Услуга - Сюзанна Райт

У нас уже был этот разговор. Но Ханне нравилось подтрунивать надо мной так, как это сделал бы только один из твоих самых близких друзей.

— У тебя такие же бледно-голубые глаза и высокие скулы. Ее волосы не совсем такого же платинового оттенка, что и у тебя, но похожи.

Люди всегда думали, что мой цвет волос ненатуральный. По правде говоря, я унаследовала его от своей бабушки, которая была наполовину шведкой.

— Но у нее нет твоей тупой идиотской челки или губ Джессики Альбы, — продолжила Ханна, потому что, да, она была занозой в заднице, когда ей было скучно.

— Можем мы не говорить о модели, которая совсем не похожа на меня, пожалуйста?

— Конечно.

— Отлично. Если ты пришла поговорить с Дейном, то он еще не вернулся со своей встречи за ланчем, но он не должен задержаться.

— Я пришла проведать тебя. Маленькая птичка напела, что они видели, как не так давно Тревис входил в здание. В последний раз, когда этот идиот приходил сюда, тебе чуть не пришлось вызывать охрану, чтобы его увели.

Кто такой Тревис? Хитрый, вкрадчивый, самовлюблённый брат моего босса.

Я вздохнула.

— Я в порядке, просто раздражена. Он хотел подождать Дейна в его кабинете. Я сказала «нет». Он пытался флиртовать со мной, чтобы добиться своего. Я ответила «нет». Он утверждал, что у него мигрень и ему просто нужно тихое место, чтобы посидеть. Я сказала «нет». Потом он стал таким рассерженным и потребовал, чтобы я его впустила. И я снова сказала «нет». Некоторое время мы ходили вокруг да около, пока, наконец, он не ушел — но прежде пригрозил уволить меня.

Ханна покачала головой.

— Он такой проныра. Как думаешь, почему он хотел получить доступ в кабинет Дейна?

— Он сказал, что хочет подождать его там. Я не удивлюсь, если он намеревался вынюхать какие-то секретные материалы, которые мог бы продать конкурентам Дейна. Тревис вроде как затаил глубокую обиду на своего брата. Я подозревала, что это была зависть, поскольку — в отличие от Дейна — единственное, в чем Тревис, казалось, преуспел, — это быть абсолютным идиотом.

Ханна наклонила голову.

— Хоть он и наша головная боль, обычно он не заставляет твое веко дергаться. Обычно для этого требуется нечто большее. Ну же, скажи мне, что тебя беспокоит. Ты почувствуешь себя от этого лучше. И я очень любопытная — помоги мне.

— На самом деле, ничего особенного. Я только что обнаружила в себе кое-что, что мне не нравится.

— О, я делаю это каждый день. Итак, что ты обнаружила?

Я сложила руки вместе и положила их на стол.

— Я могу быть очень мелочной. Видишь ли, сегодня я собираюсь встретиться со своим школьным возлюбленным — парнем, с которым была помолвлена. Теперь он богат и успешен. Хоть я и не собираюсь к нему возвращаться, мне просто хочется, чтобы он посмотрел на меня, увидел, насколько лучше стала моя жизнь без него, и пожалел, что отпустил меня.

— Дорогая, почти все хотят, чтобы их бывшие почувствовали это. Это не делает тебя мелочной. Это делает тебя человеком. И подожди… ты была помолвлена с каким-то парнем? Как так получилось, что мы знаем друг друга уже четыре года, а я никогда об этом не слышала? — она оперлась локтями о стол. — Хорошо, расскажи мне, как это произошло.

— Я могу рассказать короткую версию.

— Мне нужна полная.

— Ну, ты получишь короткую. Мы с Оуэном Редфордом выросли вместе. Он был одним из моих самых близких друзей. Мы встречались в течение последних нескольких лет средней школы, и он сделал мне предложение после окончания школы — это был жест, чтобы показать, что его отъезд в колледж ничего не изменит между нами. Но он прекратил наши отношения пять месяцев спустя. Сказал, что мы поспешили обручиться и что слишком молоды, чтобы брать на себя такие обязательства.

Лицо Ханны стало мягким и сочувственным.

— Этот безвольный мудак разбил твое подростковое сердце.

— Не совсем, но он определенно нанес ему несколько ранений. Люди всегда говорили, что он создан для чего-то большего и лучшего, чем та жизнь, в которой он родился. Мы выросли в очень сомнительном районе. Часть меня беспокоилась, что он оставит меня позади, когда его жизнь по-настоящему начнётся… и он это сделал. Он попросил остаться друзьями, но после этого я больше никогда его не видела и не слышала.

— Ни разу?

— Да. За эти годы я несколько раз сталкивалась с его тетей, так что знаю, что он женат, у него есть ребенок, огромный дом и хорошая работа, — я вздохнула. — Я рада, что у него все сложилось так хорошо. Правда рада. Просто это заставило меня с грустью осознать, как мало изменилась моя собственная жизнь с тех пор, как мы виделись в последний раз. Не то чтобы мне не нравилась моя жизнь, просто она стала какой-то… однообразной.

Мне приходилось следить за здоровьем, рядом по-прежнему были люди, которые любили меня, у меня была хорошо оплачиваемая работа, и я никогда не принимала все это как должное. Но я чувствовала себя так, словно застряла на одном месте, существуя только для того, чтобы есть, спать и оплачивать счета. Я не ходила на свидания, не ездила в отпуск, не уделяла себе много времени. На самом деле у меня не было свободного времени, так как я много работала. Быть личным помощником трудоголика — равно убийству личной жизни. Мне определенно нужно было немного встряхнуться.

— Ты никак не сможешь избежать встречи? — спросила Ханна.

— Вероятно, нет. Его босс договорился о встрече с Дейном несколько месяцев назад. Ранее я говорила по телефону с его личным помощником, и она сказала мне, что Чарльз привезет с собой двух своих «восходящих звезд». Я чуть не свалилась со стула, когда она произнесла имя Оуэна. И поскольку Дейну обычно нравится, когда я присутствую на такого рода встречах и делаю заметки, маловероятно, что я смогу избежать встречи с Оуэном.

— Черт, — выпрямившись, Ханна махнула мне рукой. — Ну, может, ты и не замужем, не богата и не живешь в шикарном доме, но ты