Измена. Право на семью - Арина Арская

Киваю. Дожидаюсь, когда Мария выходит, и просматриваю сообщения.

“Он тебя не любит”

“Я не желаю тебе зла”

Я вскидываю бровь. Вот ты бы мне еще желала зла, дорогуша. И не со мной тебе надо вести переговоры о великой и наивной любви, а с моим супругом. Подключи свою женскую хитрость, милая, и постарайся подвести его к разводу. Поглаживаю подлокотник кресла, задумчиво глядя на люстру. Вздрагиваю от очередной короткой вибрации.

“Ты должна понять меня, как женщина”

Убираю локон за ухо и печатаю сообщение. Выжидаю секунду и отправляю.

“Прекрати унижаться”

Глава 2. Идеальную жену можно воспитать

Стучу по косяку двери костяшками пальцев. Забавно. Я не могу зайти в кабинет мужа без стука. Я ему родила дочь, ношу его фамилию, а веду себя будто его подчиненная.

— Входи, — раздается приглушенный и спокойный голос Валерия.

На совместном молчаливом ужине я не смогла поднять вопрос о его интрижки. Все же такие разговоры не стоит вести за трапезой.

— Я хочу тебе кое-что показать, милый.

Бесшумно вхожу в кабинет, шагаю к столу и кладу перед Валерием разблокированный телефон с сообщениями от его любовницы. Молча сажусь в кресло напротив. Касается пальцами экрана, пробегает по нему взглядом и поднимает невозмутимые глаза:

— И?

— У тебя есть любовница. И это ты с ней на фотографии.

— Да, — он кивает и откидывается назад. — И в чем проблема?

Валерий красивый молодой мужчина. И у него строгая красота, жесткий и внимательный взгляд, насмешливый изгиб черных бровей, но любят человека не за его внешность. Верно?

— Ты внимательно прочитал ее сообщения? — я тоже откидываюсь на спинку кресла, неосознанно копируя его позу.

— Да.

— И то, в котором она говорит, что ты ее любишь?

Я вот себе не позволяю в последние месяцы даже подумать о том, что Валерий может меня полюбить.

— Что это? — он усмехается. — Ревность?

— Нет, — качаю головой. — Валер, ты не считаешь, что надо тратить жизнь на любимых людей?

— Ближе к сути, Вика, — едва заметно щурится, и взгляд становится не просто холодным, а ледяным.

— Ради любви можно и развестись, — мило улыбаюсь. — Правда? Но это только в том случае, если ты действительно испытываешь к этой очаровательно наглой красавице глубокие чувства. Ты на них способен?

— Какой развод, Вика? — обнажает зубы в улыбке.

— Обычный развод, Валера, — вздыхаю я.

— У нас любого развода не будет, — Валера пожимает плечами. — По крайней мере, до того момента, пока жив мой и твой отцы.

— Он мой дядя, Валера, — сжимаю переносицу.

— Каждый раз об этом забываю, — усмехается. — Мне опять тебе напомнить об условиях завещания моего отца и твоего дяди?

— Да каждый из них может дожить лет до ста из вредности, — закрываю глаза и медленно выдыхаю. — Валер, ты предлагаешь десятки лет прожить вот так?

— Как?

— В презрении, ненависти друг к другу, — тихо отвечаю я и смотрю на него в упор, а он смеется.

— Вика, у меня нет к тебе презрения и ненависти, — клонит голову набок и улыбается. — Наш брак для меня совместный проект, и мы друг для друга должны быть прежде всего деловыми партнерами. Понимаешь?

— Меня от тебя тошнит.

— Ты хочешь меня порадовать хорошей новостью? — он со лживым восторгом подается в мою сторону, а затем разочарованно вновь откидывается, — хотя постой… Ты же меня не подпускаешь к себе.

Я сжимаю кулаки и до скрежета стискиваю зубы. Да, не подпускаю, ведь потом последует горькое разочарование от того, что меня используют лишь, как инкубатор.

— Я звонил твоему врачу, Вика, — его верхняя губа дергается в гневе. — Регулы в прошлом месяце вернулись, ты восстановилась, все анализы в норме, между ног у тебя все в порядке.

— Еще рано, — сглатываю горчащую отчаянием слюну.

— Ты вновь отказываешься от супружеского долга? — вопросительно изгибает бровь. — И удивляешься тому, почему у меня любовница?

— Если я и удивляюсь чему, — тихо чеканю каждое слово и встаю, — то это тому, откуда твоя любовница знает мой номер.

— Вероятно, каким-то образом схитрила, подгадала время и стащила мой телефон, когда он был разблокирован. Отыскала в списке контактов “жена”, — с издевкой ухмыляется. — Тайна раскрыта. Чему тут удивляться?

Шагаю к столу, подхватываю телефон и окидываю Валерия раздраженным взглядом.

— Проект? Партнеры?

— Именно так, дорогая.

— Ты ведь знаешь, как для бизнеса и партнеров важна репутация, да? — говорю медленно и отчетливо. — Меня не волнует, с кем ты возишься на шелковых простынях, но ты бы не мог свою шлюху щелкнуть по носу? И еще, милый, мужчины не просто так скрывают измены, понимаешь? Не надо бросать тень на красивую картинку благополучной семьи, в которой ты — приличный, любящий супруг и идеальный отец.

— В этом я с тобой согласен, — покачивается в кресле.

— И вопрос супружеского долга стоит обсудить тогда, когда мой цикл полностью восстановится и я смогу четко определить фертильные дни, — сдерживаю в себе желание схватить со стола ноутбук и разбить его о голову Валерия. — И еще. Мне потребуются справки о том, что ты чист на наличие заболеваний передающихся половым путем.

Валерий хмыкает, окидывает меня оценивающим взором и поднимает равнодушные глаза:

— Резонное требование, дорогая, и его удовлетворю, но спешу заверить, что я предохраняюсь, ведь я против незаконнорожденных детей даже от любимой женщины.

— Какой же ты мерзавец, Валера, — с легким осуждением качаю головой.

— Надежда сбагрить муженька любовнице идет трещинами? И ты осознаешь, что в случае развода я могу у тебя забрать Соню? — медленно встает, и в его глазах пробегает темная тень.

— Ты ведь можешь родить детей с любимой.

— А Соню за борт с матерью-истеричкой? — вглядывается в глаза. — Вика, будь рациональной женщиной. Все твои “ах, я несчастлива”, “ах, я терпеть не могу мужа”, “ах, меня вынудили выйти замуж за мерзавца” мне надоели. Если у тебя послеродовая депрессия, то я найму тебе психолога, чтобы он чуток подправил твои мозги.

— Кто бы твои подправил, — телефон в моей ладони поскрипывает.

— Это не я