Мистресс из трущоб - Анастасия Вкусная

- Не бери в голову, Майра. Ты же не виновата, -Том невесело усмехнулся.

- Пойдем тогда к остальным, - силилась не заплакать изо всех сил. – Что здесь киснуть? До темноты не так много времени.

На улице я влилась в ряды танцующих и быстро потеряла Тома из виду. Прости, друг, но мое сердце теперь, кажется, тоже разбито. Я плясала, будто последний раз в жизни. Меняла партнеров, флиртовала без устали и хохотала как заведенная. Лишь бы выжечь эту тяжесть в груди, высушить слезы на щеках, выстудить огонь внизу живота. Не поняла, в какой момент вокруг повисла непроницаемая тишина. Просто вдруг музыканты перестали играть, а танцующие парочки остановились. Резко развернулась в ту сторону, куда все смотрят, и замерла. Буквально в нескольких шагах от меня стоит высокий, жилистый мужчина в мундире цвета графита. Пуговицы и нашивки золотятся в заходящем солнце, а взгляд леденит душу. Это же сам Министр! Первая гончая Императора, да продлят все боги его дни. Опускаю ресницы и чуть склоняю голову. Перед Министром падать на колени не принято, но отчего-то очень хочется. А сбежать на край света еще сильнее.    

Мужчина, тяжело ступая, медленно подходит. Сильными пальцами в грубой кожаной перчатке чувствительно стискивает мой подбородок и приподнимает его. Глядит долго, внимательно изучает каждый миллиметр заплаканного лица. Потом взгляд сползает по шее в вырез платья. Ужасно хочется зажмуриться и сжаться до размера пшеничного зерна. Уж лучше в мельницу, чем к Министру в покои.

- Как зовут? – низкий голос с хрипотцой летит над замершей, безмолвной толпой.

- Майра, Министр.

 - Проводите Майру в экипаж, - бросает он своей охране и, наконец, отпускает меня.

Гончие моментально хватают под руки и ведут к стоящим на обочине маго-техногенным лошадям. Боюсь этих тварей до одури, поэтому сама изо всех сил вцепляюсь в мужчин рядом. Они неверно истолковывают мои действия и начинают тихонько гоготать. Конечно, подумали, что еще одна замарашка готова вот-вот упасть в обморок, потому что ее Министр выбрал. Очутившись в тишине и прохладе личной повозки Министра, перевожу дух. Ничего плохого пока не случилось, но случится и очень скоро. Меня не на ужин позвали и не о судьбах трущоб побеседовать. А может, к лучшему? Злые слезы снова катятся по щекам. Ведь хотела сегодня распрощаться с девственностью. И если любимый отверг, пусть хоть кто будет. К чему беречь себя и дальше? Кэйрин мне не обскакать, а состоятельный любовник еще никому не помешал. Любовник… Раскатала губу. Утром выкинут вон из дворца, хорошо, если пирожок с собой завернут.

Министр пришел скоро, развалился напротив на мягком бархатном сидении. Куснул от принесенного яблока пару раз и вышвырнул остатки в окошко. Сжала зубы от негодования. В трущобах так с едой не поступают. Уж если взял с праздничного стола, хоть съел бы. От возмущения не сразу поняла, что меня снова пристально осматривают самым сальным взглядом.

- С мужчиной была когда-нибудь? – Министр кладет руку на свой пах и что-то там поправляет, нисколько не стесняясь меня.  

- Нет, - опускаю глаза в пол, не хочу и дальше видеть, как смотрит и что делает при этом.

Не смотрю зря, потому что через секунду мужчина оказывается рядом. Без предисловий стискивает шею пальцами и впивается в губы поцелуем. Его язык моментально оказывается во рту. До этого момента я не целовалась с парнями, поэтому сразу же начинаю паниковать и уворачиваться, не отдавая отчета в собственных действиях. За что тут же получаю наказание – хлесткую пощечину. Хватаюсь за щеку, пытаюсь отдышаться и одновременно взять себя в руки.

- Простите, Министр. Я не намеренно, - жалостливо пищу, глядя в потемневшие от злости глаза второго человека Империи. – Больше не повторится, обещаю.

Уж лучше стать его развлечением на одну ночь, чем подопытным животным в катакомбах дворца. Или и вовсе расстаться с девственность и жизнью прямо на обочине.

Глава 2.

Во дворце Министр сразу же ушел по каким-то делам, а его охрана передала меня подоспевшей женщине средних лет. Та придирчиво осмотрела новоявленную проблему, прицокнула языком и велела идти за ней. Понуро поплелась следом. А нельзя уже поскорее покончить со всем этим? Говорят, делов на десять минут… Очень скоро поняла, что нет, нельзя. Сначала меня дочиста отмыли в купальнях, потом осмотрел врач, затем накрасили и разодели. Отовсюду со стен смотрели мои отражения. Кажется, весь дворец в зеркалах. Не узнавала эту юную, прекрасную девушку в огромных, дорого украшенных кусках стекла. Она удивительно хороша собой и очень естественно вписывается в окружающее роскошное убранство. Раньше мне не доводилось бывать и у дворцовых ворот, и сейчас я прямо-таки впитываю все, что вижу. Все вокруг кажется сказочным, блестящим, эфемерным. Неужели кто-то так живет? Выливает литры воды, чтобы помыться. Использует десятки баночек и скляночек, содержимым которых можно умазаться с головы до ног. Имеет возможность сам не пошевелить и пальцем, чтобы из усталой замарашки превратиться в принцессу.

Уже порядком утомленную приготовлениями меня привели в пустые покои. И оставили совсем одну. Огромная кровать, над ней зеркальный потолок, богато накрытый стол перед окном в полстены. Потихоньку смеркается, праздник в моем квартале совсем скоро закончится. А во дворце, наверное, только начнется. Зачем я Министру? Разве он не должен присутствовать на каком-нибудь важном мероприятии? Есть хочется невероятно, но я не посмею притронуться к чему-то, что может принадлежать главной имперской гончей. Впрочем, ждать пришлось не так уж долго. Вскоре Министр быстрым шагом вошел в комнату. Окинул меня не слишком-то заинтересованным взглядом, но при этом одобрительно кивнул.

- Подойди, Майра, - скомандовал, разливая что-то по бокалам из большой пузатой бутылки.

Догадываюсь, что это, и идти страшно. Алкоголь в трущобах не пьют. Он не запрещен, но слишком дорог для нас. Пьяницы, конечно, встречаются, но самогон подпольного производства часто бывает настоящей отравой. А прогулы из-за похмелья очень жестко караются на фабрике. Молодежи пить совсем не позволяется. Считается, что это привилегия полноценно работающих – взрослые скидываются раз в квартал и покупают в городе перед праздниками. Все равно подчиняюсь и медленно топаю к столу.

- Пробовала когда-нибудь? Или ты хорошая девочка? – по-змеиному ухмыляется, правильно истолковав мое замешательство.

- Не пробовала, - ни к чему отпираться.

- У тебя сегодня настоящий праздник, - громко и хрипло смеется.

Внутри все сжимается от отвращения. Как же мерзко