Нет, мой князь! - Александра Питкевич

А если не сам, значит кто-то за моим красавчиком скоро явится…

Метнувшись в уборную, ухватила ведро с водой. Из небольшой склянки вылила туда едкий уксусный раствор и выбежав на улицу, выплеснула под стену, где раненый стоял. А на грязной мостовой следов не найдешь и так. Теперь даже с собаками ко мне не дойдут. Эта кислятина любой нюх отобьет.

Захлопнув дверь, задвинув щеколду, обошла пятна на собственном полу и метнулась к пациенту.

— Вот хотела ты больше практики, Элен? Получай, — мужчина открыл глаза, словно услышал мое тихое бормотание. И я замерла.

Большие, черные, будто омуты без дна. Глаза завораживали, словно всего остального было мало. Вот же кому-то не повезет.

— Надо остановить кровь, — я скривилась. Даже такой, сиплый и слабый, голос был похож на бархат. Ну почем кому-то все и сразу?

— Без тебя знаю, красавчик, — на миг отведя прижатую к ране мужскую ладонь, я снова прищелкнула языком. — Не хорошо тебя распороли.

— Без тебя знаю, — не остался в долгу мужчина. — Перетяни рану и иди на улицу Прачек, дом восемь. Скажи…

— Помолчи, — я поднялась. Не бывало, что у мне пациенты командовали тут. А еще я узнала лишний аромат, примешивающийся к железному запаху крови.

Бросившись к полкам, щедрой рукой налила в кружку одно, а на сухие прокипяченные бинты вылила другое.

— Пока так. Потом посмотрим дальше, — собственный голос успокаивал, хотя я чувствовала как по спине медленно ползет холодная волна. Такого я еще не лечила. На практике.

Вернувшись к мужчине, что не делал попытки встать, уверенно подняла его голову:

— Пей!

— Это что? — мне показалось, что красавчик из верхнего города сейчас скривится, как барышня при виде таракана. Да, запашок тот еще, но нечего носом вертеть! Особенно в таком состоянии.

— Отвар кровецвета. Пей! Еще немного и не то что я, придворный лекарь тебя спасти не сможет.

— Меня не так просто убить, — фыркнул ночной гость, но, кажется, немного успокоился, перестав отводить голову от края чашки.

— Да? Тогда тому, кто тебя до такого состояния довел, можно выдать медаль. Он почти справился, — чем больше я нервничала, тем лучше работал язык.

Когда кружка оказалась пуста, я медленно опустила темноволосую голову на подушку, поразившись мимоходом мягкости волос. Красавчик кривился, но молчал, не комментируя противный вкус лекарства. Это радовало. Может, будет не так много капризов, как я боялась.

— Сейчас будет неприятное. Я буду поднимать куртку и рубаху, и потом постараюсь обмыть и затянуть рану. Сильно. И только потом станем зашивать, как кровь остановится.

— На улицу Прачек…

— Ты не понял? — я вспылила, видя, что крови на полу стало слишком много. — Пока я туда-обратно обернусь, от тебя ничего не останется. Так что молчи и не мешай.

— Не слишком ли ты властная для простой горожанки, женщина? — темные глаза, пусть и слегка затянутые дымкой боли, смотрели внимательно. Пытливо.

— А ты выводов не делай раньше времени, — распуская шнурок на брюках, чтобы можно было вытянут рубаху, зло буркнула в ответ.

Мужчина тихо зашипел сквозь зубы.

Глава 2

Кажется, я поймал удачу за хвост. По-другому объяснить произошедшее никак не получилось бы. В доме, к стене которого я прислонился, жила лекарка. Совсем, правда, на оную не похожая, но девица явно знала, что делать.

Меня первым делом напоили кровецветом, отчего тут же отступило головокружение, а затем моя спасительница крепко-крепко затянула рану. Сил у нее явно не хватало, так что девица просунула в узел какой-то прут и стал крутить, затягивая.

— Потерпи, красавчик, — темные брови хмурились на круглом лице. Пухлые щеки порозовели от натуги. — Знаю, что больно, но тебя чем-то эдаким пырнули. Так просто кровь не остановится.

— Знаю, — отозвался, рассматривая девушку. Больно почти уже не было. Слабость прошла, и тело само принялось за восстановление. Рану жгло, и я мог с уверенностью сказать, что через пару минут яда в ней не останется.

— Вот и хорошо, — девица, почти прижимаясь ко мне, с трудом удерживая свой прут, тяжело дышала, — потому как потом придется зашивать.

— Хорошо умеешь? — мне стало немного весело, но это кажется, подействовало лекарство. Кровецвет имел такой эффект.

На меня посмотрели с усмешкой, скрытой в темных глазах. Хороша, зараза.

— Потайным или петельным? — и такой задор в голосе, словно мы не мою шкуру обсуждаем, а рубаху новую.

— Это уж как тебе удобнее. Все, отпускай, — велел я, чувствуя, что кровь остановилась. Повязка мешала дышать, стягивая живот.

— Рано еще. Хлестало, как из борова, — тут же посерьезнев, возразила девица, поджимая сладкие губы.

— Сама проверь, если мне не веришь. Не первый раз я у коновала.

— Еще раз меня так назовешь, так и оставлю, — разобидевшись, буркнула девушка, но все же отпустила прут, позволяя узлу растянуться.

— Так я не тебя имел ввиду, — фыркнул, пожимая плечом, и тут же кривясь.

— Ага. Знаем мы вас, благородных, — все же зацепил.

Отогнув край бинта, девушка удивленно распахнула глаза.

— И правда остановилась, — на меня посмотрели с сомнением и подозрением. — Колдовская кровь никак?

— Есть немного.

— Тот, кто за тобой гнался, тоже такой? — моя спасительница с опаской посмотрела в сторону двери, словно ожидала, что ее сейчас же сорвут с петель.

— Нет. Простые разбойники. Пошли кого на улицу Прачек. Брата или отца. Пусть меня сразу заберут, чтоб ваших не подставлять.

Но к моему удивлению девушка только покачала головой, немного затянув бинт.

— Нет тут никого.

Вот теперь мне стало по-настоящему интересно. **Пошли кого. Ишь, раскомандовался. Мне зашить его надо побыстрее, пока охранник не пришел, а он тут командует. И глазищами своими зыркает. Если к полуночи домой не вернусь, папенька скандал закатит и закончится моя свобода, с таким трудом выторгованная.

Прихватив швейный набор, окунула шелковую нить и иглу в раствор. Никакой горячки у моего первого шитого пациента!

Руки почти не дрожали. Наверное потому что мужчина лежал тихо, словно я ему не кожу протыкала, а в рубашке дырку штопала. Было подумала, что он от боли чувств лишился, но нет. Темные глаза следили за каждым движением

— В первый раз? — немного хрипло, но спокойно спросил пациент.

Я вздрогнула, едва не выдернув нитку из иглы.

— Откуда знаешь?

— Слишком стараешься. Лекари, они обычно не на аккуратность и красоту, а на крепость узлов смотрят. Но ты молодец. Тяни только сильнее.

— Я тебя тут на ночь оставлю. Вставать нельзя.

— На улицу Пра…

— Да не могу я! Сколько раз еще сказать! Успею — днем схожу. А так тебя никто здесь не достанет до утра. Воду