Не молчи - Иман Кальби

любых резких звуков и движений посторонних. Я преднамеренно не читала до встречи их досье, таков был мой подход-составить мнение по человеку из субъективного восприятия первой встречи, а уже потом изучать личное дело. Смотрела на нее и пыталась заранее понять- с каким уродливым проявлением насилия пришлось столкнуться ей, девочке в модных кожаных сапожках до колен на большом каблуке, красивом кашемировом свитере и брендовом, в тон, палантине. Ее светлые длинные волосы были собраны в аккуратный пучок, а изящные ушки украшали переливающиеся на фоне тусклого света помещения бриллианты-гвоздики. Боль, страх и жестокость не делят людей по классам и достатку. Там, в пропасти, одинаково страшно-и неважно, ты богат или беден. Вика была богата. Богата от рождения. Только это не сделало ее счастливее. Равно как и более защищенной…

Глава 1

Вика родилась, как сейчас модно говорить, с серебряной ложкой во рту. Единственный ребенок, поздний, с детства обласканный и ни в чем не нуждавшийся. У отца-крупный строительный бизнес в Питере. Мать- хранительница их уютного очага, всю себя посвятила воспитанию дочери, в которую, казалось, решила вложить все то, что не вложили в нее. В появившейся, после многих годов хождений по врачам и святым местам дочери она видела ту, кто проживет ту жизнь, о которой всегда мечтала сама.

Мечтала ли? Сейчас, сидя на своей шикарной кухне в загородном доме в семьсот квадратов в элитном пригороде северной столицы, ей казалось, что мечтала… О карьере спортсменки-гимнастки, о постоянном движении, профессиональной востребованности, приятном чувстве усталости в конце трудного рабочего дня… Думать о том, что стояло за такой жизнью, что бы она чувствовала, пойдя таким путем, а не выйди замуж за одноклассника в восемнадцать лет, она, понятное дело, не хотела. Что хорошего в этих ранних браках? Это когда-то они были одинаково молодыми и красивыми. А теперь она видела в зеркале стареющую тетку, зато муж… Мужу повезло- начатый в далекие девяностые рискованный бизнес хорошо разросся. Он оброс солидными партнерами и связями. Укрепил репутацию в деловых кругах. И теперь «стареющим мужиком» называть его не поворачивался язык даже у неё, казалось бы, знающей все его тайны. Она знала, что в его жизни были другие женщины- помоложе, повеселее. И молчала. Терпела и молчала. Он все равно никогда от нее не уйдет, потому что благодарный и все-таки любит. А еще теперь есть Вика- и она особенный ребенок. Талантливый и тонкий. Их общая задача- не упустить ее дар, развивать, помогать… Ее ждет великое будущее, не иначе. И всё у нее получится, нужно только упорно трудиться… «Не будь, как своя мать», – часто слышала девочка, когда силы покидали в многочасовых пробках с одного факультативного занятия на другой.

В таком ритме, определяемом матерью, Вика жила до пятнадцати лет. А потом, одним днем, матери не стало… Нелепая автокатастрофа в паре километров от дома. Был сильный гололед- и женщина просто не справилась с управлением, возвращаясь из магазина вечером. Всего пара мгновений- и нет человека. Нет целой жизни. Мира целого нет. Это трудно осознать. А потом еще труднее принять…

Страшная потеря, казалось, высосала из пятнадцатилетней девочки всю энергию. Походы по психотерапевтам давали какой-то результат, но это всё было временно и ненадолго.

Вика забросила занятия спортом. Начались проблемы с учебой в школе, а ведь впереди были самые важные годы учебы- выпускные- определяющее время для будущего любого подростка… Неизбежно начались проблемы в общении с отцом, который причину изменившегося поведения дочери видел не в страданиях по безвременно ушедшей матери, а в трудном возрасте и «разбалованности», как он сам это называл. Девушка всё чаще сбегала из дома, чтобы побыть с друзьями, отвлечься от дурных мыслей и тяжелой атмосферы в доме, опустевшем после ухода матери. Так ей оказалось легче сносить всю ту боль, что таилась где-то за грудной клеткой и временами не позволяла дышать. Душила и истязала, лишала радости, но все время подавлялась, сжималась тисками условностей общества, правилами приличия и прочих формальностей.

Он был старше неё. На десять лет. Уже состоявшийся, взрослый мужчина. Вика в свои восемнадцать выглядела очень юной и ранимой. С первых её слов о Нём я поняла из-за кого эти большие, прекрасные глаза то и дело наполняются слезами.

Алекс Коршунов уже занимался бизнесом, когда она ещё была школьницей. Часто видела его в гостях, Константин Коршунов, отец Алекса, был партнером и другом отца Вики, а его младший брат-Максим- учился с ней в одной школе, всего на пару классов постарше, всегда, что называется, опекал и приглядывал за дочкой друга отца. Вика знала их с детства, и была влюблена в Алекса, кажется, всю свою сознательную жизнь.

Поначалу первая любовь на грани одержимости доставляла много боли. Алекс её не замечал. Рядом с ним постоянно отирались какие-то девчонки, глядя на которых Вика считала себя малолетней дурнушкой. Они были взрослые и красивые, а у неё брекеты на зубах и маленький рост. Да и вообще, Алекс с братом, как и в детстве, продолжали называть ее «Малой». Для них она, казалось, так и застыло в дурацком возрасте подрастающего «гадкого утёнка». Так она всегда сама себя оценивала, не видя никаких достоинств во внешности.

Тем не менее, мальчишки не давали ей проходу с самой школы. Все считали её симпатичной и даже красивой. Только вот разве о таком думаешь, когда сердце словно бы замирает и останавливается, стоит только кому-то произнести одно его имя. Что ей все, когда есть Он. Единственный и неповторимый. Такого не заменить суррогатом. Даже если у суррогата его глаза…

Вика отклоняла любые ухаживания. Даже на пушечный выстрел никого не подпускала к себе. Ведь для неё существовал Он один. О нем она робко мечтала, лежа в кровати перед сном. С ним строила в фантазиях красивую, счастливую семейную жизнь с большой красивой кухней и несколькими детишками, весело бегающими по дому. И не было в этом идеальном мире, о котором знала только она, места ни для спортивной карьеры, ни для тяжкого труда. Вика была готова с радостью посвятить себя одному-единственному. Стать для него мощным тылом. Женой. И в этом видела свое предназначение и смысл жизни.

А потом Это случилось. Как раз в ночь, когда ей стукнуло восемнадцать…

Глава 2

Был зябкий ноябрь, обрушивающийся на Питер промозглым холодом, облетевшей листвой и заиндевевшими лужами на рассвете. Прохожие кутаются в свои пальто, задирая горловины водолазок, или как здесь