Подопечная для графа - Ника Ёрш

— Хорошо, — не стал спорить граф. — Как считаете, леди Иверсон, с чего ваш отец решил, будто в случае его исчезновения или смерти вам понадобится опекун так далеко от любимой столицы, балов и роскоши?

Такая постановка вопроса мне нравилась.

— Думаю, папа понимал, что, в случае его гибели, король может заставить меня срочно выйти замуж за угодного ему подданного. Например, графа Колхауна!

Бровь лорда Берга поползла вверх.

— Насколько помню, — сказал он, — Колхаун молод, богат и хорош собой. Отличная партия для вас.

— А еще у него предок — русал! — ответила я.

— И что в этом плохого? Завораживающий голос, красивая внешность? Разве не об этом мечтают молодые леди?

— Молодые леди мечтают, чтобы их оставили в покое до совершеннолетия. Через полгода мне исполнится двадцать один! — выпалила я. — И тогда мне самой можно будет решать, нуждаюсь ли я в ветреном муже, меняющем любовниц как перчатки! Забегая вперед, скажу сразу — нет! Не нуждаюсь.

Замолчав, я поняла, что выдала себя с головой. Это вышло случайно, как всегда. Магия огня, которая переполняла меня, дала волю и вот… Я поспешно стащила с рук перчатки, уже начавшие тлеть на кончиках пальцев. Бросив быстрый взгляд на графа, заметила, что он отвернулся и задумчиво смотрит в сторону окна.

Чуть дальше от него стоял столик с графином, наполненным темно-зеленым напитком. Я облизнула пересохшие губы. Ярость гуляла в крови и требовала выхода. Граф же, все еще пребывая в задумчивости, лениво уточнил:

— Что вы там говорили о событиях трехлетней давности?

Я ощутила, как краска стыда заливает лицо. Мне казалось, я легко смогу напомнить этому Бергу, как мой отец решил щекотливую проблему с его сестрой. Ведь нет ничего более естественного, чем потребовать помощи за ранее оказанную услугу. И только теперь пришло понимание, насколько это низко.

Тогда я подслушала чужой разговор. Сначала случайно, а дальше… затянуло. Не каждый день семнадцатилетней девушке удается узнать историю, достойную бульварного романа. Сестра графа Берга сбежала с офицером, собираясь позже обвенчаться. Втайне от брата. Однако выяснилось, что офицер уже женат. Граф Берг нашел сестру слишком поздно. Она не просто успела познать сладость любви с чужим мужем, но и забеременеть… Мой отец помог бедной леди решить сложившуюся ситуацию. Благодаря многочисленным знакомствам, он нашел для девицы бесплодного барона, живущего на севере королевства, и организовал им свадьбу. В последний раз, когда граф Берг общался с отцом, тот привез для меня подарок от сестры графа — невероятно красивое кружево, связанное ею. Для меня.

Кроме того, насколько я поняла, сестра графа родила сына, и назвали его в честь моего папы.

Отец был тронут до глубины души и очень гордился, что помог обманутой бедняжке и барону обрести счастье. А я… ехала сюда и собиралась шантажировать графа Берга случайно подслушанной историей. Что только на меня нашло?!

— Забудьте, — попросила я, поднимаясь.

Конечно, глупости часто приходили мне в голову, но главное что? Главное — умение вовремя остановиться. Так я и решила поступить — прислушаться к совести и голосу разума. Но сначала быстро подошла к графину, плеснула темно-зеленой жидкости в стакан и сделала несколько жадных глотков залпом. Горло обожгло. Я рвано выдохнула, подождала немного и обернулась к оказавшемуся рядом графу.

— Что это было? — выдохнула я.

— «Мандраж», — ответил Гордон Берг, не сводя с меня шокированного взгляда.

«Ликер из корня мандрагоры, созданный в качестве альтернативы зелью бодрости, — всплыло в памяти. — Напиток бодрит ТАК убойно, что после одной рюмки можно очнуться в другом конце королевства, пережив массу приключений и не помня половину из них...»

— Папа очень хвалил этот напиток, — просипела я. Голос куда-то пропал.

— А вам… как? — уточнил граф, осторожно вынимая из моих пальцев стакан.

Я прислушалась к себе и счастливо улыбнулась. То ли под действием нового напитка, то ли так сошлись звёзды, но моя решимость обрела новую силу.

— Не пойду замуж! Вот им. — Я показала совершенно обалдевшему графу неприличный жест.

Брови Гордона Берга приподнялись в удивлении. Все четыре. Я даже посчитала вслух.

Граф Берг вздохнул, склонился ко мне и практически невесомо коснулся лба со словами:

— Спите уже, миледи. Завтра договорим.

2

Голова нещадно трещала. В глазах все плыло. Кроме того, я впервые за двадцать лет не узнала комнаты, в которой проснулась.

— М-мисс Пирси, — позвала тихо и сама поморщилась от скрипучести своего голоса.

— Вы очнулись, милая!

Гномка быстро появилась в поле зрения и взяла меня за руку, заботливо поглаживая по запястью.

— Что произошло? — спросила я уныло. — Неужели меня все же настиг невротический обморок, который вы так долго предрекали?

— Если бы, — с тоской ответила компаньонка. — Это все… «Мандраж».

И тут в голову пришли воспоминания. Стало стыдно. Но это не продлилось долго.

— Значит, мы все еще в доме графа Берга? — спросила я.

— Здесь, — кивнула гномка.

— Прекрасно, — ответила я с облегчением.

— Но… неудобно же! — напомнила она о приличиях.

Я поелозила в постели, погладила ладонью шелковый пододеяльник, взглянула на богатое убранство вокруг и не согласилась:

— По мне, очень удобно. Даже чудесно.

Гномка нахмурилась, покачала головой:

— Он все равно нас выставит, — заверила она. — Чудара мне в свидетели. Мистера Мура вот уже отправил в столицу. Да-да, я сама удивилась. Он уехал рано утром, не прощаясь. Успел только передать через камердинера графа, что нужно срочно отбыть. Желал нам удачи.

— Что ж, мы и сами справимся, — не очень уверенно сказала я. — Для начала мне нужно одеться как подобает.

Мисс Пирси не возражала. С самым скорбным видом она принесла наряд из моего сундука, вызвала горничную и принялась ждать дальнейшего развития событий.

Спустя некоторое время мы спустились в холл и попросили передать графу Бергу, что миледи Даниэль Иверсон жаждет новой аудиенции.

Слуга удалился, оставляя нас одних.

— Как вам мой вид? — нервно уточнила я.

— Ужасно, — честно призналась компаньонка. — Зачем вы решили надеть это старомодное платье? Оно слишком закрытое и пугающее. И эта прическа… Вы выглядите как выпускница пансиона имени «Лу́циуса Стогна́рского». Младше своих лет и… сиротливо, что ли.

— Прекрасно. — Я улыбнулась,