Нечаянный подарок богов - Яна Рыбкина

В том, что таковой появиться, сомневаться не приходилось. Несмотря на Машины закидоны, парней вокруг нее всегда было много. Да и замуж ее уже звали несколько раз, только она отказывалась.

Подружка унеслась в домик, писать обещанный список. Мы с Серегой остались наедине.

— Всегда она так? — спросил он.

— Ага, — кивнула я. — Просто ты обычно занят был, в помощники не попадал.

— Точно, — рассмеялся он. — А сегодня встрял по полной. Как ты ее терпишь?

Я нахмурилась, направление разговора мне не понравилось. Терпеть не могу сплетен. Симпатия, которую к нему испытывала, моментально испарилась.

— Маша хорошая подруга.

— Так я ж ничего не говорю, — стушевался Серега. — Просто…

Но тут вернулась Маша, избавив меня от необходимости выслушивать и отвечать.

— Держи, — сказала она, протягивая парню тетрадный листок, плотно исписанный убористым почерком.

«Пока писала, еще что-то придумала. Он теперь до вечера ездить будет», — позлорадствовала я.

Серега, не глядя, схватил листок и, бросив на меня еще один несчастный взгляд, направился к машине.

— Достает? — спросила Машка, как только парень отъехал.

— Да нет… — пожала плечами я.

— Нравится?

— Ну… он неплохой парень.

— Так в чем дело? Встречайся с ним.

— Не могу, — покачала головой я.

— Глупости! Вы с Ромкой давно расстались. Целых три месяца прошло.

— Не могу.

— Мне не понять, — скривилась Маша. — Тебе всего двадцать один, внешностью природа не обидела — вылитая актриса из той вампирской саги. А ведешь себя, как столетняя бабуся! Кого ждешь? Принца на белом мерседесе? — распаляясь все больше с каждым словом, вопрошала подружка.

— Машка, не начинай, — поморщилась я.

Никакого принца я не ждала и шикарная тачка меня не интересовала. Да и принцам всем поголовно либо золушки, либо принцессы положены, а я ни на ту, ни на другую не тянула. Никаких мачех и королей-отцов. Только мама — рядовой бухгалтер в маленькой частной фирмочке, и папа — инженер на заводе; воспитание — классическое, доходы не впечатляют… как ни крути, самая обыкновенная девушка.

Да и до внешности Машиной любимой актрисы мне далеко: волосы русые и гораздо короче, едва уши прикрывают, глаза светло-серые, а нос и вовсе курносый. А еще я «счастливая» обладательница целой россыпи разнокалиберных веснушек и не имею хищного вампирского шарма. Если на то пошло, я больше похожа на какую-нибудь героиню из русской народной сказки, чем на красавицу-вампиршу.

— Все равно не понимаю.

— Машка!

— Ладно, ладно. Пошли лучше, еще кучу всего сделать надо и еду приготовить.

На следующие три часа я забыла обо всем, кроме насущных проблем. Машка, глаза которой горели от предвкушения, скинула на меня всю работу по кухне и исчезла на чердаке, появлялась только набегами. Если вспомнить, что дело происходило на огороде, где нет горячей воды, а холодная очень мягкая (моешь, моешь, а все равно кажется, что тарелки мыльные); нет нормального водопровода, нормальной плиты, духовки и достаточного количества посуды, умаялась я — будь здоров.

«Чтоб еще раз? Да ни в жизни!»

Ага, в прошлом году — как и в позапрошлом, и в позапозапрошлом, и четыре года до этого — я об этом уже зарекалась, но вот снова стою у плиты в гордом одиночестве. А все почему? А все потому, что из нашей компании я единственная работаю по свободному графику (главный для меня на сегодняшний день плюс в работе дизайнера-фрилансера) и умею готовить что-то сложнее супов и котлет.

Уж сколько мы убеждали Машку, что закатывать пир горой вовсе не обязательно, достаточно шашлыков, печеной картошки и пары салатов, девушка стояла на своем: еда должна быть «праздничной».

«Можете не помогать!» — со слезами в голосе крикнула она, когда мы в последний раз подняли эту тему. — «Сама все сделаю!»

Не привыкшие видеть Машу в слезах, мы дружно устыдились, и уверили ее, что в час «икс» кто-нибудь обязательно будет ей помогать. Первые несколько лет помощники менялись, а потом «почетная» обязанность как-то незаметно, но прочно закрепилась за мной.

«Гр-р-р…», — мысленно зарычала я, в третий раз за последние пять минут, отмывая единственную глубокую миску. В прошлом году их хотя бы было три.

Я возилась на кухне, перекрикиваясь время от времени с Машкой, которая бодро хозяйничала на чердаке. Там что-то падало, гремело, скрипело, шуршало… Пару раз я слышала звуки молотка и пилы, перемежаемые ядреными подружкиными ругательствами, и боялась даже представить, что она там творит.

Внезапно через открытое окно до меня донеслись звуки подъезжающих машин.

— Приехали! — крикнула я Маше и, торопливо вытерев руки, выскочила встречать.

Праздник начался.

Это было нечто, Машка превзошла сама себя. Мы хохотали до упаду, когда увидели, во что она превратила чердак, а уж когда дело дошло до конкурсов!..

Пили немного, да это было и не нужно. Сильнее всякого вина пьянило общение с друзьями. В какой-то момент я почувствовала себя по-настоящему счастливой. Проблемы отошли на дальний план и перестали казаться такими уж неразрешимыми.

Ближе к ночи, когда кто-то расчехлил привезенную с собой гитару, и бурное веселье сменилось романтическо-ностальгическим настроем, на подъездной дорожке зашуршали шины еще одной машины.

— Это к нам? — спросила я у сидящей рядом Машки.

— Аг-га, — многозначительно закатив глаза, хихикнула она в ответ.

«Странно», — подумала я. — «Все вроде здесь. Чья-то половинка?»

— А кто?

— Сейчас увидишь, — напуская еще больше таинственности, прошептала подруга.

И точно, увидела. Пару минут спустя в дверном проеме показалась до боли знакомая фигура… Рома.

— Всем привет! — с порога крикнул он. Нестройный хор голосов отозвался на приветствие.

Я посмотрела на Машу, не в силах поверить в происходящее.

— Ну… — избегая смотреть в глаза, забормотала она. — Он так извинялся… Я подумала… Вы же такая красивая пара…

Я не верила своим ушам.

— Ты рехнулась? — спросила ее едва слышно.

— Н-не… Ты просто поговори с ним, ведь…

— Сама с ним говори! — прошипела я, резко поднимаясь со своего места.

Народ заметил неладное. Разговоры и гитарный перебор стихли и все уставились на нас.

— Что случилось? — спросил Боря.

— Ничего, — буркнула я, не желая вдаваться в подробности.

— Даша, ну что ты, в самом деле! Я же поговорить хочу! Извиниться! — вмешался Рома, приближаясь ко мне.

— Засунь свои извинения!

— Даш, да остынь ты! Ничего же… — завел он снова и положил руку мне на плечо, чтобы успокоить.

— Не трогай меня! — крикнула я, освобождаясь от его хватки.

— Эй-эй, — раздался предостерегающий голос Валеры. — Что за дела?

— Да он просто… — начала Машка.

— Заткнись! — потребовала я.

— Да что ты, в самом деле! — пьяно хихикнув, протянула та. — Подумаешь, голой увидели…

«Машка, молчи!» — мысленно взмолилась я, но