Слабое место - Канди Штайнер

— Нет, ты не понимаешь, — сказал он, разворачиваясь, пока я не врезалась прямо в его потную грудь. Он не пытался поймать меня, когда я отскочила назад, но я выпрямилась, поправив очки, чтобы посмотреть ему в глаза, когда он продолжил.

— Ты не игрок. Ты не часть команды. Ты являешься частью средств массовой информации. И я, блядь, не хочу разговаривать ни с тобой, ни с ними, ни с кем-либо прямо сейчас.

Боль пронзила меня, когда он повернулся, но это длилось всего мгновение, прежде чем я выдохнула и позволила боли уйти вместе с ним. Это было частью моей работы — иметь дело со спортивными детьми, а у них перепады настроения.

Я справлюсь.

Я прочистила горло, когда догнала его.

— Что ж, мне жаль, что у тебя выходной, но, к сожалению, это часть твоей роли спортсмена в Северо-Восточном Университете. Итак, ты можешь либо дать это очень короткое интервью, либо объяснить тренеру, почему ты этого не сделал.

Это заставило его остановиться, и я увидела, как его кулаки сжались по бокам, прежде чем он повернулся, вены вздулись на его шее. Он растянул упомянутую шею, а затем пронесся прямо мимо меня, направляясь к линии прессы.

Я победно улыбнулась.

По крайней мере, до тех пор, пока я не последовала за ним к совершенно милой женщине-репортеру из ESPN и с ужасом наблюдала, как он выставил себя идиотом, команду и, что более важно…

Меня.

— Клэй, после той игры в кубке в прошлом сезоне, которая поставила вас на последнее место, у нас у всех большие ожидания от футбола NBU. Как ты относишься к сезону?

Сара Блэкуэлл улыбнулась Клэю свежевыкрашенной зубастой улыбкой, направив микрофон в своей руке к его красивому рту, который в данный момент был вытянут в ровную прямую линию.

— Я чувствую, что мы могли бы гораздо больше сосредоточиться на футболе, если бы нам не приходилось тратить время на разговоры с такими репортерами, как вы.

Мои глаза распахнулись, сердце замерло в груди, когда Сара нахмурилась, моргнула, посмотрела на меня и снова на камеру, прежде чем опустить микрофон.

— Мы знаем, что вы все в восторге от сезона, я полностью понимаю ваше желание сосредоточиться, — сказала она с натянутым смехом, натренированная и уравновешенная, несмотря на невозмутимое выражение лица Клэя.

— Итак, горячие новости в прошлом сезоне были о Райли Ново, женщине-нападающем NBU. Она вернулась в этом сезоне, и на этот раз встречается с товарищем по команде Зиком Коллинзом. Скажите нам, как вы думаете, это отвлечет внимание команды?

Клэй заговорил еще до того, как она успела поднять микрофон.

— Я думаю, что наша личная жизнь не должна иметь значения для тех, кто не грустит, не одинок и не отчаянно хочет сунуть нос в чужие отношения, чтобы избежать собственного дерьмового шоу.

Сара попыталась вырвать микрофон обратно, прежде чем он успел выругаться, но я знала, что было слишком поздно, и она усмехнулась еще одной вымученной шутке с неловкой улыбкой на лице, прежде чем отпустить нас. Как только камера была выключена, она свирепо посмотрела на Клэя.

— Настоящий профессионал.

Но Клэй только посмотрел на меня сверху вниз.

— Что-нибудь еще?

Я могла поклясться, что у меня дернулся глаз, но я улыбнулась, несмотря на это, желудок скрутило узлом, когда я пыталась придумать оправдания, перед тем, как мой огнедышащий босс будет снимать шкуру с задницы, о чем я уже знала.

— У нас здесь студент из отдела новостей колледжа, — сказала я, ведя его вдоль забора позади репортеров, которые брали интервью у других товарищей по команде.

— Он милый. И новенький, — сказала я, останавливая Клэя недалеко от того места, где ждал молодой человек. Я понизила голос. — Слушай, я не знаю, что происходит, но если ты не можешь это сделать…

Клэй стряхнул меня прежде, чем я успела закончить, кивок головы парню с микрофоном и худощавому крупному парню с камерой позади него — его единственное приветствие.

Он был не так плох, как предыдущий раз, но и близко не был похож на того Клэя Джонсона, которого я знала в прошлом сезоне.

Он едва отвечал на вопросы, больше отвечал остроумными замечаниями, чем чем-либо из контекста, и когда бедный студент попытался разобраться со своими заметками и придумать, о чем еще его спросить, Клэй коротко сказал:

— Мы закончили?

А потом повернулся и ушел, прежде чем бедняжка успел ответить.

После обильных извинений я попросила Райли и Зика об одолжении, попросив их поговорить с обоими репортерами об их совместном лете и о том, как этот год отличается от других, играя не только как товарищи по команде, но и как пара. Они были горячей новостью в студенческом футболе, с тех пор, как они устроили скандал в Твиттере после прошлогодней победы в кубке, целуясь на поле. К счастью для меня, они были в хорошем настроении и оба очень хорошо говорили на камеру.

Я улыбнулась и показала им большой палец, стоя за спиной оператора, все это время прожигая дыры в спине Клэя, пока он шел к раздевалке.

Когда интервью закончилось, Райли поблагодарила репортеров вместе со мной, прежде чем оттащить меня в сторону. В ее длинных каштановых волосах виднелись золотистые пряди, выгоревшие на солнце. Она собрала волосы в высокий тугой хвост, приняла поцелуй в щеку от Зика и подождала, пока он не окажется вне пределов слышимости, прежде чем заговорить.

— Один совет, — сказала она, понизив голос и оглядевшись, чтобы убедиться, что никто не подслушивает. — Возможно, стоит на некоторое время отстранить Джонсона. Они с Малией только что расстались.

Я побледнела.

— Что?!

Было бесполезно пытаться скрыть шок на моем лице. Я не очень хорошо знала Клэя, но мне и не нужно было знать,