так?

– Ну, так, – растерялась Милка.

– Следовательно, только вы имели возможность совершить кражу.

– Но это не значит, что я ее совершила! Я же вам русским языком говорю: не брала я ничего! Да и зачем мне какая-то флешка? Если бы хотела украсть, то взяла бы ценные вещи!

– Это какие? – заинтересовался ее собеседник.

– Напольные часы, картину, – перечислила Милка. – Но уж не флешку! Я даже не знаю, что на ней!

– А на ней, Людмила Евгеньевна, важные документы. Очень важные и очень ценные. Гораздо ценнее часов и картины. Давайте сделаем так: вам дается два дня на то, чтобы вернули украденную вещь.

– Как я ее верну? Нет у меня вашей флешки! – выпалила Милка.

– Нам плевать, – вступил в разговор громила. – Или верни, или найди того, кто взял. Через два дня флехи не будет – у тебя головы не будет.

– Вы мне угрожаете? – покраснела от злости сестра.

– Нет, ну что вы, Людмила Евгеньевна, – снова запел тип с папкой. – Мы выражаем опасения насчет вашей безопасности. Видите ли, флешка эта нужна многим людям. Пока еще мы не сообщили о ее пропаже, но если вы ее не вернете, то мы будем вынуждены это сделать. И тогда за ваше здоровье я лично и рубля не дам.

– Пошли вон, – рявкнула Милка.

Громила осклабился и сделал шаг вперед, угрожающе выпятив челюсть, однако слащавый тип его остановил.

– Не грубите, Людмила Евгеньевна. Ни чем хорошим для вас это не закончится. Всего доброго, – с этими словами неприятные личности вышли, аккуратно прикрыв дверь, а Милка устало опустилась на пуфик в прихожей.

– Нет, ну ты видела? И что делать? – задала сестрица риторический вопрос.

Я пожала плечами и спросила:

– Что за ребята?

– Служба безопасности Тагалова. Сам он смотался в Красноярск, – коротко пояснила Милка. – Тот, что в костюме – помощник, Кирилл зовут. Громила – начальник охраны. Вроде Денис.

– Может, в полицию? – предложила я.

– А толку? Говорю же, брат Тагалова там главный.

Мила вздохнула и поднялась.

– Ладно, пойдем позавтракаем нормально.

– А потом?

– А потом ко мне на работу съездим. С шефом поговорю, может, чего путного подскажет.

Милкин начальник оказался мужчиной лет сорока, с заметным брюшком и лысиной. Ее он беспрестанно протирал носовым платком, но она все равно задорно блестела в свете ламп, освещавших кабинет. Я скромно уселась в углу на стульчике, а Милка стояла перед столом шефа, уперев руки в бока.

– Володь, ты же знаешь, что я не крала!

Я мысленно согласилась с сестрой – недостатков у Милки было много, но зато имелось одно неоспоримое достоинство – Милка была кристально честной и правильной. И никогда бы не взяла чужую вещь без спроса, будь то хоть чемодан с деньгами. Подобная история уже имела место быть – как-то Милка нашла кошелек, полный денег, и добросовестно вернула его владельцу, отказавшись даже от вознаграждения.