Так и только так - Алекс Регул

– Выглядит очень аппетитно.

– Согласен… выглядит действительно очень аппетитно, – произнёс Алексей, заметив как там, под халатиком, мелькнула светлая линия её бедра. – Присаживайся. Сейчас будем пить чай. Или тебя кофейком угостить?

– А мне без разницы. Что нальешь, то и буду пить.

– Да? – удивился Алексей и отправился к холодильнику реализовывать свой внезапно возникший план. – Тогда будем пить это.

Когда он вернулся, в его руке была бутылка коньяка.

Марина изумленным взглядом больших серых глаз, посмотрела на Алексея.

– За знакомство, нам же всё равно нужно выпить? – объяснил свой поступок он.

– Ну, если за знакомство…

– Конечно, за знакомство нужно выпить! Сейчас принесу рюмки.

Рюмки нашлись почти сразу, но даже этого времени хватило, чтобы Марина съела половинку бутерброда. Из чего Алексей сделал вывод, что она не просто голодна, а очень. Поэтому он буквально заставил её съесть еще пару бутербродов перед первым тостом.

Выпили. Закусили. Потом Марина попросила чай, поскольку всухомятку бутерброды есть было не так вкусно. И уже когда перед ней стояла кружка с горячим сладким чаем, выпили еще по рюмочке коньячка.

– Всё-таки разгильдяй твой Матвей. Ты к нему ехала за тридевять земель, а он даже не смог тебя встретить… Или он не знал, что ты приедешь?

– Знал. Во всяком случае, мы планировали, что я приеду.

– Планировали?

– Да.

– А вы давно знакомы?

– Много лет.

– О, как. И что прям, хорошие знакомые?

– Мы гораздо больше, чем знакомые.

– Даже так. Ну что ж, не буду совать свой нос в ваши дела.

– А дел никаких нет, – Марина улыбнулась и, прежде чем продолжить, сделала глоток чая. – Я же понимаю, что Матвей ещё в поисках себя, поэтому ничего серьёзного с ним затевать сейчас не имеет смысла.

– Ты так спокойно об этом говоришь.

– А как иначе? Не скандалы же мне устраивать, когда я вижу у него в постели очередную девицу.

– Не понял, – удивился Алексей. – Ты что, не против того, что он спит с таким большим количеством девиц?

– Против, конечно. Но изменить ничего не могу. Его мама мне уже много раз говорила, чтоб я повлияла на его поведение. Но разве можно человека изменить лишь уговорами?

– Ты знакома с его матерью?

– Конечно, знакома. Она же мне, как мать.

– И что она… – Алексей разлил по рюмкам очередную порцию коньяка. – Она тоже в курсе его образа жизни?

– Да. Она меня и заставила приехать сюда.

– Не понял, ты родственница Матвея?

– Пока нет.

– То есть ты замуж за него собралась?

– Не то чтобы я собралась. Это такая идея у наших родителей.

– Извини, опять не понял, а твоё какое мнение по поводу этого мероприятия?

– Если честно, я не в восторге.

– И всё же ты приехала?

– А куда деваться, когда родители меня буквально выгнали из дома. Поезжай, говорят. Развейся. И я поехала.

– А что сам Матвей думает о возможности вашего брака?

– Лёш, ну ты сам подумай, что он думает? Ничего. Он баб меняет, как модница перчатки. Я ему нужна так же… как и он мне.

– То есть убиваться по нему ты не станешь?

– Это уж точно! Убиваться не стану.

– Но Матвею ты не изменяешь? Я имею в виду близкие отношения с другими мужчинами.

– Изменять Матвею, чисто теоретически, я при всём желании не смогла бы, по той простой причине, что мы друг другу ничего не обещали и обещать не могли. Поэтому в этом плане, за мной греха нет.

– Марин, а ты…

Алексей вовремя устыдился своего порыва и резко замолчал, а после паузы предложил выпить. Выпили ещё. Потом ещё. И лишь когда бутылка была допита, он неожиданно, даже для самого себя, спросил:

– А ты любишь смотреть на звёзды?

Марина сделала очередной глоток чая, посмотрела внимательно на Алексея и улыбнулась.

– Люблю.

– Тогда пошли на них смотреть?

– Лёш, а когда же мы спать будем?

– Успеем. Еще полночи. И всё утро впереди.

– Тебе разве на работу утром не надо идти?

– Завтра суббота. У меня законный выходной.

– Ну ладно. Тогда давай уберём со стола и пойдём на твои звёзды смотреть, – предложила Марина.

Они стали убирать со стола. Алексей отнёс еду в холодильник. Помог вытереть со стола. А Марина вымыла посуду.

Она ещё надеялась, что Алексей передумает идти на балкон смотреть на звёзды, а вместо этого покажет, где ей прилечь поспать.

Но чудо не произошло.

Пошли смотреть на звёзды.

– Какие созвездия ты знаешь? – поинтересовался Алексей, вглядываясь в ночное небо, на котором, как по заказу, сегодня не было ни одного облачка. От этого звезды предстали, как на ладони… Яркими, чёткими. Смотри – любуйся! Марина назвала созвездия, что помнила из школьной программы и, приложив усилия не зевнуть, выслушала небольшую лекцию про небесные тела. Хотя её уставшее, достаточно пьяненькое тело хотело только одного – уснуть.

– Леш, – не выдержала она и положила руку ему на плечо, – я сейчас прямо к твоим ногам свалюсь и усну. Пошли спать?

– Пошли.

Он взял Марину за запястье и повел в спальню. Не включая в комнате свет, без лишних слов подвёл к постели, и уже когда нужно было хоть как-то объяснить своё поведение, едва слышно произнёс:

– Марин, у меня нет второй кровати. А на полу спать неудобно. Давай спать вместе?

– Вместе? – растерялась она.

– Ну да. Ты и я… В одной постели… Будем спать.

– Спать?

– А что ещё делать? Спать.

– Это как-то… неожиданно. Чего же ты мне сразу не сказал, что у тебя негде спать?

– У меня есть, где спать. Вот моя постель. Бельё чистое, сегодня только застелил. Ну, хочешь, перестелю?

– Не надо. Я не из-за этого…

– Тогда ложись.

Он присел на кровать и потянул Марину вниз. Она пошатнулась, присела рядом.

– Марин, помочь тебе снять халат?

В темноте раздался её тихий голос:

– Помоги.

Алексей на ощупь нашёл поясок её халата. Развязал. И потихоньку стал раздвигать ткань. Словно разворачивать дорогой и такой нежданный подарок. Сначала он оголил одно женское плечо, затем второе. Медленно его рука скользнула под халат и там замерла, коснувшись мягкой и такой большой груди. Осторожно Алексей приблизился к Марине всем телом. Прикоснулся губами к её плечу. Провёл языком по шее. Внезапно крепко обнял за талию. И этим дерзким объятием заявил такие права, которые вслух было трудно сформулировать. Наверное, в силу их непозволительности. Неуместности.

Но Марина промолчала.

Не