Взрывоопасные чувства - Лидия Андрианова

Подруга давно настаивала на том, чтобы осадить Ленку, но я её отговаривала. Зря, как теперь понимаю.

– Уверена, что специально.

Я видела лицо одногруппницы. Она всю игру принципиально целилась в меня и била с такой силой, словно мечтала мячом сплющить меня.

Лена ходит на занятия волейболом еще со школы. И играет девушка отлично, этого не отнять. И удар у неё что надо. Как и прицел, впрочем.

– Вот мерзавка! – вспыхивает Карина. – Чего она вообще к тебе прицепилась?!

– Если бы я знала, – уже привычно отвечаю я.

– Слушай, может, она того, – подруга останавливается и, глядя на меня, понизив голос, говорит, – по девочкам? Влюбилась в тебя, вот и изводит теперь?

Выпучив глаза, смотрю на Карину. Еще чего не хватало!

Заметив, что подруга едва сдерживает смех, легонько толкаю шутницу в плечо.

– Не смешно, – бурчу я и продолжаю путь.

– Кто знает, кто знает. В наше время возможно всё. Тем более других причин для столь сильного, пусть и негативного, внимания со стороны Шевцовой к твоей персоне я не нахожу.

– Да плевать мне на её причины. Еще раз рыпнется в мою сторону – пожалеет. Моё терпение закончилось. Достала она меня по самое горло.

– Давно пора было поставить её на место. Я же предлагала тебе разобраться с ней.

– Я давала ей шанс одуматься. Не люблю конфликты. Но больше терпеть её выходки не стану.

Я не боялась Шевцовой. Не боялась открытой конфронтации. Просто не видела причин для вражды. Но теперь, когда конфликт неизбежен, я сокурснице не завидую.

Я росла в семье военного. Отец с подросткового возраста стал обучать меня приемам самообороны, а затем и вовсе отдал в секцию, где я несколько лет отрабатывала навыки защиты до автоматизма.

Папе было важно знать, что единственная горячо любимая дочь в его отсутствие при необходимости сможет за себя постоять.

Так что я не была такой беззащитной, как могло кому-то показаться на первый взгляд.

Если дело дойдет до банальной женской драки, то сокурсница быстро будет обезврежена. Но прежде я не откажу себе в удовольствии и прорежу шикарные белокурые волосы Шевцовой. Это будет платой за все месяцы насмешек с её стороны, что я была вынуждена терпеть.

Войдя в раздевалку, где уже переодевались одногруппницы, в числе которых и Шевцова, мы не спеша подходим к своим кабинкам.

– Оклемалась уже? – оглядывая меня со скрытой неприязнью, спрашивает Лена. И, не дожидаясь ответа, переведя взгляд на одногруппниц, говорит: – Я же говорила, что не так сильно она приложилась, как изображала. Больше притворялась. Специально, наверное, чтобы у Константина Сергеевича на руках оказаться. Решила привлечь внимание физрука, да, Вознесенская?

Насмешка и откровенная ложь Шевцовой бесят не на шутку. Но я не успеваю ответить, меня опережает Карина.

– Рот захлопни, Шевцова, а то воняет. Ты столько сплетен придумываешь, что вся пропиталась запахом лжи. Нет уже сил терпеть тебя, – заталкивая вещи в сумку, грубо и громко говорит Карина.

– Сама захлопнись, Лаврицкая, – зло сверкая глазами, произносит Ленка. – Нечего свою подружку выгораживать. Меня из-за нее физрук отчитал.

– Правильно сделал. Ты вообще на голову отшибленная. Даже не задумалась, что Даша могла серьезно пострадать.

– Кто виноват, что она играть не умеет? – рявкает Шевцова. – Руками нужно ловить мяч, Вознесенская, а не лицом. Запомни на будущее! Тогда цела останешься.

– Ты за мою сохранность, Шевцова, не переживай. Лучше о своей побеспокойся, – спокойно отвечаю девушке. И, застегнув сумку, посмотрев на Лену, продолжаю: – Еще раз выкинешь что-то подобное, пожалеешь.

– И что ты мне сделаешь, Вознесенская? – насмешливо спрашивает одногруппница, складывая руки на груди в защитном жесте. Она намеренно почти с первого дня обращается ко мне по фамилии. Раньше меня это раздражало, но потом я привыкла и перестала обращать на это внимание.

В конце концов, у меня красивая фамилия.

– Фейс тебе подправлю, – холодно, не отрывая от неё взгляда, отвечаю. И только благодаря этому замечаю проступившие удивление и растерянность на идеальном лице Шевцовой.

Не ожидала от меня подобных слов? Что ж, сюрприз!! Я еще и не так могу ответить.

– Ты… ты что, мне угрожаешь? – явно не веря услышанному, спрашивает Ленка.

– А ты не такая тупая, какой кажешься, Шевцова, – теперь настала моя очередь насмешливо смотреть на неё. – Моё терпение закончилось, Лена. Еще раз сунешься ко мне, начнешь снова всякую фигню про меня плести, я терпеть не стану. На глазах у всего универа за волосы тебя оттаскаю, мало не покажется.

– Тебя отчислят! – взвизгнув, угрожает Шевцова.

– Плевать. Зато ты надолго меня запомнишь. Как и все в универе запомнят твой прилюдный позор. Так что лучше отвали от меня по-хорошему.

Сказав всё, что хотела, закидываю сумку на плечо и двигаюсь к выходу из раздевалки.

– Выкуси, Шевцова, – следуя за мной, довольно бросает Ленке Карина.

– Пошла ты, – доносится в ответ ей.

– И так иду. Домой, – показывает средний палец Карина покрасневшей от злости одногруппнице.

– Вознесенская, – окликает меня Светка Кравцова. И, дождавшись, когда я на неё посмотрю, показывает большой палец. – Молодец. Давно надо было её на место поставить.

Благодарно кивнув девушке за поддержку, покидаю раздевалку. Следом выходит пребывающая в хорошем настроении Карина.

– Я в восторге! – заявляет подруга. – Горжусь тобой!

– Рада, что ты повеселилась, – хмыкнув, отвечаю ей и морщусь от резкого покалывания в висках.

Лучше мне как можно скорее оказаться дома. Всё-таки приложилась я головой сильно.