Пламенько. Часть первая - Семён Сициер

Подойдя к открытой двери в кухню, у Луки тут же выпучились глаза от удивления и гнева.

Раздался громкий крик: «Вишня!»

Лука застал как раз тот момент, когда Вишня столкнула труп в окно.

Затем последовали несколько мгновений тишины, которые будто предвещали взрыв, пока из окна не послышался жёсткий…

Удар! Большой кусок мяса силой вмялся, кажется, в метал и запелёнатое плёнкой стекло. Тело упало, и, судя по звукам, на чью-то машину. Вслед за этим раздались несколько истеричных возгласов прохожих с улицы.

Лука грозно смотрел прямо в глаза Вишне, а она выглядела, как ребёнок, только что разбивший дорогую вазу с цветами.

На улице становилось всё шумнее. Вишня, мельком глянувшая вниз из окна, высоко подняв свои брови в недолгом миге удивления собственной выходке, спрыгнула с подоконника, и, уже с более наглыми чертами лица, выкинула своё высокомерное и обидчивое «Что?».

— Что?! — Недоумеваючи возгласил Лука, сразу вторив себе, и будто с большей претензией — Что?!

— Ты… Пф… Ты! Кх… Эпф… — У Луки уже не находились сколько-нибудь приличные слова, чтобы описать своё недовольство. Он, вот вроде бы собрался поднять в сторону Вишни руку, вновь начать тычать в неё пальцем и ругаться, но вместо этого он пошатнулся, опрокинулся спиной на стену, и скатившись по ней, уселся на пол.

Вишня наглой походкой вышла из кухни, переступив через ноги Луки.

— Собирай свои шмотки! Мы переезжаем. Вот что! — Выкрикнул ей в след Лука, после чего взял, попавшуюся под руки, бутылку и швырнул её со всей злости в холодильник, отчего она разлетелась на куски по всей кухне.

Руки его дрожали, что он сам подметил с неприятием в глазах. Спрятав их от самого себя, Лука вновь постарался принять обличие злости, гнева, ненависти, от которого отвлёкся, стоило ему выпустить из рук бутылку, и то, что, как ему казалось, он вправду чувствовал, но получилось не искренне, отчего он перестал стараться и вышла просто потерянность.

Спустя несколько минут Вишня встала у двери в кухню с парой рюкзаков в руках. Она мягко поставила их подле себя и села на корточки рядом с Лукой, который всё так же сидел на полу, с каким-то задумчивым видом. Он смотрел на осколки, лежащие у его ног.

Вишня взяла за руку брата и спокойным голосом, таким, каким обычно говорят, когда хотят найти примирение, сказала:

— Я собрала вещи.

Лука, через недолгую паузу, посмотрел на Вишню. Та выглядела виновато, в её глазах читалось сожаление. Она добавила:

— И твои вещи я тоже собрала. Поедем?

— Поедем — тихо ответил Лука.

Вскоре они вышли из дома и направились к машине. Было слышно, что позади дома, куда Вишня скинула труп, собралось много людей, и где-то вдали орали сирены приближающейся скорой помощи.

Вишня постоянно поглядывала на брата, пытаясь понять, о чём он думает и что чувствует, и есть ли какой-то способ подступиться, чтобы как-то сгладить ситуацию. И ей показалось, что он не так уж строго всё воспринимает, и, что он, наверняка, скоро перестанет на неё сердиться.

Когда они сели в машину, Вишня предложила Луке поехать в какой-нибудь ресторан, хорошо пообедать.

— Может быть туда, где есть хороший стейк. А ещё картошечку. И… Чтобы там ещё было мороженное — Не умолкая накидывала варианты Вишня, внимательно следя за реакцией брата — Кофе ещё хочу, точно, там должно быть хорошее кофе!

— Помнишь… м-м… — Вишня пыталась вспомнить место — мы видели такой ресторанчик, там, где были столики на улице, под такими красными зонтиками? — Вопрошала Вишня, на что Лука хладно кивнул головой и завёл машину. Он посмотрел на сестру, позже сразу переметнув взгляд на заднее стекло машины, выглядывая выезд со двора. В глазах его читалась спокойная досада, но никакой озлобленности, разочарования.

По ходу поездки перед Вишней то и дело отваливалась крышка бардачка, которую она все с большей раздражённостью и силой пыталась прихлопнуть, пока в какой-то момент со всей яростью не ударила по ней так, чтобы та отвалилась. С минуту стараясь оторвать ещё цепляющуюся крышку, Вишня вся искипятилась, испыхтелась, но оторвав, вырвав с корнем, она готова была чуть не разбить окно, чтобы поскорее её выбросить. Дождавшись наконец, когда окно опустится, она с пылким облегчением выбросила её на дорогу, где она в полёте мгновенно угодила в одну из припаркованных машин.

Проехав после несколько минут по городу в неловкой тишине, Лука вдруг серьёзным голосом, глядя на дорогу, сказал:

— Чтоб тебя фура переехала.

Вишня раздалась громким хохотом.

Лука, поглядывая на неё, начал добро улыбаться, а Вишня, через смех, ответила ему:

— Ты ж знаешь, переехала уже.

— Да она тебя слегка толкнула! — Возразил Лука.

— Я на четыре метра отлетела, вообще-то — Словно хвалясь, возражала ему Вишня.

— Ну так, толкнула. А надо было, чтобы переехала, гляди, начала бы что-то соображать — Уже посмеиваясь, сказал Лука.

Вишня мягко ударила брата, и, сложив руки, надув щёки, начала делать вид, что обиделась. Но, увидев подобревшего Луку, снова засмеялась и расслабилась, растекаясь на сиденье.

Обстановка разрядилась, однако вскоре Лука уже чуть в более серьёзном тоне, но без всякой грубости и злости, начал говорить:

— Мне нравилась та квартира и не хотелось никуда переезжать, а тем более опять что-то разгребать, вместо того, чтобы просто хорошо поесть и поспать.

Вишня уж было хотела виновато промолчать, но не смогла сдержаться и всё-таки выдала:

— А мне не нравилась! В моей комнате обои были дурацкие.

Это рассмешило Луку, и он ответил ей:

— Ну, в следующий раз ты можешь просто мне об этом сказать. Не обязательно в качестве намёка, или, чтобы это ни было, убивать людей. Принципы ведения диалога между людьми вроде как не изменились, а если изменятся, то я тебе обязательно сообщу.

— Ой, да что ты мне говоришь! Нет-нет, если что-то измениться, то это Я тебе обязательно об этом сообщу — С усмешливой надменностью сказала Вишня, высмеиваючи брата — Потому что, я более чем уверена, что если в мире хоть что-то измениться, ты будешь сидеть и такой: «Ой, а что происходит? Я что-то ничего не понимаю! Скажите, что происходит!» — Пародировала она его, говоря забавным глуповатым голосом.

— Ну ты нарываешься! — Играючи ответил Лука, обхватив рукой сестру за шею.

Они начали перепалку, стараясь защекотать друг друга, машина начала вилять из стороны в сторону. В этот момент они уже подъезжали к ресторану.

— Всё, всё, хватит! — Через щекотливый смех, Вишня останавливала брата.