Ты нас предал - Елена Безрукова

Я была совсем неопытной девчонкой, когда мы с ним начали отношения. Он стал моим первым мужчиной, стал для меня всем. Стал моей огромной вселенной. Он любил повторять, что никогда и ни с кем ему не было так хорошо как со мной.

Что же изменилось?

Получается, с Анфисой всё-таки ему лучше?

Или она права, и я действительно стала просто домашней клушей, которая только и умеет, что щи да борщи варить?

Эта мысль снова причинила такую невыносимую боль, будто нож в спину не только вогнали, но ещё и провернули с особой жестокостью несколько раз, что я невольно скривилась. По щекам побежали горькие слёзы моей тихой истерики.

Я молча горела заживо, билась в агонии, просто умирала.

Ты убил меня, милый.

Я теперь не человек больше, я живой труп без души — её сегодня выжгли дотла, оставив лишь безобразное пепелище.

Ты убил нас.

Уничтожил.

Растоптал.

Как ты мог?

Предатели.

Мои палачи.

Ты нас предал, Богдан.

За мыслями не заметила сколько прошло времени и как в кухню вошёл Богдан, а за ним — та, которую я считала подругой, но теперь даже имени её не хотела произносить.

— И что ты сидишь? — услышала я и повернула голову на голос.

Муж смотрел на меня с недовольством. Конечно, я помешала ему получить удовольствие! Что он там говорил, что Анфиса делает лучше всего?

Господи, какая грязь! Я даже потрясла головой, прогоняя эти картинки. Мне показалось, что меня сейчас вырвет. Мне надо уйти отсюда, уйти как можно скорее.

Я встала на ноги и старалась не встречаться ни с одним из этих предателей глазами.

— Вещи я заберу потом, — я старалась, чтобы мой голос не звучал так жалко и слабо. — Счастливо оставаться.

— Зачем откладывать? — вклинилась бывшая подруга, которой я, между прочим, доверяла не меньше. Два ножа. — Давай, помогу собрать твои шмотки. Как я понимаю, твоего здесь не много, да?

Мерзкий тон подруги заставил поморщиться. Да уж, действительно, если задуматься, ничего моего тут и нет.

— Я заеду сама, позже. Когда вас обоих тут не будет. А пока… Продолжайте, не стесняйтесь.

Не знаю, откуда взялись силы сказать это и сохранить лицо.

Схватила сумку в прихожей, которую уронила на полу при входе, быстро натянула сапоги, накинула шубку и вышла в подъезд, хлопнув дверью.

Вот и всё. Больше нет у меня ни мужа, ни подруги, ни дома…

Одна только рана сквозная, куда задувают все ветра мира.

Я вызвала лифт и спустилась вниз.

В каком-то тумане побрела по тихому скверу, который окружал наш элитный квартал.

Падал мягкий снежок, но я ничего вокруг не замечала.

Красота мира просто померкла сегодня для меня.

Куда я шла — понятия не имела. Шла подальше от предательства и боли. Подальше от этой гадости.

От измены, которую я всегда считала самым страшным, что может произойти. Самым подлым и мерзким. Я никогда бы не поступила так сама с близким человеком, и была уверена, что ни Богдан, ни Анфиса тоже не поступят так со мной.

Не знаю, сколько я шла, устала, промерзла, когда увидела вывеску небольшого ресторанчика, я никогда тут не была раньше, и сейчас для меня это было благом.

Зашла, народу было не очень много, я подумала, что это к лучшему, села в уголке, заказала кофе и десерт, просто чтобы что-то заказать.

Мне не хотелось ни есть. ни пить. Ни жить…

Да и как мне жить?

Смотрела как опадает пена капучино и размышляла.

Квартира в которой мы жили принадлежит мужу, она куплена до брака со мной, естественно, мне там ничего не светит, да я и не стала бы пытаться что-то получить. Ничего мне не нужно от Богдана… Мне была нужна лишь его любовь, но теперь об этом и речи не может идти.

Он выбрал её.

У меня есть своя небольшая квартирка в тихом спальном районе, но я её сдаю и только недавно перезаключила контракт аренды на год. Там живёт семья уже несколько лет: хорошие люди, двое детей, приличная семья. Не могу же я к ним явиться и сказать, что у меня резко поменялись планы и я требую освободить жилплощадь?

Мы с Богданом заключали брачный контракт. Смешно, но на этом я настояла, все хотела показать, что я люблю его не за деньги, которые он имеет. Люблю, потому что люблю…

По нему мне ничего не достанется из имущества Богдана, но разве это самое важное?

Я семью потеряла. Мужа лишилась. Подруга предала… И всё это в один день.

Закрыла лицо руками, пытаясь прогнать непрошеные слезы.

За что, Богдан? За что? Я же так тебя любила! Я же старалась быть идеальной женой! Чтобы дом был уютным, был полной чашей. Готовила ему по пять блюд к ужину, и всегда разное.

Мне казалось, что я и как женщина его устраиваю. Да, может во мне нет лоска, как в Анфисе, я не такая стройная, как она, да и грудь у меня натуральная, не такая большая. Маникюра нет — зачем он мне на кухне? Господи, да я даже ноги брить порой забывала, не говоря об эпиляции…

Да уж, Надежда, дорогая, и ты еще спрашиваешь, почему мужа потянуло к другим бабам?

Видимо поэтому…

Горько было осознавать, что вся моя жизнь оказалась просто липой. Враньем.

Я закрывала глаза на очевидные вещи. Богдан стал позже приходить. Он не просил заниматься с ним любовью, хотя раньше ему нужно было и часто, и много и… в общем, любил он это дело, и сильно. Он знал толк в наслаждениях…

Наверное, как любой нормальный и здоровый мужчина.

Меня должно было насторожить то, что мой муж перестал меня хотеть.

Но и моя страсть поостыла на тот момент, и я считала, что это обоюдно.

Боже мой, как я ошиблась, как ошиблась!

Сексуальная жизнь Богдана продолжала быть яркой и регулярной.

Просто не со мной…

Не знаю, сколько я сидела там, в этом незнакомом мне ресторане. Начали подтягиваться посетители, было много семей с детьми, стало шумно.

Дети! Как я хотела родить Богдану малыша, как мечтала!

“У нас будет ребенок. которого ты так и не смогла родить!” — эти жестокие слова сказала моя подруга! Подруга, с которой я делилась своими переживаниями, на плече которой плакала, когда не получалось в очередной раз!

Это меня ударило, может быть, еще больнее чем сама измена. Он не