Сердце пламени - Алеся Владимировна Троицкая

— Верно, матушка.

Женщина сморщила носик.

— Простите… Верно, леди Сэльга. Вы, безусловно, правы, — Ивонет опустила взгляд и поникла головой.

— Ох, великий покровитель, как мне с ней непросто! — королева Таврии закатила глаза, изящно замахала веером и направилась в свою карету, приказав Тельману, старшему стражнику, присматривать за принцессой и особенно следить, чтобы она не смела снимать перчатки и поднимать с земли всякую дрянь.

«Кэти, что случилось? Ты плачешь?»

Как только принцесса уселась в карету, на колени к ней прыгнула белая юркая ласка. Она привстала на задние лапки и заглянула девушке в глаза.

— Нет-нет, Лима, всё хорошо. Просто соринка.

«Знаю я эти соринки! Слышала, как королева раскричалась. Что ты опять учудила?»

Девушка качнулась, когда карета тронулась, придержала зверька и тихонько шепнула:

— Я подняла кольцо, — она раскрыла ладонь, обтянутую темным атласом, и показала свою находку, которую украдкой всё же забрала с собой.

Если бы звери могли изображать эмоции, у ласки отвисла бы челюсть, а так только слегка приоткрылся крохотный рот.

«Если твоя мать узнает, она тебя…»

— Не узнает, я его спрячу.

«Уверена?»

— Да. Не бойся, Лима, я буду аккуратной. Смотри, какое оно замечательное, — девушка с улыбкой покрутила кольцо. — Тяжелое… Как думаешь, кому оно принадлежало?

«Тебе виднее. Что оно показало, когда ты к нему прикоснулась?»

— Не знаю точно. Каких-то детей.

«Детей?»

— Да, и много людей, очень много, они шли в подземных лабиринтах.

«Ого! А что потом?»

— А потом я услышала их чувства.

«Детские?»

— Хозяина кольца. Он грезил надеждой, как и все люди, мечтал о чём-то великом, о новом мире. А ещё он хотел быть полезным.

«О, и тебе не было страшно?»

— Нет, ни капельки. Можно сказать, это было одно из светлых воспоминаний. Мне оно понравилось. Я представила, что тоже иду бок о бок с этими людьми и мечтаю, что в конце пути будут и реки, и плодородные земли, и даже крылатые люди… — Ивонет мечтательно закатила глаза, откидываясь на обитую синим бархатом стенку, потом резко подалась вперед и посмотрела на ласку: — Лима, а если это было пришествие?

«Что?»

— Ну, мы знаем, что божественный Альхард привёл с собой первых людей. Может, это были они?

«Глупости, ты не могла найти настолько древнюю вещь. Кэти, не выдумывай! Да и как можно верить легендам? Все они — выдумка!»

— Да, наверное, ты права, — кивнула девушка, соглашаясь с единственным другом. — Но я обязательно гляну, какие ещё воспоминания хранит это кольцо, — она аккуратно завернула находку в платочек и спрятала во внутренний карман.

Вестхард, как и всякая столица королевства, выглядел помпезно и величественно. Аккуратные чистые улочки, широкие проспекты, домики (чем ближе к центру, тем богаче и выше), беспорядочно снующий люд. Тут и ремесленники, и торговцы, кричащие наперебой о лучшем товаре, и праздные прохожие, спешащие за длинной вереницей карет и конных всадников, несущих перед собой зеленый стяг Таврии.

Все они шли к стенам замка, чтобы хоть одним глазком увидеть загадочную принцессу, которую прочат в невесты их повелителю — королю Минфриду. Почему загадочную? Потому что о ней ничего не знали, кроме того, что у нее ангельский лик и кроткий нрав. Говорили, её отец так суров, что запер дочь в башне, дабы она сохранила добродетель и чистоту разума, а грязь этого мира не коснулась её души.

И в чём-то они были правы: он действительно её запер, но не для распевания молитв и прочих глупостей, а чтобы её дар не стал достоянием общественности. Он так боялся его случайного проявления, что оградил мир от дочери. И теперь, слыша город и его суету, принцесса поддалась панике.

«Кэти, не желаешь взглянуть на город? Он очень красивый. Отсюда даже море видно».

Девушка покачала головой и вжалась в сиденье. Сердце билось часто-часто, а на лбу выступила испарина.

— Столько людей, столько шума… Лима, мне кажется, я вот-вот лишусь чувств.

«Полно тебе! Лишишься чувств, когда увидишь своего жениха, и он наверняка это оценит: подхватит тебя на руки и унесет…»

— Лима, я серьезно.

«Кэти, успокойся, возьми веер, вот так… а теперь обмахивайся. Здесь просто душно, сейчас полегчает. Вот уже и замок виден».

Тяжелая кованая решётка заскрипела, медленно поднялась, и кареты въехали на широкий двор. Людскую процессию остановили хмурые стражники, перекрыв проход, но не запрещая наблюдать за происходящим с той стороны ограждения.

Трубный звук оглушил, карета последний раз качнулась и остановилась. Глашатай зычным голосом прокричал приветственную речь, дверь кареты открыли и, наконец, всё стихло в ожидании.

Секунды шли, но Ивонет не могла себя заставить сделать шаг. Страх сковал её тело. А вдруг она не понравится королю Далирии? Или он будет настолько стар и страшен, что она упадёт в обморок? Или его сердце будет жестоким, и все её ожидания, надежды и мечты рассыплются прахом? Хотя она и провела большую часть жизни взаперти, где её лишили общения, её не лишили книг, из которых она многое узнала о мире. О великих королях и принцессах, о храбрых рыцарях и простом люде, о доблести и коварстве, о добре и зле, и, конечно, о мечтах, что вкладывали в книги авторы.

Книгу же своей судьбы листать было страшно.

Но не успела Ивонет набраться храбрости и с гордо поднятой головой выйти из кареты, как в проёме появилась мужская рука:

— Леди Ивонет Кэтрин Аллендорф, прошу, осчастливьте нас своим вниманием!

Мягкий, очень приятный мужской тембр обволакивал, и девушка затрепетала, впадая в смущение. Перед ней стоял сам король Далирии Минфрид Великолепный.

Девушка робко подала руку и аккуратно вышла из кареты. Дух захватило от одного только взгляда на короля. Мать не обманула: он был невероятно хорош собой. Породистое лицо в обрамлении слегка вьющихся каштановых волос. Глаза настолько синие, что, казалось, в них можно утонуть. Мягкая, располагающая улыбка. Да, рост его не был выдающимся, зато фигура, выправка и уверенность в себе такая, что словно придавливала к земле.

— Леди Ивонет, безумно рад нашей встрече! Позвольте представиться: Минфрид, король Далирии и правитель Срединных земель, властитель Ледяных чертогов и глава Совета Пяти. Вы меня ещё не знаете, но я о вас уже наслышан. Но слухи, как всегда, обманчивы — вы прекраснее, чем о вас говорят…

Мужчина галантно наклонился и, не отпуская её руки, оставил чувственный