Станешь моей сегодня! - Анна Россиус

- Не была здесь раньше? По работе? – вдруг спрашивает Марк.

Странный вопрос. Это же не офисное здание.

- Нет, впервые.

Мы подходим к лифтам, и Миллер достает из портмоне ключ-карту.

Мой папа – военный. И до того, как он вышел на пенсию и наша семья обосновалась в подмосковном Подольске, пожить я успела в разных условиях, сменила несколько городов. Но в таких роскошных апартаментах бывать не приходилось, совершенно точно.

Лифт светлый, просторный. Потолок и стены сплошь зеркальные. Но наедине с мужчиной мне вдруг становится тесно. Я отступаю на пару шагов и замираю, стараясь на него не смотреть. В этом месте, рядом с ним чувствую себя какой-то замарашкой.

- Не нужно меня бояться, – спокойным, ровным голосом произносит Марк.

А я и не боюсь. Я просто пока не понимаю, зачем я здесь. И нутром чую – происходит что-то странное. С радостью удрала бы еще на парковке. Но работой в такой компании, как наша, не разбрасываются.

Отважно поднимаю голову и натыкаюсь на пристальный, сканирующий взгляд. Цепкий, пробирающий до мурашек. В глубине красивых, карих глаз мне чудится что-то пугающее, тёмное, порочное...

От собственных мыслей становится смешно. Чего б я еще понимала в мужских взглядах! Соня-тихоня, как за глаза называют меня коллеги. Незаметная, исполнительная, неконфликтная.

И такое выкинуть... Свалиться начальнику в руки в разнузданном виде и невменяемом состоянии! Что за невезуха?!

Двери лифта открываются прямо у Миллера в апартаментах. И на меня снова накатывает волна паники. Индивидуальный вход. Значит ли это, что и для выхода отсюда нужна ключ-карта?

Маловероятно, что шеф окажется маньяком. Иначе выбрал бы жертву попривлекательнее и не тащил бы её к себе через людную парковку. Но об осторожности забывать, всё же, не стоит.

Аккуратно снимаю дорогущее кашемировое пальто и возвращаю начальнику. Внимательно слежу, куда именно он кладёт портмоне и вешает мою куртку. Не дай Боже, пригодится, конечно.

- Раздевайся, Софья. Одежду можно в стиралку.

Как это, раздевайся?! На мне и так, кроме идиотского платья и тонких колготок, ничего нет.

Открываю рот, чтобы спросить, но у шефа звонит телефон. Он отвлекается и даже куда-то уходит. А я продолжаю стоять неподвижно, как истукан. Слушаю его голос... низкий, бархатистый.

Марк возвращается в холл и вручает мне простую белую футболку. Свою, очевидно.

- Ванная и кухня там, – говорит он, прижимая трубку динамиком к плечу. – Я чуть позже подойду. Нужно сделать несколько звонков.

Совершенно точно, на моём лице сейчас отразился весь спектр эмоций – от растерянности до испуга.

Уловив моё смятение, мужчина подходит вплотную. Чуть склоняется и проводит подушечкой большого пальца по моей щеке. Гладит скулу, опускается к шее.

От этих прикосновений сбивается дыхание. От его проницательного взгляда подкашиваются колени. Так близко, в упор на меня еще ни один мужчина не смотрел!

- Что-то не так? – шепчет он, облизывая идеальной формы губы. Смотрю на них и невольно повторяю то же самое.

Его голос, взгляд, осторожные, но настойчивые пальцы творят со мной нечто невообразимое.

- Можешь называть меня Марк..

Глава 1 Марк

Глава 1 Марк

Два часа назад

С Феликсом, владельцем сети популярных столичных Лаунж-баров, нас познакомила однажды моя девушка. С некоторых пор, уже бывшая.

Знакомство вышло весьма полезным для обоих. С весёлым толстяком мы оказались удивительно близки по духу. И за несколько месяцев, что я представлял его интересы в суде, стали приятелями.

Клуб, в VIP-комнате которого я сейчас нахожусь - далеко не самый пафосный из всех шести. Но располагается ближе всего к моему офису. Поэтому, благодарный клиент, владелец и теперь еще и друг в одном лице с радостью мчится сюда. Правда, чуть запаздывает.

Нелегко оказалось вытащить его из той передряги, в которую он попал. Но я вытащил. Чуть не сдох, ведя его дело и параллельно еще несколько. Но честь фамилии не уронил. Потомственный юрист, продолжатель именитой династии. Куда деваться.

Люблю совершать такие чудеса. Чувство триумфа, превосходства, удовлетворения... в этот раз немного смазаны. Устал.

Ужинать не хочется. Приятный коктейль с мятой холодит губы, но не бодрит. Если Феликс не явится сейчас, я вздремну прямо тут.

Хорошее место. Уютное и спокойное. Несколько раз назначал здесь дневные встречи с клиентами.

Ну и с Мариной мы тут бывали. Пока она вдруг не решила, что пора замуж.

Мне было не пора. Она взбрыкнула, и мы расстались.

Выходит, у меня после разрыва никого и не было? Три недели. До чего уработался – уже на секс время выкроить не могу. Точнее, неохота напрягаться и кого-то искать. Если б сама подвернулась...

Я нахожусь на верхнем уровне. Отсюда весь бар, как на ладони. Моё внимание привлекает развеселая компания девчонок. Они звонко хохочут, кривляются, выбирая, куда упасть.

Одна тут явно не в своей тарелке – молча стоит рядом, пока подруги рассаживаются на мягких диванчиках за столом. Одета так же, как и остальные – вульгарно, вызывающе сексуально. Слишком короткое и обтягивающее аппетитную фигуру платье. Слишком яркая помада на губах. Слишком совершенные длинные стройные ноги. А нет, с последним всё в порядке, как раз. А личико какое...

Профессионалка, интересно?

- Марк Матвеич! – орёт Феликс, заваливаясь рядом. И заключает меня в железные мужицкие объятия.

- Я чуть не уснул, пока тебя дожидался.

Мы разговариваем еще около часа. Неспешно ужинаем.

Мой взгляд то и дело возвращается вниз, к той девушке. Внимательный Феликс всё замечает.

- Чем порадовать тебя, дружище? Приглянулся кто-то?

- Возможно, – отвечаю уклончиво. – Только на игры ни сил, ни желания сегодня нет.

- Желания точно нет? А то - можно ведь и без игр.

Делаю глоток и хмурюсь неизвестно почему.

- Валька, он управляющий этим клубом у меня, фоточки скидывал на той неделе. Девчонки – просто огонь. Иногородние студентки столичных вузов, в основном. Чистенькие, свеженькие. Умненькие даже. Всё конфиденциально, как ты понимаешь.

Феликс кивает вниз, намекая на ту самую компанию.

- Не поверишь – ни разу не платил за секс.

- Да прям. Бабы – народ корыстный. Маринка твоя вон квартирой нехилой за время ваших отношений разжилась. И тачек сколько