Осколки - Александра Эльданова

Я поежилась. Середина мая, а ветер холодный, у кого бы куртку свиснуть? В поле зрения попал Лешка, курящий недалеко от вагончика. Его я и окликнула.

— Лёш, дай куртку, а?

— Замерзла? — Леха стаскивает с плеч косуху, — Держи.

Я не удержалась и чмокнула его в плохо выбритую щеку.

— Лёшка, ты человек!

— Ну тебя… — байкер смутился.

— Сидите? — спросила подошедшая Надька — единственная моя подруга, язва, и автор наших текстов, — А чего вы одни сидите?

— А че еще делать? — спросил Леха, — Декораций нет, тренироваться ее носить Шурка не дает. Скучно.

— Хочешь потренироваться — носи на руках меня, мне этого в жизни очень не хватает, — заявила Надежда, присаживаясь рядом со мной, — Сань, а можно я у тебя сегодня переночую?

— Ты опять с родителями поругалась? — спросила я.

— Угу. Достали, сил нет.

— Оставайся. Хочешь — совсем переезжай, я теперь одиноко одинокий одиночка, — я затушила сигарету.

— Твоя мама совсем съехала? — поднял бровь Леха, — Скоренько.

— Не совсем еще. Ее мучает совесть и она разрывается на два дома, а я стараюсь донести до нее, что это нормально, что спустя столько лет после папиной смерти, она встретила хорошего человека. Я не знаю, как еще показать, что я за нее даже рада.

— Пригласи этого Валерь Палыча на семейный ужин, — хмыкнула Надька.

— Было уже. Нормальный дядька, я их почти официально благословила, чего людям надо? Пусть хоть кто-то в нашей семье будет счастлив в личном плане.

— Сань, ну… — Надя замялась, — У теть Нины чувство вины больше, наверное, что она тебя бросает, после всего…

— Ну, во-первых, сколько времени прошло, я же живу нормальной жизнью. Во-вторых, это не повод, ставить крест на себе.

— С домом теперь как? Продавать будете?

— Зачем? — удивилась я, — Буду жить. Мне этот дом дорог, как воспоминания о счастливом времени, ну и райончик хороший.

— И не страшно? Одной загородом? — спросил Леха.

— А я Надьку себе заберу, будем вместе жить, — хихикнула я, — у нас охрана же, Леш.

— Нет, я к тебе насовсем не согласна, — Надя насупилась, — из вашего Лугового не выберешься, если машины нет. Ты ж не будешь меня забирать и отвозить постоянно.

— А мы тебе кавалера с машиной найдем, — заржал Леха.

— Дурак! — Надежда стукнула друга по спине.

Веселая у меня компания, ничего не скажешь. Иногда мне кажется, что только мы с Андреем тут самые адекватные, но это спорно.

Декорации поставили только спустя еще сорок минут. Все это невеселое время я стреляла у Леши сигареты и слушала, как Дэн — второй гитарист, травит бородатые анекдоты. Так что, когда нас с Лехой позвали в кадр, я даже порадовалась, ну не могу я долго бездельничать, я слишком деятельная для этого.

Сергей.

— Привет! — я пожимаю руку режиссеру, — Ты, как всегда, на каких-то задворках снимаешь.

— Вот за ваш клип возьмусь и буду снимать в центре, правда, по подвалам. Я, кстати, думал, ты не приедешь. Охота тебе мотаться через весь город, в пробках стоять? Я б тебе и так все на электронку вечером скинул, ты б посмотрел, как все прогрессивные люди.

— Я несовременный, — усмехаюсь я и оглядываюсь.

— Тапки мои не смеши. Несовременный он, — Вадим зажимает сигарету в зубах и быстро что-то пишет в толстом блокноте, — Тебе ж не сто лет в обед, так, сороковничек, жить еще можно. Да не крути ты головой, Сергей Георгиевич, сейчас последний кусочек отснимем, и я тебе отдам твою Лексу.

— Кого? — не понимаю я.

— У Александры такой сценический псевдоним. Только я тебя прошу, на площадке не светись пока.

— Почему?

— А ты думаешь, что они не знают, кто ты? Вон, голову поверни, за вагончиком сидят, ржут, а тут ты к ним — здрасте, я легенда, гений, кумир, идеал, бог — как там тебя еще малолетние фанатки называют в интернетах?

Я посмотрел в указанном направлении — компания устроилась на каких-то коробках — два парня и две девушки — брюнетка и моя кудрявая.

— Стоять! — не дал мне даже шага к ним сделать Вадим, — Сначала доснимем, а потом делай что хочешь. У них там сцена трагическая, пусть о ней думают, а не о великом и ужасном Сереге Топольском.

Мне пришлось смириться. Чего я дёргаюсь, в конце-то концов? Ну хорошенькая девочка, нужный типаж, но это не повод переминаться тут с ноги на ногу от нетерпения. Закурив, я отошел сделать несколько звонков, а когда вернулся, на площадке уже было людно.

— Леха! — орет Вадик, обращаясь к высокому плечистому парню, — Что ты скалишься? Ты сценарий читал?

— Читал, — Леха очень старается быть серьезным.

— И что там? Там трагедия, у тебя девушка в огне погибает, ты не успеваешь, не можешь ее спасти. Вдумайся в это. Теперь ты! — поворачивается режиссер к Саше, — Тебя на руках не носили никогда, что ли? Что ты как полено напряженная вся? Посмотри на этого кабана, он тебя не уронит, даже если захочет!

— Да понимаю я! — фыркает девушка.

— Ну и что тогда? На репетиции все нормально было, а тут один ржет, вторая слишком живая. Я, не знаю, блин! Вспомни что-нибудь грустное! Что там у вас, баб, бывает? Ноготь сломала или как тебя парень бросил, что ли!

Ох, черт, перегибает! Вадик профессионал и талант, но, иногда, его заносит и надо осаживать, а я не уверен, что у этой девочки выйдет вернуть Вадьку в реальность. Посмотрим.

— Вадим, — недобро начал Леша, но девушка его остановила, мне, кажется, я даже услышала, как она медленно выдохнула, а потом ледяным тоном, тихо и спокойно сказала: