Жестокий трепет - Екатерина Юдина

Я больше не оборачивалась и не смотрела на Брендона, но все же краем глаза уловила то, что он, делая все такие же глубокие вдохи, пошел вперед. Как раз в ту сторону, где буквально мгновение назад сидели мы с Джулией.

Уже заходя в лифт, я скрестила руки на груди и закрыла глаза. Пять лет я его не видела. Ничего не слышала о нем. Так, что то едкое и жженое прошлое, которое связывало нас, уже давно растворилось в сознании и перестало для меня существовать, но именно в этот момент я против воли вспоминала некоторые моменты. Они вновь оживали в сознании.

Например, то, как однажды, я, собравшись со всей своей решительностью, попросила у Брендона кусок пиццы. Это была не просто еда. Да и не в ней дело. Наверное, для меня главным было то, что я вообще старалась никогда и ничего не просить. А с Брендоном вовсе боялась разговаривать. У меня ведь коленки подкашивались даже просто от того, что он мог пройти мимо меня.

Я была забитым и загнанным подростком, боящимся в присутствии этого альфы сказать хотя бы одно лишнее слово, но подойти и попросить у него кусок пиццы меня сподвигло желание хотя бы полминуты постоять рядом с ним. Для меня это всегда было несбыточной мечтой.

Но в итоге, целую вечность собираясь со своей решительностью, я все же сделала это.

Подошла к нему. Огромному, дикому и безбожно красивому. К альфе, за которым бегали абсолютно все омеги и вот я, пытаясь перебороть себя, тихо попросила пиццу. А он мрачно посмотрел на меня, так, что по коже побежали мурашки и, под смех своих братьев, бросил ее мне под ноги со словами:

«Ну, давай, бери»

Как я вообще когда-то могла влюбиться в Брендона?

Объяснение этому было лишь одно — в те времена я была психически больной.

К счастью, я уже давно излечилась.

— Завтра утром созвонимся, — сказала Джулия. В этот момент створки лифта раздвинулись и мы вышли в коридор.

***

Стоило мне войти в номер, как мой телефон зажужжал и я на дисплее увидела номер мамы.

— Да, — отвечая на звонок, я сняла туфли и прошла вглубь номера. — Хорошо, что ты позвонила. Я очень сильно соскучилась.

Моя мать — Алана Фокс, являлась той женщиной, про которую говорили — она состоит из стали. Утверждали, что у нее нет ни души, ни сердца. Ее до дрожи боялись и с трепетом боготворили, как единственную омегу, которая не только выстояла в жестокой среде влияния альф, но и на куски порвала большинство из них. Тех, кто некогда считал ее лишь хоть и безупречной, красивой, но все же наивной омегой. Из-за этого хотел поглотить ее корпорации. Но в итоге за подобное поплатился.

Это было уже давно. Прошли те времена, когда Алану недооценивали. Теперь она являлась самой влиятельной омегой в стране. Более того, она стояла на второй ступени по власти и богатству, отчего слухи о том, что она бездушна лишь усугублялись.

Когда я услышала про это, вспомнила о том, как бережно меня обнимает Алана. То, с какой любовью относится ко мне. Возможно, для других она и бездушная, а так же жестокая, но для меня она любимая и обожаемая мама, с которой у меня были непередаваемо теплые отношения.

— Я тоже. Как проходит твоя поездка? — судя по шуму, Алана находилась на улице.

— Отлично, но я только что увидела Брендона Дилана. Он зашел в ресторан, в котором я ужинала. Наверное, кого-то искал.

— И? — голос Аланы мгновенно стал другим. Более холодным. Даже ледяным.

— Ничего. Он меня не заметил, — я лишь пожала плечами. Села на диван и расслабленно оперлась о спинку. — Да и разве это имеет значение? Мы обе понимали, что в этой поездке мне, возможно, придется столкнуться с Диланами. Прятаться я не собираюсь. Мы не в детском саду, чтобы играть в прятки.

— Мне нравится твой настрой.

Продолжая разговор с Аланой, я встала с дивана и пошла осматривать номер, ведь ранее так и не успела этого сделать. Пройдя несколько комнат, я нашла спальню. Села на край кровати и посмотрела на зеркало.

В основном мы с Аланой обсуждали работу, а так же цель этой моей поездки. Так получилось, что одна из корпораций нашей семьи, год назад решила обеспечить поддержкой некий фонд. В него были вложены колоссальные деньги, благодаря чему этот фонд, именуемый «Оркестром» вышел на первое место по стране.

Из-за этого он, наравне с остальными крупными фондами теперь участвовал в организации благотворительных вечеров.

Нечто такое должно проходить и в этом городе. Три фонда, объединившись, устраивали три масштабных мероприятия.

Первый будет уже завтра. Второй через три дня. Последний — через неделю. И мне, как той, которая в основном и занималась фондом, следовало присутствовать на каждом мероприятии, как одной из хозяек этих вечеров. После этого я намеревалась сразу же вернуться в столицу. К сыну.

— Я приеду через три дня, — сказала Алана.

— Правда? Это замечательно, — я не смогла сдержаться и улыбнулась. — Я же целый месяц тебя не видела.

Послезавтра приедут братья. Через три дня мама. Как же я соскучилась по ним.

***

На следующий день я проснулась еще до рассвета. Сразу села за работу. Утром по видеосвязи созвонилась с Хизер. Хотела увидеть сына.

— Мам, смотри, что я вчера сделал, — Дерек еще был в пижаме, но, взяв у Хизер телефон, пошел к своему столу. Забрался на стул и показал мне фигуру из конструктора.

— Ничего себе. Это самая лучшая пирамида, которую я когда-либо видела.

Дерек был еще совсем маленьким. Ему и пяти лет не было. Но развивался он быстро. Рано пошел и рано начал говорить. Уже сейчас хорошо произносил слова. Только с буквой «р» у него были проблемы. Но он с ней воевал и почти всегда побеждал.

Смотря на сына, я отметила то, чего замечать не хотела. Он действительно был похож на Брендона. Прямо копия.

Только сына я обожала больше жизни, а его отца ненавидела всей душой.

— Я сегодня сделаю квадлат… квадрат, — мальчишка быстро поправил себя.

Мне казалось, что, если я его увижу хотя бы по видеосвязи, мне станет легче, но, нет, я начала лишь сильнее скучать по сыну. Была бы рядом с ним, заобнимала бы. Может, в перерыве между мероприятиями удастся хотя бы на день вырваться в столицу, чтобы повидаться с сыном.

Джулия все время тянула меня погулять по городу, но я