Назови меня женой - Виктория Волкова

«Все рушится, как только в твоей жизни снова появляется Мак-Дак, — напоминает мне внутренний голос. — Вспомни Прассонисси, или день перед свадьбой…»

Сразу перед глазами встает пентхаус Архипа, куда он приводит меня после выходки Макарова. Наливает себе полстакана виски, а мне — кьянти из плетеной пузатой бутылки.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — бросает спокойно. Слишком спокойно. Тогда я еще понятия не имела, что это предвестник бури. И ответила легкомысленно.

— Это недоразумение, дорогой…

— Послушай меня, девочка, — поставив на стол стаканы, лениво обходит диван сзади. Облокачивается на изголовье и шепчет мне прямо в ухо. Под давлением его рук спинка дивана чуть откидывается назад. И я вместе с ней. Хочу сесть прямо, но ладонь Архипа загребает в охапку мои волосы. Тянет на себя. — Если я еще раз увижу рядом с тобой это недоразумение, то уничтожу его…

— Как? — смеюсь натянуто. Чувствую, как в душе нарастает страх. Еще не за себя. За идиота Макарова.

— Да очень просто, — ощерившись, бросает Архип, нависая сверху. — Одним чудным вечером его около клуба остановит патруль. Проведет личный досмотр. Найдет в кармане пакетик с дурью. Лет так на двенадцать товарищ устроится…

— Ты с ума сошел, — шепчу я, прикрывая рот. — Никита — просто взбалмошный придурок. Не волнуйся…

— Да я и не волнуюсь, — хмыкает мой жених. Но гриву мою не отпускает. Наоборот, прихватывает посильнее и чуть накручивает на кулак. — Это ты запомни, девочка. Я выбрал тебя в жены. Не заставляй меня пожалеть об этом.

— Архип, пожалуйста, — вскрикиваю я, изо всех сил мысленно проклиная Макарова. Какого фига приперся и испортил мне последний вечер перед регистрацией? Особых торжеств сейчас не намечается. Саму свадьбу решено играть в Греции, на исторической родине Архипа. Там, где живут мои родственники, единственные, оставшиеся после гибели родителей.

«Сколько лет мы знакомы с Архипом?» — думаю я, из-под опущенных век рассматривая мигающую огнями заправку.

— Пит-стоп, — командует муж. — Кто хочет в туалет или сок с булочкой?

— Я! Я! — кричат хором дети.

— Тогда выходим, — велит он, одного за другим доставая сыновей из кресел. Потом подходит к моей дверце и, открыв ее, протягивает руку. — Прошу, мадам!

Кладу ладонь в широкую лапищу мужа. Со стороны мы кажемся идеальной парой. Оглядываюсь на наше отражение в витрине. Высокий атлет в черном спортивном костюме и хрупкая женщина в нарядном платье и на каблуках. Диссонанс, конечно! Как и вся наша жизнь.

«А какого бы мне мужчину хотелось?» — спрашиваю себя и тотчас же вижу Никиту Макарова. В голубой рубашке и джинсах. Чуть усталого после перелета. С морщинкой на переносице и мешками под глазами. Как я только удержалась и не провела пальцами по чуть небритой щеке! Нельзя. Нельзя. Мы и раньше наш роман не афишировали. А сейчас тем более. Просто друг детства. Брат подруги, и прочая лабуда…

4

Когда машина трогается в путь, а дети снова засыпают, я тоже проваливаюсь в короткий и тревожный сон. Вижу низкие домики в Прасониси и Архипа, заехавшего за мной на шикарной тачке моего двоюродного брата. Если вдуматься, мы бы никогда не познакомились с Василиди, не останься я с Никитой в Прасониси. Или поедь он со мной в Линдос.

До сих пор помню то отчаяние, которое накрыло меня, стоило Макарову выйти из номера. Помню, как, рыдая, кинулась на кровать, а потом позвонила Пие.

— Нечего там торчать, — заявила моя невестка Олимпия. — Приезжай домой. Тут дел выше головы. И мне поможешь, и сама от своей трагедии отвлечешься.

— Хорошо, — всхлипывая, соглашаюсь я. — Сейчас сяду на автобус и приеду.

Слышу, как на заднем фоне что-то кричит брат. А затем, выхватив у невесты трубку, предупреждает строго.

— Не вздумай ехать автобусом, Янна! Мне сейчас один тип должен из Катавии пригнать тачку. Попрошу его забрать тебя.

— А это удобно? — спрашиваю нерешительно. — Зачем из-за меня гонять человека?

— Это моя машина, систер. Я купил ее у этого чувака. Ему все равно к нам ехать. Двадцать километров — не крюк. Поэтому засунь свои неудобства знаешь куда…

— Ну хорошо, — соглашаюсь нехотя. А когда около гостиницы тормозит шикарный кабриолет с красавчиком греком за рулем, мечтаю только об одном.

Если бы меня сейчас видел Макаров!

Конечно, из Катавии в Линдос можно проехать по дороге, идущей внутри острова. Но Архип делает небольшой крюк, забирая меня из Прасониси. Дорогой рассказывает мне что-то на отличном русском, а потом нахально напрашивается на свадьбу.

— А ты понравилась ему, систер! — смеется Адриан. — Присмотрись к Василиди. Он мужик богатый…

«Вот и присмотрелась на свою голову», — кутаясь в плед, вздыхаю печально. Ловлю на себе внимательный взгляд мужа. От него ничего не укроется. Даже мой вздох.

— Тебе плохо? — спрашивает он отрывисто. — Может, остановиться? Выпьешь таблетки? Или приоткрыть окно?

Волнуется, гад! Как же я ненавижу эту показуху. Театр одного актера, блин!

— Детей продует, — мотаю я головой. — Ничего не нужно. Иначе мы до дома не доедем сегодня…

— Что Вадим говорит? Когда поправишься?

— Врачи не дают точных прогнозов, — пожимаю плечами. — Пока гормоны шалят…

— Ну ясно, — хмыкает муж. — Нужно тебя еще кому-нибудь показать. А то мне кажется, твои Макаровы доят из меня деньги по дружбе…

— О, господи! — ойкаю я. — Почему ты всегда плохо думаешь о людях, Архип?!

— И заметь, малыш, никогда не ошибаюсь. Никому не доверяю и ничего хорошего ни от кого не жду. Только ты — исключение.

«Вот спасибо! — рвется из груди крик. Но сдерживаюсь, чтобы не заорать. — Знаю я твое доверие, Архипушка. Но, может, заслужила?»

— Утром сам позвоню Вадиму, — морщится муж. — Пусть посоветует, куда тебя отвезти. Может, в Германии вылечат?

— Позвони, — соглашаюсь совершенно спокойно. Представляю, как вытянется лицо Макарова-старшего. Какое лекарство помогает от побоев? А от панических атак после них? Удрать бы куда подальше от абьюзера… Вот только мне никуда не деться от Архипа. Везде найдет. Да я и сама не смогу уйти. Дети! Как я без них…

5

Уже на рассвете, уложив близнецов в постели, иду в комнату дочери. Маленькая принцесса спит, раскинувшись. А рядом в своей кровати дремлет нянька.

— У нас все отлично, Янна Сергеевна, — замечает она, протирая глаза. — Малышка просыпалась в половине четвертого. Теперь до восьми будет спать.

— Хорошо, — киваю, поправляя одеяльце. Наклонившись, чуть слышно прикасаюсь к маленькой розовой щечке. Вдыхаю самый сладкий в мире аромат и тихонько бреду к себе. У нас с Архипом разные спальни. Он иногда приходит