Подкидыши для майора - Регина Янтарная

Виталина

– Витёк, вставай, – папа открывает дверь спальной комнаты, и, пропустив вперёд себя Виски, входит в мою полутемную берлогу.

Из щели между задвинутыми плотными шторами уже проклёвывается солнечный свет, напоминая, что наступил абсолютно новый день.

День, которого я боялась и ждала.

Американский кокер спаниель палевого цвета весело болтает длинными меховыми ушами и норовит забраться ко мне в кровать, но папа стоит на страже моих частных владений, не дает собакену расположиться  на дорогостоящем   шелковом постельном белье.

– Папа, я же просила не называть меня Витьком! – взвыла я обреченно. – Не дай Бог услышат посторонние! В жизни не отмоюсь от кликухи.

– Дочь, в нашем доме кроме нас с тобой никого нет! Кто услышит? – язвительно подмечает отец.

Прямо-таки никого?! Всегда удивляла папина привычка не замечать людей, когда рядом есть я. Я для него – весь мир.

В этом весь мой папа – Игорь Андреев, бизнесмен, богач, номенклатурщик, открывающий дверь с пинка  в любой дом  и учреждение нашего города.   Для него не существует слов «нет», «не могу», «не хочу», «не буду». Папа умеет делать всё! Поэтому в других людях ценит те же самые качества.

Соответствовать отцу   очень сложно, почти невозможно.

Приходится тратить все  душевные и физические силы на постоянное самоусовершенствование. Бегу за ним, но пока догнать не могу.

Вот и мама когда-то сломалась, соскочила с беговой дорожки.

Но я не мама. Справлюсь!

Усилием воли, скидываю с себя не только одеяло, но и воспоминание о маме. Оно как дымка преследует меня с самого детства.

Сажусь на кровати, папа присаживается подле меня. Виски пристраивается рядом с нами. Не стесняется, прям на наших коленях и раскладывается, расправляя красивую шерстяную «юбочку».

Лежит себе маленький пушистый негодяй, по очереди заглядывает огромными карими, то в  мои полусонные, то в папины – блестящие проснувшиеся  глаза.

Папа делает вид, что обиделся на меня:

– Сама просила разбудить  в шесть утра! Теперь бурчишь! Невыспавшаяся Заноза. Ты же не привыкла вставать в такую рань! Зачем экспериментировать?

С преувеличенным  интересом разглядываю  розовых слоников на своей сиреневой пижаме, думаю о том, что нужно быть с папой осторожнее. Не дай Бог услышит хоть одну фальшивую ноту в голосе, тут же отправит за мной по следу охранника.

– Папуль, не обижайся, – одной рукой  тереблю шелковое палевое ухо пса, второй рукой глажу  шершавую руку отца.

– Вита, когда я на тебя дулся? Вспомни хоть один случай!

– Например, когда я отказалась  учиться в Лондоне, – тут же ответила я.

– Было дело. Не прав.

– Папа, мне нужно  уехать по работе ровно на неделю.

– Когда?

– Прямо сегодня. Сейчас…

– Это необходимо? Может, пошлём помощницу Аврору?

– Не могу доверить заключение договоров и общение с клиентами никому. Ты  меня знаешь!  Должна ехать сама, чтобы прощупать обстановку, увидеть людей собственными глазами, узнать их потаённые мысли. Как и ты доверяю лишь собственной чуйке.

Знаю, что папе всегда приятно, когда я беру с него пример в бизнесе.

– Не хочу тебя отпускать. За неделю сойду с ума от скуки! – честно признается отец.

– А ты займись работой.

– Какой? – удивляется папа на полном серьёзе.

– Например, посети свой офис.

– Какой?

– Любой! У тебя их восемь штук! И ты не был ни в одном из них уже месяцев шесть.

– Ой!  Не учи меня жить. Что я там не видел? Включу мониторы дома… и все как на ладони.  На моей ладони.

– Ну да, Алиса и Сири тебе в помощь, – усмехаюсь я.

Не люблю все эти подглядывания, подслушивания… но, как говорится, разве наша в том вина, что такие времена!

Скидываю с себя лапы Виски,  встаю. Папа следует моему примеру.

– Буду звонить, информировать  о деталях, – искренне улыбаюсь любимому человеку, целую его в гладко выбритую щеку, выпроваживаю за дверь.

Виски, виляя хвостом,  гордо удаляется с отцом.

Закрыв дверь, облегчено вздыхаю.

– Пронесло! – отец не задал ни одного каверзного вопроса.