Фальшивое счастье - Лина Эрали

В этот момент я вспоминаю, что рядом должна быть Камила, мы с ним не одни. Перевожу взгляд на подругу. Выглядит она комично, прижалась к стене и грызет ногти, с ужасом в глазах. Это продолжается недолго, Мила быстро берет себя в руки. Как всегда.

— Простите! Это я ее подбила, если решите жаловаться, то вся вина на мне, — говорит тихо, но уверенно.

Мужчина оборачивается и так же медленно, даже лениво сканирует глазами подругу. В отличие от меня Милка не теряется, наоборот. Выражение ее лица меняется, она смотрит в ответ уже с вызовом. Моя подруга добрейшей души человек, но с самого детства она привыкла давать отпор и защищать себя.

Хозяин застал нас практически за преступлением, и вместо того, чтобы вымолить прощение и продемонстрировать покаяние подруга ощетинивается. Это не ее вина, это все ее боевой характер. В ответ на откровенно оценивающий взгляд мужчины Мила выпускает невидимые колючки.

Мне хочется треснуть подругу чем-нибудь по голове, но конечно же я этого не делаю. Вместо этого, я подхожу к подруге и незаметно щипаю за руку.

— Это случилось в первый раз и больше не повторится. Пожалуйста, — шепчу, пытаясь выразить на лице все чувство вины, на которое только способна.

Мужчина не отвечает, но глаза по-прежнему блуждают по мне оценивающе, и возможно, под влиянием адреналина восприятие искажается, но я вижу в его взгляде не только интерес, но и некое одобрение. Когда он наконец отрывает взор от моего тела и смотрит в глаза его губы кривятся в довольной ухмылке, он кивает, но кажется совсем не мне, а каким-то своим мыслям.

— Ну, если в первый раз, то забыли, — буднично отвечает он и уходит, а я наконец выдыхаю.

2

Всю оставшуюся неделю мы с Камилой были на иголках, все ждали, когда же нам позвонят из агентства и уволят. Терять работу из-за беспечности очень не хотелось. Мы обе студентки, у подруги есть родители, братья и сестры, но отношения натянутые, поддержки от них никакой. Единственный близкий ее человек — дедушка, но он на пенсии и помогать финансово не может. У меня же только мама, но на самом деле лет с пятнадцати я чувствую себя сиротой, при живой матери. Бюджетные места мы буквально выгрызли себе, стипендии не хватает, а график в клининге очень удобный. Но гневного звонка от Тамары Викторовны, нашего шефа так и не поступило.

Ездили на выезды, как обычно. Мы с Камилой работали только в четырех домах, так как там был строго оговорен график — уборка после обеда, не больше 3–4 часов. Идеальный вариант для студенток. Тамаре Викторовне тоже было выгодно работать с нами — студентки, неполная занятость, официальное трудоустройство мы не требуем, работаем при этом на совесть и за наличные.

Тамаре Викторовне нас порекомендовала наш куратор — Лидия Михайловна, которая тепло относится к студентам и всегда старается помочь. Однажды она увидела нас с Камилой в ночном клубе — мы работали посудомойщицами по ночам, а днем клевали носом, успеваемость падала. Она нас пожалела и направила к своей тетке, которой нужны были уборщицы в агентство.

И вот наступил четверг. Тот самый день, когда наша команда в количестве пяти человек убирает дом моей мечты, а с недавних пор кошмаров.

С того злосчастного дня, когда я пошла на поводу у подруги мне снятся сны, связанные с этим домом, а точнее с его хозяином.

— Ритка, успокойся! Ты вся дрожишь. Если бы он пожаловался, то нас бы уже пропесочили. Он видать и забыл уже обо всем. Ну, и мужик наверное нормальный. Понял, что мы молодые девчонки, ну побаловались.

Камила меня успокаивает, а я прекрасно вижу, что она сама нервничает, хоть и пытается скрыть. Но мы дружим с самого детства, так что знаю ее, как облупленную. К нашему счастью охранник сообщает нам, что дома вновь никого нет.

Облегченно выдохнув принимаемся за работу. Спустя какое-то время удается совсем расслабиться, надеваю наушники, включаю любимую музыку и пританцовывая принимаюсь за уборку. На этот раз кухню я взяла на себя. Все же воспоминания о хозяине еще давали о себе знать и потому подниматься на этаж, где находятся спальни не хотелось.

В прошлом я занималась спортивными танцами. Мечтала посвятить этому всю жизнь, но травма ноги перечеркнула все. И все же надеюсь, что когда-нибудь я вновь займусь своим любимым делом. Я хочу накопить денег и открыть свою студию.

Понимаю, что не скоро смогу осуществить задуманное, возможно к этому моменту мне будет уже много лет, но я обязательно добьюсь своей цели.

Прошлое яркой картинкой всплыло перед глазами, как раз когда я намывала полы. Модная умная швабра стала моим партнером, закрыв глаза я позволила своему телу вновь танцевать под зажигательные ритмы ча-ча-ча. Мой любимый танец. Страстный, обжигающий и такой чувственный. С удовольствием отмечаю, что тело все помнит и хоть не вижу себя со стороны, чувствую, что выполняю все идеально, как учила мама. Дыхание немного сбивается, но я продолжаю. Давно не танцевала. В общаге мало места, тренироваться в студиях не могу себе позволить, а в других домах всегда полно народу. А здесь простор. Кухня большая, напольное покрытие отличное. Разворот, движение бедер, прогибаюсь в спине, под самый последний ритм завершаю танец, вскинув руку в сторону и музыка заканчивается. Идеально.

Открываю глаза, блаженствует не только душа, но и тело, ему не хватало этого. Но в следующее мгновение вскрикиваю, ведь как только музыка закончилась в тишине раздались хлопки. Да, что ж такое? Я вновь попадаю в идиотскую ситуацию перед хозяином дома.

Он подпирает поясницей кухонный островок, хлопает в ладоши и смотрит на меня. Боже, он так смотрит на меня!

— Извините, я забылась. Но я уже почти закончила, только поэтому я… это в последний раз, — начинаю суетливо использовать швабру по назначению.

— Тебе не за что извиняться, Рита, — говорит он мягко, а я столбенею, когда слышу свои имя из его уст. Неожиданно для себя самой понимаю, что мне нравится, как оно звучит его голосом, а еще испытываю неловкость и удивление от того, что он знает мое имя.

Ничего не отвечаю на его слова и продолжаю надраивать пол.

— Рита, как закончишь, зайди ко мне