Опекун для Софии - Галина Осень

Они с нянюшкой замолчали, думая каждая о своём, и в этот момент ночную тишину прорезал истошный крик:

– Пожа-а-а-р!!!

– Пожа-а-а-р!!!

София с няней выскочили на улицу. Двор моментально наполнился людьми, шумом и паникой. В ночном сумраке и сполохах пламени метались люди, кони, скотина и птица. Слышались заполошные крики женщин, грубые резкие выкрики мужчин, скрежет, скрип, мычание, кудахтанье, гудение пламени… Горела усадьба.

София прижималась всем телом к пышному боку нянюшки и не отрываясь смотрела на бушующее пламя. Ни слезинки не выпало из её глаз. В них застыл ужас и непонимание: как такое могло случиться с их старым добрым домом?! С их семьёй?! С её родителями?!

– Нет! Богиня милосердная, нет!! – шептала девочка бескровными губами.

Всеми силами она желала, чтобы этот ужас прекратился как можно быстрее! К сожалению, ни в усадьбе, ни в ближайшем селе не было магов воды. Пожар пришлось тушить обычным способом. До Софии ещё не совсем дошло, что горело как раз хозяйское крыло, а родители – барон и баронесса Недвиг – находились именно там. Отчаянно шепча молитву Пресветлой матери, пятнадцатилетняя София интуитивно уже готовилась услышать трагическую весть.

Со стороны дороги послышался грохот тележных колёс: к горящей усадьбе торопилась пожарная команда из деревни. Бочка с водой и несколько крепких мужиков с баграми и топорами – вот и вся помощь.

Тем временем, слуги под руководством управляющего и дворецкого уже и сами начали посильное спасение дома. От пруда к усадьбе выстроилась цепочка людей, передающих друг другу вёдра с водой. Два смельчака забрались на крышу и пытались баграми скинуть вниз горящие доски и стропила. Их поливали из вёдер заодно с горящими брёвнами.

Но вот пламя взметнулось вверх, как бы торжествуя над людскими стараниями, люди загомонили и закричали, призывая мужиков уходить от опасности, и, наконец, крыша и верхний этаж рухнули под напором пламени. Народ не растерялся. Пока огонь снова не разросся, навалились всем миром и залили, растащили, затоптали горящие останки хозяйского крыла. Кажется, желание Софии всё же исполнилось и пожар победили довольно быстро. Но…

– Леди София, – управляющий и дворецкий подошли одновременно. – Примите соболезнования, – склонил голову Берк Эшли и через паузу добавил: – Я жду ваших распоряжений. Скоро приедут дознаватели, надо определиться что делать с телами?

– С телами? – заторможено спросила София, невольно стискивая в кулачках нянюшкину шаль. Она отчего-то совершенно обессилела и едва держалась на ногах. Происходящее с трудом доходило до её сознания.

– Предположительно барон и баронесса остались в своей спальне. Доставать тела или ждать дознавателей? – мягко, но настойчиво повторил Берк.

– Я не знаю, – растерялась Софа. – А … они точно погибли? – шёпотом спросила она. – Может…

– К сожалению, госпожа, ваши родители оба погибли, – скупо подтвердил Эшли, не пытаясь увиливать и искажать известие.

– Тогда, наверное, надо подождать. Пусть дознаватели сами скажут, что нам делать.

София отвечала и разговаривала, но полностью не осознавала, что родителей уже нет и больше никогда не будет. Не будет матери, копошащейся в саду с розовыми кустами или сидящей у окна за вышиванием салфеток. Не будет отца в его кабинете с запахом дорогого табака, которым он был окутан. Не будет их ласк, редких и потому очень ценных для Софии. И, вопреки её воле, слёзы всё же потекли по щекам.

– Правильное решение, – кивнул ей Берк. – Помочь уже не сможем: ваши родители точно погибли, а картину трагедии для дознания можем сохранить. Хорошо, что вас не было в вашей спальне, хоть кто-то из семьи остался.

– Я…, – София беспомощно оглянулась на няню. – Я была на кухне…

– Госпожа частенько поздно вечером, а то и ночью приходит попить чаю, – сдвинула брови пожилая нянька, крепко обнимая ослабевшую девочку. – Об этом все знают, и ты, Берк, тоже.

– Но не знают дознаватели, – холодно ответил управляющий. – Надо сразу показать им место вашего пребывания госпожа, чтобы они смогли по следам ауры определить время вашего присутствия там.

Берк откровенно подсказывал молодой госпоже, как надо себя вести с магами-дознавателями. Но договорить и договориться о чём-либо они не успели. Недалеко от догорающей усадьбы открылся портал, и несколько мужчин неторопливо ступили на землю баронов Недвиг.

– Хозяин? – один из мужчин выступил вперёд и обвёл взглядом присутствующих.

– Нет хозяина, – ответил Берк. – Усадьба загорелась ночью. Здесь только те, кто смог спастись. В том числе, дочь баронов Недвиг. Сами хозяева, кажется, погибли. Не осматривали ещё.

– Правильно поступили, – хмыкнул мужчина и одним движением руки возвёл вокруг догорающего и дотлевающего хозяйского крыла прозрачную мерцающую завесу. – Всем оставаться на местах! – скомандовал он. – Кобри! Сними показания! Жостен, Маркони – за мной! – и шагнул сквозь завесу.

София и вся дворня застыли, наблюдая сквозь пелену за действиями дознавателей. Их голосов не было слышно, но и так было понятно, что они нашли погибших и что-то записывали на кристалл.

София не смогла больше смотреть и со слезами уткнулась в грудь нянюшки. Как бы не складывались её отношения с отцом и матерью, они всё равно были её родителями. София всё равно хранила в памяти редкие моменты их ласки и внимания. Она всё равно любила отца, несмотря на его равнодушное отношение к семье и всё равно ждала ласки от матери, которая всю жизнь пыталась угодить мужу, забывая о дочери.

Нянька же машинально поглаживала девочку по плечам и приговаривала:

– Всё наладится, госпожа… Всё наладится…

***

– Мартин, – король коротко взглянул на друга. – Я знаю, что ты очень занят, но дело серьёзное, и я не могу поручить его непроверенному человеку, – король сделал паузу, но граф молчал, терпеливо ожидая продолжения. – В моих землях сгорела усадьба баронов Недвиг.

– Это тот барон, что был осуждён за криминальное применение магии?

– Да, он и его жена погибли. У них остался ребёнок – девочка пятнадцати лет. Я назначаю тебя опекуном малышки и надеюсь на твою добросовестность. Девочка умненькая, вместе с управляющим пытаются выплатить долги отца. Помоги им. И обрати внимание на магию девочки. Её заблокировали в детстве, но к совершеннолетию блоки снимут. Ребёнку надо учиться.

– А что не так с её магией? – лениво спросил граф; его совсем не обрадовало поручение короля, но он благоразумно промолчал.

– Девочка целитель и кроме того обладает магией жизни, причём очень сильной

– О! Понятно почему заблокировали, – кивнул граф.

– Именно, сохраняли психическое здоровье ребёнка. Дар очень редкий, начал проявляться рано. Однажды она пожелала здоровья увечному