Месть Яна - Анна Бартова

— Сеси, — повторил Патрик, слезая с лошади, — я лису подстрелил.

— Хорошо, — нервно улыбнулась жена.

— Что-то случилось? — озабочено спросил он, мгновенно перестав улыбаться.

— Ничего.

— Сесилия, что происходит?

Поколебавшись мгновенье, миледи Вэндэр произнесла:

— Пат, ты окажешь мне огромную услугу, если мы сейчас займемся фехтованием.

— Что?!

— Ты не ослышался. У тебя есть шпаги?

— Нет, но у кого-то из гостей есть. Если хочешь, я могу за ними съездить.

Сесилия медленно кивнула и отвернулась. Мрачные, тоскливые мысли, тягучие как болото, одна хуже другой лезли ей в голову. Ей казалось, что она попала в трясину, которая слишком глубоко засосала ее, чтобы была хоть какая-то надежда на спасение. То, что она потеряла форму, было скверно, слишком скверно. Сейчас ей было необходимо проверить, сможет ли она фехтовать с прежней сноровкой. Но, даже не беря в руки оружие, миледи Вэндэр понимала, что силы уже не те, что раньше. Понимала, что годы бездействия и праздности лишили ее проворства и былой отчаянности.

Вскоре приехал Патрик со шпагами и кинул одну жене. Она не подхватила ее на лету, а, дождавшись, когда оружие упадет, подняла с земли. Сбросив с ног туфли, а с головы шляпку, приготовилась отражать выпады.

— Готова?

— Да, — мрачно выдавила она.

Ловко и быстро, чего не ожидала от него жена, Патрик бросился в наступление. Немного растерявшись и упустив нужный момент, она была оттеснена назад и теперь лишь защищалась. Сжав зубы и унимая учащенно бившееся сердце, Сесилия пошла в наступление. То, что она уже пять месяцев не брала в руки клинка, было заметно. Поединок шел на равных, но миледи Вэндэр прекрасно видела, что Патрик ей подыгрывал; от этого на душе стало еще гаже.

— Не помогай мне, — процедила она сквозь зубы, злясь на свою неповоротливость.

В этот момент позади сражавшихся послышались шаги. На мгновенье Сесилия обернулась, и в этот же миг острие шпаги коснулось ее груди.

— Я проиграла, — глухо произнесла она, — спасибо, Пат, что помог мне понять очень важную вещь.

Милорд Вэндэр поспешно отбросил шпагу и хотел обнять жену, но та отстранила его и, быстро натянув туфли и шляпу, села на коня и погнала его вглубь леса. Она гнала скакуна все быстрее и быстрее, ей хотелось забыться, хотелось не вспоминать унизительного поражения. Дело было даже не в этом, а в том, что муж ей подыгрывал. Ей! Это было хуже оскорбления, больнее удара. Сесилия с силой ударила коня, тот жалобно заржал и встал на дыбы. Не удержавшись в седле, наездница больно упала на землю. Тяжело дыша и стараясь унять приступ безудержного отчаяния, Сесилия схватила коня под уздцы и, быстро вскарабкавшись, погнала его галопом.

Подъехав к опушке, где уже сидели за плетеными столиками гости, Сесилия направилась к дамам. Вежливо поприветствовав женщин, она присела на свободное плетеное кресло рядом с сестрой мужа. Мангала, увидев, что волосы миледи Вэндэр всклокочены, придвинулась ближе и тихо, так, чтобы слышала только Сесилия, спросила:

— Что-то случилось?

— Нет, все в порядке, — хмуро отозвалась та, отворачиваясь, но тут же добавила, — спасибо за заботу, Мангала.

Мисс Вэндэр удовлетворенно кивнула, отмечая, что в этом году Сесилия стала отвечать ее требованиям миледи Вэндэр. Это уже не была та безумная разбойница, она стала настоящей леди. С подобающими манерами и степенными движениями, с нежным взглядом и сдержанной речью, Сесилия разительно отличалась от человека, которого когда-то именовали «грозой морей».