Конфетка для сурового босса. Судьбу не обмануть - Виктория Вишневская

Передаю девочку ей в руки.

Хватит мне на сегодня этого детского сада.

– Я приеду через несколько часов, чтобы узнать результаты, – оповещаю её и посматриваю на время. Проверка документации – та ещё морока, отнимает много сил и времени.

Не дожидаясь ответа, направляюсь на выход. Раздражаюсь от того, что сейчас произошло.

Как можно было оставить ребёнка одного? Могла бы и сама посидеть в зале, овца, раз воспитательница где-то пропадает с людьми из администрации.

Бешусь, заворачиваю за угол и не замечаю выбежавшую из-за поворота девушку. Она с размаха бьётся носом в мою грудь, отшатывается и поднимает на меня испуганный взгляд голубых глаз.

И почему-то в этот момент в памяти всплывает крошка с печальными голубыми омутами, отчаянно зовущая маму…

Глава 2

– Теперь будем кушать? – заботливо спрашиваю у доченьки. – Животик не болит?

Ева с утра сама не своя. Приболела. Молчит, с другими ребятами в группе не играет. Замкнулась в себе. И пока все малышарики уже спят в постельках во время тихого часа, я собираюсь накормить свою конфетку.

Елена Леонидовна не одобрит. Как всегда начнёт ворчать, что родной дочери я уделяю больше внимания, чем остальным. Но это не так. Будь на месте Евы кто-то другой – я возилась бы с ним так же.

– Дя, – гладит себя ладошкой по животику. – Кусять.

И что случилось с моей весёлой непоседой?

– Милана Юрьевна!

Я аж вздрагиваю от своего имени. Выпрямляюсь, оглядываюсь и прикладываю палец к губам.

На пороге зала появляется заведующая нашим садиком.

– Тише вы, – невозмутимо ругаю её, показывая на выдвинутые кроватки в центре зала. Все ребятки спят крепким сном, а она здесь разоралась! – Что случилось?

– Проверка, – шепчет в испуге. Её трясет, как никогда прежде.

Округляю глаза. Я этого слова боюсь. Наш государственный детский садик не замешан ни в каких мутных делах. Кроме одного. И то… из-за меня. Евка здесь неофициально, поскольку очереди я так и не дождалась. А работать нужно было, частные сады – дорогое удовольствие. И заведующая, знающая меня много лет, пошла на эту авантюру.

– Кто-нибудь в группе отсутствует? – спрашивает меня, и я сразу понимаю, что она имеет в виду.

Если по бумагам окажется, что в группе пятнадцать человек, а по факту шестнадцать… Плохо будет.

Судорожно соображаю.

– Да, девочки одной сегодня нет, – в панике вспоминаю.

Она выдыхает, да и я тоже. Если сделают пересчёт, то ни лишних, ни недостающих не найдут.

Но всё равно напряжённо. Где-то Ева да числится в бумагах Елены Леонидовны. Еду-то она заказывает на всех.

– Хорошо, – хоть и произносит это, всё равно дрожит. – Только есть одна проблема. Я её нигде в документах не указывала, однако в компьютер она занесена. Тебе надо сейчас пойти и удалить её из базы!

Заведующая нервничает, говорит несвязно, и до меня не сразу доходит, о чём она.

– А вы?..

– А мне нельзя в свой кабинет заходить! Представляешь?!

Боже мой, сколько трудностей я принесла…

– А как же?.. – киваю на полный зал ребятишек. Спящих, миленьких, несамостоятельных. А вдруг кто проснётся, а меня нет? – Я их оставлю?

– Ничего не случится, – отмахивается. – Я посижу с ними.

– Хорошо…

Я оборачиваюсь к дочке. Лёгкие сдавливает от волнения и вины, что конфетку свою я так и не покормила.

– Ма? – невинно округляет голубые глазки.

Присаживаюсь рядом с ней, глажу по спинке, успокаивая.

– Посидишь здесь? Как мышка. А как только я приду, мы доедим и пойдём спать. Договорились?

Русая макушка покачивается, а моя куколка одобрительно сжимает ладошки, показывая своё согласие.

– Дя. И гульять.

– А после тихого часа гулять, да.

Дотрагиваюсь до мягких волосков, глажу по головке. И пока не ушла, интересуюсь у заведующей:

– Почему проверка так неожиданно?

– Ох, не знаю, – качает головой и вздыхает. – Чувствую, неспроста. Там какой-то мужик серьёзный. Кажется, намеревается сад наш закрыть… От самого губернатора здесь. Боюсь, тут неважно, найдут они что-то или нет… Он всё сделает, чтобы нас размотать. Ох, Милка, не знаю я, аж рыдать охота.

Вот это да… Плохо дело… Если хотят – найдут, к чему придраться.

С трудом ухожу из зала и надеюсь, что за это время ничего не случится. Как назло, нянечка заболела, и я временно одна. А тут ещё эта администрация, мужик какой-то странный…

Я тихонько крадусь в кабинет Елены Леонидовны. Спалят – мне несдобровать.

Но если нас закроют – беда ждёт всех.

Я как представлю… Еву придётся в частный садик отдавать. А он стоит как вся моя зарплата воспитательницы. И Паша ведь денег не даст. Скорее хочет ипотеку закрыть.

Что же за ерунда такая, а?

Я, как настоящая преступница, залезаю в компьютер заведующей, по поиску выбиваю всё, что связано с Евой. Благо, таких документов несколько, и я без проблем удаляю всю информацию. Нехорошо это, знаю. Но выбора у меня нет.

С волнением выключаю компьютер. Мчусь прочь из кабинета, пытаясь успокоить громко стучащее сердце, и спешу по коридору, обратно к детям. Меня трясёт от страха так, будто я выпила несколько чашек эспрессо, залила сверху энергетиком и приняла ещё какие-нибудь добавки для спортсменов, от которых пульс прыгает за сто пятьдесят.

В нервном и перевозбуждённом состоянии я вылетаю из-за поворота и не успеваю притормозить. Бьюсь носом о сталь или бетонную стену – и тут же отшатываюсь, потирая лицо.

Поднимаю голову, на секунду пугаюсь от сурового взгляда. И неуверенно выпаливаю:

– Простите!

Глава 3

Динар

Не услышал, что она там взвизгнула. Но кое-что заметил.

Грустная куколка из детсада похожа на эту девушку. Глаза точь-в-точь. И лицо… Ещё и одеты в одной цветовой гамме, что меня напрягает.

Совпадение?

Или…