Поцелуй нарцисса - Полина Атлант

— Хорошо, я подумаю, — успокоил ее Теодор. Пора было заканчивать этот тяжелый разговор, у него разболелась голова.

— Вот и слава богу! Латгардис прибудет завтра к обеду, надеюсь, вы будете приветливы с ней, — уже веселее заявила Роза-Альбина. – Я позаботилась о том, чтобы вашу невесту доставили в герцогство.

— Это когда я был негостеприимным? — возмутился Теодор. — Никогда я не позволял себе быть грубым с гостем в нашем доме.

— В последнее время вы стали резкими со мной, — герцогиня махнула рукой в его сторону и встала. — Не одна мать не заслуживает такого обращения.

— Маман, перестаньте! Просто вы, женщины, любите красноречивых мужчин. Как по мне, это излишне. Я – воин, а не менестрель, — Теодор глубоко вздохнул и поставил пустой кубок на стол. Исход этого разговора совсем ему не нравился.

— Ваши слова просто невыносимы для материнского слуха. Я на вас надеюсь, не забудьте завтра явиться на обед, — довольная своей маленькой победой, Роза-Альбина покинула залу и направилась в свои покои. Разговор с сыном изрядно утомил ее.

Герцог не стал оставаться в замке и поспешил в конюшню. Лучшее средство разогнать тоску и навязчивые мысли – это пуститься в галоп на любимом Гарсоне. День подходил к концу, а Теодор должен еще успеть до заката объехать охотничьи угодья, куда он отвезет невесту для серьёзного разговора.

В свои двадцать пять лет герцог не видел себя в роли любящего мужа. От общения с одной и той же женщиной Теодор быстро уставал. О нем шла молва, как о пылком любовнике. Но все также знали, что герцог не прощал измен и предательства. У него не было недостатка в любовницах, которые сменяли одна другую, и терпели его предпочтения в любовных утехах. Для него всегда было важно скрывать все свои отношения с женщинами. Поэтому маман его крайне удивила, упрекнув в похождениях.

Возле конюшни Теодор встретил двух воинов – Бодолевоса и Адалстана. Личные охранники были верны только герцогу и исполняли его приказы. В том числе и грязную работёнку.

— Кто-то следит за мной, и все докладывает ее светлости. Найдите мне этого доносчика, который прислуживает моей маман. Как поймаете крысу, повесить! — выговорил герцог и вышел из конюшни.

— Будет сделано, господин, — отозвался Адалстан, отдавая в руки хозяина уздечку любимого коня.

Роль хозяина земель не тяготила Теодора, а наоборот, доставляла удовольствие. Молодой герцог, как и его отец, стремился к порядку и справедливости. Ничего не проходило мимо Теодора, он был всегда извещен о событиях в своих землях.

Имея герцогский титул, Теодор, разумеется, должен родить наследника. Многие знатные династии пытались породниться с его семьей, предлагая ему в жены своих дочерей. Но родители всегда с осторожностью выбирали для своих сыновей спутниц, не опираясь на чувства и горячую голову. Поэтому Теодор не понимал, что такого особенного было в нищей полукровке, что даже его отец потерял свой хладнокровный разум и помолвил их?

ГЛАВА II

Опасаясь за невестку, Роза-Альбина отправила за Латгардис в монастырь охранников, забрать ее и увезти в безопасное место. Герцогиня боялась, что Теодор может выкрасть девушку из монастыря и избавиться от нее, так как Латгардис стала помехой для его планов.

Рано утром настоятельница разбудила девушку и велела быстро одеваться.

— Вставай, дитя мое, ее Светлость Роза-Альбина распорядилась забрать тебя!

Латгардис, долго не думая, оделась и собрала вещи в небольшой сундучок. У ворот монастыря ее ждала колесница, украшенная широкими серебряными пластинами с изображением единорога. Должно быть, это был герб династии Д‘Марсан, решила девушка, пообещав себе изучить все, что касается ее будущего супруга.

Пришлось в спешке попрощаться с сестрами и настоятельницей. Аббатиса заключила девушку в свои крепкие объятия, но почему-то не хотела отпускать.

— Помни, наши двери для тебя всегда открыты. Если будет трудно, ты всегда можешь вернуться. Да хранит тебя Господь!

Настоятельница поцеловала Латгардис и, перекрестив, отпустила.

Путь в герцогство Арвернию был долгим.

Конвой ехал по безопасному маршруту, которым пользовались ещё древние римляне. Всю дорогу Латгардис думала о том, что же ее ожидает впереди. Каким человеком окажется ее жених?

Девушку очень радовало то, что она выйдет замуж за молодого человека, а не старого, отвратительного мужчину, как ее отец.

Едва Латгардис подумала о короле, как сразу вспомнила свое совсем не легкое детство.

Все, что ей пришлось пережить, произошло по вине ее алчного отца.

Она родилась в день солнечного затмения в цитадели Каркассо. По рассказам Назария, в то страшное время король все время отсутствовал, он вел войны с франкскими князьями из-за приграничных земель. В Каркассо царили беззаконие, нищета и болезни.

Ее мать звали Гретхен. Она была дочерью вождя из племени вольков, живущих у подножия Пиренейских гор. Когда Гретхен исполнилось пять лет, её племя поработили и продали знатным римлянам.

Отцом был Амаларих – король из древней гутонской династии. Он был достославным воином, с длинными вьющимися волосами, пронизывающими синими глазами и широкими плечами.

Ее родители встретились на празднике жатвы, который проходил в цитадели. Гретхен как раз исполнилось четырнадцать лет, и она в первый раз пришла на пиршество. Она была высокой, робкой красавицей и её выбрали королевой жатвы.

Дальше все произошло как обычно, молодой воин с горячей кровью не смог пройти мимо обольстительной красотки, и Гретхен стала его любовницей. Ходили слухи, что она – чародейка, околдовала короля, и он потерял голову.

Но Назарий говорил, что на самом деле Амаларих просто был безумно влюблен. Он подарил Гретхен драгоценную брошь с гранатом в виде ворона – символ гутонской королевской династии.

Вскоре Гретхен узнала, что в положении, и ее роль выросла многократно. Король надеялся, что родится наследник, который укрепит его власть.

В день, когда Латгардис родилась, Амаларих вел ожесточенный бой на границе Тулузы. Но это не смогло помешать ему вернуться в Каркассо. Король был глубоко потрясен тем, что любимая не пережила мучительные роды. Он потерял надежду иметь наследника, но и Тулуза пала под натиском врагов.

В полном отчаянии король отказался от своей дочери. Даже капеллан не стал крестить новорожденную малютку. Сжалилась над ней старая повитуха, которая отдала ее богатой бездетной семье виноделов.