Надоело быть хорошей - Татьяна Тэя

Вот и она снимет этого малознакомого парня. Он ведь тут явно проездом.. Видимо, особого интереса к рыжей у него не возникало. Чудесно, тогда есть шансы перетянуть внимание на себя.

Взгляд опять переместился к тому самому столику и наткнулся на парня. Ноги рыжули исчезли с его коленок. Он сидел, вольготно откинувшись на спинку дивана, на которой распластал руки, и рассматривал… её! Соню!

Чёрт! Щёки зажглись огнём. Взгляд был сто процентов раздевающим. Хотя, чего она ожидала, когда сама спалилась, пялясь на него без остановки. Парень приподнял бровь. Вопросительно? Многозначительно? Приглашающе?

- Ты на кого там смотришь? – оживилась Томка, замечая, что Соня отвлечена.

- Вот этот, - кивнула Соня в сторону парня.

- Что этот?

- Пересплю с ним сегодня.

Подруга неуверенно улыбнулась.

- Ты с ума сошла?

- Нет, просто надоело быть хорошей.

С этими словами Соня опрокинула в себя остатки вина, которое не успела допить, отправляясь за шотами. Встала на ноги, чувствуя, как мир вокруг делает резкий нырок и в ушах шкалит давление, но всё быстро вернулось на круги своя.

- Пошли? – она кивнула на танцпол, зовя подругу с собой.

Всё-таки танцевать одной не хотелось.

- Может, подождём другую песню? – с надеждой спросила Тома.

- Пошли, - более настойчиво протянула Соня, которой было плевать на трек.

И Томка сдалась.

На танцполе Соня намеренно повернулась лицом к столику, за которым сидел парень. Огни тут мелькали ещё более резво, так что до конца разглядеть его лицо возможности не было. Ну, да и ладно, потом посмотрит, если он подойдёт.

А он встанет и подойдёт, ну только если он не идиот и не импотент, и если она правильно поняла его взгляд.

02

- Боже, кого мы видим, Его Светлость явился! - Катарина одарила Криса сладкой улыбочкой, и, стоило тому приземлиться на диван, прильнула и сдёрнула натянутый на голову капюшон. – Прячешься?

- Его Светлость – это мой двоюродный дядя. Ты меня точно ни с кем другим не спутала?

- А ты ещё на год пропади и спутаю.

Прекрасно осознавая, какой эффект производит, Катарина ярко-красными губами, почти под стать её цвету волос, обхватила сигарету, прикуривая, затем протянула Крису.

Сладковатый табак, явно с примесями, ворвался в лёгкие.

- Что это? – парень протяжно выдохнул струю дыма под потолок.

- Волшебство, - рассмеялась Катарина и потянулась погладить его по шее.

Но Криса сегодня это почему-то раздражало. Его вообще всё сегодня раздражало, и Сэм, который притащил его в «Аут», тоже раздражал. Звал пообщаться, а теперь куда-то слился с подругой Катарины. Может, уже юбку ей задрал в одной из приватных комнат «Аута». Тут такие дела быстро решаются, если кому охота уединиться.

Крис не был в Лондоне, да что там, в Англии, уже почти год. Сначала в Испании пропадал, потом к друзьям в Москву уехал на четыре долгих месяца. Вот вернулся, но надеялся, что исполнит свой сыновий долг и свалит. На этот раз, куда подальше. Например, в Аргентину. Чем не место, где можно провести год, а то и два?

Ему нравилась свобода, и то, что его грёбанное семейство очередной раз пыталось перекрыть ему кислород, бесило до усрачки.

Знакомые лица вокруг кивали ему, кто настороженно, кто заискивающе, кто с интересом. Сюда можно не возвращаться с десяток лет, а ничего не изменится.

Он сделал очередную затяжку, совсем неглубокую и короткую. Хватит с него. Сунул сигарету обратно в приоткрытый ротик рыжули и потянулся за своими. Обычными.

Щёку обожгло. Сначала лёгким покалыванием, а потом будто кто-то пламя зажигалки к коже подставил.

Так обжигают пристальные взгляды.

Он развернулся и тут же поймал в фокус стройную фигурку какой-то девушки, стоявшей возле бара.

Луч стробоскопа коротко скользнул по её лицу. А она ничего. Выглядит, как куколка. Миниатюрная, волосы почти до талии, небольшая, но приподнятая грудь, узкие бёдра в темных, обтягивающих как вторая кожа брючках.

«Повернись, - взмолился он про себя, - наверняка, задница у тебя тоже зачёт».

Но девушка стояла на месте, зато его член ожил, поднимаясь и упираясь головкой в ширинку.

Красотка даже глаз не отвела, хотя прекрасно понимала, что попалась.

Крис усмехнулся, и даже его провокационная усмешка, кажется, её не смутила.

Катарина убрала ноги с его колен, но зато придвинулась ближе, потёрлась грудью о локоть, а потом скользнула ладонью между его ног, что-то замурлыкала на ухо, думая, что это он так на неё и её прелести повёлся.

Если ещё год назад его заводили такие откровенные проявления даже не флирта, а демонстрации желаний и намерений, то сейчас начинали бесить.

Крис сбросил её руку и снова глянул на барную стойку. Незнакомки там не оказалось. Чуть побродив взглядом по залу, нашёл её за одним из столиков.

С подругой пришла. Вдвоём. Парней рядом ошивающихся нет. Чудесно. Хотя он приметил у стойки несколько кабелей, капающих слюной на эту конфету. Пусть утрут пасти, сегодня это его добыча.

Крис знал, кто и зачем приходит в «Аут». Танцы тут явно не были главным развлечением. Как и серьёзные знакомства. В его среде, в той, где он вырос, серьёзные знакомства заводились совершенно иначе. По грёбанному этикету. И плевать, что потом та же самая молодёжь, расшаркивающаяся друг перед другом в реверансах в гостиных старых особняков, напивалась, укуривалась и перетрахивалась в заведениях подобно «Ауту», соблюсти регламент было очень важно.

Минут через десять вернулся довольный Сэм, плюхнулся на диван рядом с ним, опрокинул пару стопок текилы, перехватил у Катарины косяк и затянулся – глубоко и с чувством.

- На кого смотришь? – уточнил он, приметив пристальный взгляд друга.

- Кто она, знаешь? – кивнул в сторону танцпола Крис, где девушка извивалась под путаные ритмы со своей подругой.

- М-м-м, без понятия, если честно, - после непродолжительного разглядывания выдал Сэм. – Но задница у неё что надо.

Крис, который и сам уже оценил крепость бёдер незнакомки и аккуратную попку, которая так и напрашивалась, чтобы её сжали, чуть толкнул друга плечом.

- Тебе мало что ли? Эта будет моя. Челюсть подобрал!

Сэм, как бы сдаваясь, поднял руки вверх.

Один трек сменял другой, но Крис так и не двигался, лишь жадно окидывал взглядом гибкую фигуру незнакомки. В её глазах и движениях явно читался призыв, а те взгляды, которые она бросала на него –