Непристойное предложение - Морин Чайлд

— Лаура знает о твоих планах?

— Пока нет. Пожалуйста, не говори ей пока ничего. Сейчас ей и так забот хватает.

— Хорошо, не скажу. Но, думаю, она была бы рада, если бы ее сестра жила поблизости.

Ослепительно улыбнувшись ему, Джорджия забралась в машину.

Когда Шон обходил капот, ему пришло в голову, что он тоже был бы этому рад.

Открывая полчаса спустя дверь особняка Лауры и Ронана, Джорджия бросила на него взгляд через плечо:

— Не хочешь чего-нибудь выпить?

— Думаю, мы заслужили пропустить по стаканчику, — ответил он, заходя следом за ней внутрь. — Или даже по полдюжине.

Джорджия рассмеялась. Ей было так хорошо. Она была рада, что прилетела в Ирландию к рождению племянницы, а не осталась одна на другом конце земного шара.

— Пэтси уехала в Дублин к своей дочери Шинед, — напомнила она Шону, — поэтому нам придется самим себе готовить.

— Что меня сейчас меньше всего интересует, так это еда.

Он с ней флиртует? Джорджия тут же прогнала эту мысль и напомнила себе, что они просто собираются вместе выпить.

Пронзительный вой, донесшийся из глубины дома, заставил ее вздрогнуть, но она сразу поняла, в чем дело, и рассмеялась:

— Собаки, кажется, на кухне.

— Наверное, проголодались, — ответил Шон, следуя за ней в заднюю часть дома.

Джорджия так хорошо знала дом Лауры, как если бы он принадлежал ей. Приезжая в Ирландию, она всякий раз останавливалась здесь. Особняк так огромен, что в нем можно разместить несколько десятков гостей.

Она открыла дверь в просторную кухню, оборудованную по последнему слову техники, и ей навстречу выбежали две собаки.

Дейдре была большой неуклюжей английской овчаркой с такой густой шерстью над глазами, что было удивительно, как она не натыкалась на предметы. Бист, огромный и лохматый, красотой не отличался, зато был добрым и ласковым. Он добрался до Джорджии первым, и она принялась чесать ему за ушами. Дейдре сидела рядом и с нетерпением ждала своей очереди.

— Сначала я накормлю собак, потом угощу тебя выпивкой, — сказала Джорджия.

— Я принесу корм.

Шон направился в кладовку. Ему пришлось уклоняться от Биста, который путался у него под ногами.

Через десять минут собаки наелись и легли у холодного кухонного камина, прижавшись друг к другу. Они выглядели сытыми и довольными.

У двери в гостиную Шон спросил у Джорджии:

— Значит, Пэтси в Дублине у дочери. Полагаю, у Шинед и ее семьи все хорошо?

— По словам Пэтси, у них все отлично. — Лаура рассказала ей о том, как беременная дочь ее домработницы поспешно вышла замуж. Сейчас она воспитывает маленького ребенка, а ее муж записывает демонстрационный компакт-диск. Он вместе со своими друзьями играет ирландскую народную музыку и благодаря знакомству Ронана с владельцем звукозаписывающей компании у них есть шанс стать популярными. — Ей не хватает Шинед, но, как только ребята запишут диск, они все вернутся в Данли.

— Как бы далеко ни уезжал человек, его всегда тянет домой, — задумчиво произнес Шон, входя вслед за ней в комнату. — Однако ты подумываешь о том, чтобы оставить свой дом и создать новый.

— Да.

Когда он озвучил ее идею, она стала казаться ей более реальной и заманчивой, чем до сих пор. И не такой пугающей. В конце концов, она не много потеряет. Кроме того, она сможет избавиться от неприятных воспоминаний о браке, который так внезапно развалился. Она знала, что, если переедет в Ирландию, ее жизнь изменится навсегда. Но разве перемены это плохо? Разве не нужно время от времени давать себе встряску, чтобы жизнь не казалась скучной и однообразной?

Переехать в другую страну. Поменять знакомое на… тоже знакомое. После того как Лаура вышла замуж за Ронана и перебралась в Ирландию, Джорджия навещала ее четыре раза. С каждым разом ей становилось все труднее отсюда уезжать. Возвращаться в свою пустую квартиру в Калифорнии. Сидеть в одиночку в офисе фирмы по продаже недвижимости, которую они когда-то открыли вдвоем с Лаурой. Нет, она не жалела себя, но в какой-то момент начала думать, что в жизни есть куда более интересные вещи, нежели продажа чужих домов.

Посреди гостиной Джорджия, как обычно, остановилась, чтобы полюбоваться красотой комнаты. Шон уже начал разжигать огонь в высоком камине, выложенном белой плиткой. На бледно-зеленых стенах висели морские пейзажи, а на низеньком столике между двумя огромными диванами стояла хрустальная ваза с красно-коричневыми и золотистыми хризантемами. Из больших передних окон открывался вид на мокрую от дождя лужайку.

Убедившись, что огонь не погаснет, Шон поднялся, отряхнул руки и направился к столику в углу, на котором стояли хрустальные графины. Проигнорировав их, он наклонился и открыл небольшой холодильник, находящийся под столиком.

— Ну что, отметим? — спросил он.

Улыбнувшись, Джорджия подошла к нему:

— Мы это заслужили. Я так переживала. Мне было тяжело сознавать, что Лаура испытывает боль, а я бессильна ей помочь.

— Ты будешь считать меня менее мужественным, если я признаюсь, что испытывал смертельный страх?

— Нет, так что можешь быть спокоен, — заверила его Джорджия.

Она не знала ни одного мужчины, которому следовало бы беспокоиться об этом меньше, чем Шону Коннолли. Он красив, обаятелен и сексапилен. Хорошо, что на нее это не действует. Точнее, почти не действует. Даже она, женщина опытная и осмотрительная, очарована Шоном, поэтому лучше держать их отношения в рамках дружеских. Закрутить с ним роман было бы опасно во всех смыслах. Поскольку ее сестра замужем за его кузеном, любое их разногласие могло бы привести к внутрисемейному конфликту. Ей не нужны лишние проблемы.

Ее взгляд скользнул по его высокой широкоплечей фигуре.

«Просто смотри на него, получай от этого удовольствие и держи под контролем свои гормоны», — сказала она себе. Когда Шон поймал ее взгляд и подмигнул ей, ее бросило в жар, и она поняла, что выполнить последнее не так-то просто.

Чтобы отвлечься от своих мыслей, Джорджия вздохнула и спросила Шона:

— Разве малышка не прелесть?

— Да, она просто красавица, — согласился он, достав из холодильника бутылку шампанского и подняв ее вверх, словно с трудом добытый трофей. — И отец у нее умный. Старина Ронан держит в своем баре не одну, а целых три бутылки шампанского.

— Очень предусмотрительно с его стороны.

Он взял с полки над баром два хрустальных бокала, поставил их на столик и принялся откупоривать бутылку.

— Ты уже сообщила новость вашим родителям?

— Да, — ответила Джорджия, вспоминая, как ее мать заплакала от радости, когда узнала, что у нее родилась внучка. — Я позвонила из палаты Лауры, когда вы с Ронаном пошли за цветами. Лаура тоже немного с ними поговорила, и они услышали плач малышки. — Она улыбнулась. — Мама плакала вместе с ней. Ронан пообещал привезти сюда наших родителей, как только Лаура с Фионой будут к этому готовы.