Босс (не) моих фантазий - Любовь Фомина

Ну да. — На секунду он замирает, делая ну слишком задумчивое лицо (вот актерище то! А как натурально играет!) — Ну проходи, раз уж приехала. Мы тут с парнями играем, но ты проходи. Посидишь, посмотришь. Только не отвлекай, я почти выиграл в «Мортал комбат» у Владика. А если проиграю, то он мне десять щелбановотвесит. — Вадик округляет глаза и прыгает на диван, где сидит тот самый Владик и еще пара девших парней, с которыми я не знакома.

Дабы соблюдать все нормы приличия, но не мешать Вадику своим маячащим перед экраном телевизора телом, я громко здороваюсь:

— Привет! Я — Лера …

— Тс-с-с, — тсыкает мне Владик, и я моментально замолкаю.

Один из парней безмолвно махает мне, другой даже не обращает внимания.

Ладно, не мешать, так не мешать. Подожду, пока Владик свои дела доделает, и гости разойдутся. Ну не рассчитал человек время на нервах или замотавшись в делах — бывает.

Проходит час, за ним второй. Мальчики так и играют в свои игры, а я молча сижу и жду, когда это закончится. В итоге стрелки на часах показывают десять ноль ноль, и я уже не выдерживаю.

— Вадь, можно тебя на минутку?

— Лер, ну чего? Я почти победил!

— Ну подойди, — я поднимаюсь со стула (на диване мне места не хватило, и Вадик заботливо принес мне с кухни табуретку, чтобы я не стояла) и иду в коридор.

— Ща, пацаны, — бросает Вадик и подходит ко мне. — Ну чего?

— А этоо … долго еще?

— Что именно?

— Ну вот эти посиделки с друзьями надолго? Вы скоро заканчиваете?

— Лер, ты че? — Делает он такие глаза, как будто это я с подругами сижу и обсуждаю что-то на женском. — Планировали до утра, а там отсыпаться.

— Может мне тогда уйти? — Не понимаю я ни позиции, ни реакции Вадика и сразу перехожу к самому радикальному, после чего он поймет всю серьезность, вспомнит о наших планах и со всеми попрощается до следующего раза.

— Можешь уйти.

— Серьезно?

— Ну а че?! — Разводит он руками. — Я вообще не понимаю, зачем ты пришла.

— В смысле зачем? Мы же договаривались! Ты сам звал в гости! К тому же у меня день рождения сегодня, а ты хотел меня поздравить! А еще вино! Вечер в обнимку! И …

— Сам… Подожди, Лер. — Перебивает он меня, даже не выслушав до конца, и заглядывает в комнату, чтобы проверить, не продолжают ли играть друзья без него. — Ну забыл. С днем рождения. — Слишком «празднично» монотонно поздравляет он меня.

— Спасибо. — Ровно и также сухо отвечаю я ему. — Это всё?

— Всё. Блин ты домой собиралась. — Начинает он водить головой и руками делать выпроваживающие махания. — Иди уже давай, че время тянешь. — Нервно оглядывается Вадим, избегая моих взглядов в его сторону.

А вот это звучит уже обидно! Забыл про наши планы! Про мой день рождения! Да, кажется, про всё на свете кроме игрулек со своими друзьями!

— Не задерживаю.

Я надеваю кроссовки и накидываю джинсовую куртку — благо сейчас лето и на сборы много времени тратить не нужно. Но на секунду я все-таки замялась — поцеловать Вадика на прощание или не стоит … Так и не приняв решения, ноги сами разворачиваются в полной готовности незамедлительно покинуть эту квартиру, но Вадик останавливает меня, аккуратно прихватывая под локоть. В мыслях проносится: «ага, поцелуя все-таки хочешь! Тогда тем более не буду целовать!». На Вадика я так и не поворачиваюсь, втыкаясь взглядом в дверь. Жду того самого «целовательного» шага от него.

— Лер, может нам расстаться?

В голове смерчем проносится уйма мыслей, глаза моментально начинает щипать, как будто кто-то обильно смазал мне их луком, но отвечаю я всего лишь:

— Может.

И в тот же миг покидаю квартиру.

Глава 2

Спускаюсь и выхожу из прокуренного подъезда, глубоко вбирая теплый, но свежий воздух раннего июля. В груди бешено бьется сердце. Оно не болит, но выскочить из груди так и рвется. Мысли хаотично кружатся в голове. Но думать не хочется ни о чем. Я слишком разбита. Слишком устала быть сильной. И возникает лишь одно желание — обмотаться пледом, плюхнуться на кровать и плакать, лелея не сбывшиеся мечты. Но нельзя. Мне родители всегда говорили, что плакать нельзя, что слезы — это всего лишь слабость, и этой слабости поддаваться нельзя. А нужно просто переключиться на какое-то занятие, и якобы сразу отпустит. И впервые в жизни следовать этому совету совсем не хочется. Руки как будто опустились, а в голове пустота. И бьющиеся хаотичными конвульсиями мысли совсем не находят порядка.

— Такси, боже мой. Я даже забыла, что мне нужен транспорт, чтобы добраться до дома. Автобусы уже не ходят, а в кармане последние пятьсот рублей. Я же не планировала … вот так.

Трясущимися руками достаю из кармана телефон и тыкаю на иконку «Яндекс. Такси». Надеюсь только на одно, что машина сейчас быстро найдется, и я окажусь дома.

Нужно обязательно взять себя в руки! Раскисать нельзя! Всего через каких-то десять часов мне собираться на собеседование. И какой-то Ва… придурок не должен разрушить все мои мечты. Собраться … У меня просто нет другого выхода.

Захожу в комнату, когда время на телефоне показывает пол первого ночи. Спать осталось не так уж и много. А ведь с утра нужно быть свежей и хотя бы немного выспавшейся. И красноту проплаканных глаз желательно тоже убрать. Делаю все необходимые процедуры перед сном и падаю на кровать. Обдумать произошедшее за вечер не выходит, меня сразу же вырубает.

Просыпаюсь я по самому крайнему будильнику, когда остаётся времени лишь немного провести себя в порядок, подкрасить глаза и голодной бежать на автобус. Поем потом, главное не опоздать на собеседование. Если и тут окажется облом, то, чувствую, страдать и впадать в депрессию мне еще долго.

И вот оно — величественное здание в сорок пять этажей, где на двадцатом ждет меня моя мечта. Раньше я могла лишь смотреть на этот высоченный дом с бесконечными окнами, не имея возможности оказаться внутри, ведь вход только по пропускам. А сейчас от осознания этого сердце начинает колотиться бешено. И сладостный момент омрачает только лишь внезапный разрыв с Вадиком, с которым я думала у нас всё серьезно. Первые серьезное отношения, которые станут и последними. Делаю последний вдох свободной жизни и шагаю к раздвигающимся передо мной дверям.

— Здравствуйте, — подхожу я к ресепшену у самого входа, заметно волнуясь.

— Добрый день, — улыбается мне