Дракон попаданке не товарищ - Ника Атлас

Что-то в моём состоянии изменилось резко и внезапно. Замерев и прислушавшись, в мозгу вспыхнула догадка. Я теперь могла слышать, что происходит вокруг! Ура! Видеть мне всё ещё не удавалось, так как глаза ни в какую не открывались. Сначала я испугалась, а потом вздохнула с облегчением. Хоть слышу и то хорошо. Вокруг была какая-то суета. Кто-то ходил по комнате и под его шагами скрипели старые половицы. Стоп. Что? В моей квартире на полу лежит дорогой ламинат и любимый уютный ковер, который я с боем отвоевала у одной чересчур наглой мадам лет эдак пятидесяти. Ничего скрипеть не могло и близко! Из-за этого открытия, слух пришлось напрягать в несколько раз сильнее, ибо вокруг творилось что-то странное. Ко мне вломились? Я в больнице? Что произошло пока я отсыпалась от ночного марафона? В то, что всё вокруг-это сон мне уже не верилось. Слишком реальные ощущения боли пришлось пережить.

Я почувствовала, что лежу на чём-то очень твердом, но вот что это такое определить не получалось. Всё моё тело и одежда пропитались потом. Помимо слуха вернулось и осязание, но вот сил не прибавилось ни на грамм. Я всё ещё не могла и кончиком пальца пошевелить, но могла слышать, что происходит вокруг, а также чувствовать соприкосновение тела с внешними предметами. Кстати, почему на мне не ощущается тяжести одеяла или пледа? Я же, вроде как, болею. Что за изверги тут надо мной издеваются? Все мои мысленные недовольства мгновенно утихли, стоило уловить звук открывающейся двери.

— Ну, как она, сестра Авила? — Старческий тихий голос прервал человека, который до этого ходил по комнате.

Сестра? Какого ляда происходит? Куда я попала? Кто все эти люди вокруг? Что вообще произошло? Я же просто легла спать в своей запертой квартире.

— Да прибудет с вами свет Алаируса, мэтр Бренон. Милостивый бог сохранил невинное дитя и даровал ей свою милость, — ответил мужскому голосу уставший женский.

Какого? Алаирус? Мэтр Бренон? Только не говорите мне, что я перенеслась в последнюю прочитанную книгу. Нет. Нет. И ещё миллион раз нет! Не хочу, не буду. Выпустите меня обратно в своё тело! Истерика накрывала разум, и я перестала слушать о чём там говорят эти двое.

Описание сцены, которая на данный момент разыгрывалась вокруг было мне знакомо. Ещё бы! Я ведь всего несколько часов назад читала эту книгу и возмущалась поведением главной героини, в тело которой, судя по всему, и угодила. За что мне всё это? Хочу вернуться назад в свой мир и своё тело! Эй! Бог Алаирус или автор книги, кто-нибудь верните всё как было! Я против попаданства!

Возможно, это могло бы продолжаться ещё очень долго, но… Измученный пытками пробуждения магии разум дал сбой. Моя истерика сошла на нет, и сознание погрузилось в сон.

Во сне я шла по цветущему лугу. Он расстилался перед глазами, как бескрайнее море ярко-зеленых трав, пропитанных солнечным светом. Среди них высоко возвышались соцветия разнообразных цветов, сверкающих яркими брызгами жизни и красоты. Во всем этом буйстве красок и запахов, на мгновение казалось, будто тебя засосало в огромную цветущую красоту, окруженную песнями птиц и жужжанием насекомых. Луг был настолько живописен и разнообразен, что каждый цветок казался уникальным и необычным, каждая трава имела свой запах и текстуру. Это было так странно, но естественно для этого места. Вокруг парили волшебные бабочки, пестря и кружась вокруг цветов, создавали атмосферу удивительного очарования и неповторимости. Где-то вдалеке слышалось щебетание птиц, словно дивная мелодия живой природы. Солнышко ласково светило, согревая всё вокруг. В душе разливался покой и умиротворение. Что это за место такое? Я снова умерла? Хм. А собственно, мое тело вообще умирало?

Внезапно, на горизонте показалась фигура. Был ли это мужчина или, возможно, женщина невозможно понять. От человека исходило ослепительное сияние, сравнимое с многократно усиленным утренним рассветом. Фигура всё приближалась ко мне, но я ничего не предпринимала. Застыла, завороженная этим тёплым светом.

— Ты звала меня, дитя? — Голос доносился отовсюду и ниоткуда одновременно. Он не был ни женским, ни мужским, но он окутывал меня с ног до головы, призывая расслабиться и успокоиться.

— Кто ты? — Это что мой голос так странно звучит?

— Моё любимое дитя, я тот, кого в этом мире зовут Алаирус и почитают как бога. Я утренний рассвет. Самый ослепительный свет. Тот кто освещает путь.

— Ого. Так боги действительно существуют, — задумчиво проговорила я, пребывая в шоковом состоянии. — Не об этом речь. Если ты действительно бог, верни меня обратно. В мой мир. Моё тело.

— Не могу, дитя. Ты та самая душа, которой предначертано быть здесь, в этом мире. Как бы мне не хотелось помочь тебе, я не могу вернуть тебя. Этот мир нуждается в тебе также, как и ты в нем. К тому же, в изначальном мире тебя больше не существует.

— Ну почему я?! — Отчаяние переполняло голос.

Нервный срыв расцвела подобно дикому цветку, пробивая все мои старательно воздвигнутые внутренние барьеры. Я плакала. Горькие слёзы катились крупными солеными каплями по лицу, капая на землю. Горечь, тоска переполняли мою душу и выплескивались наружу, оставляя за собой опустошение и усталость. Бог молча наблюдал за мной, позволяя свыкнуться с мыслью о том, что теперь мне придётся жить в чужом теле, чужом мире. Всё вокруг будет совершенно чужим. Хоть в своём мире у меня не было родных, лишь друзья и знакомые, но сейчас я отчетливо понимала как сильно любила его. Там не было магии, но всё было понятно и знакомо. Что делать в новом мире, я понятия не имела. Мысль о том, что всё устроится, позволила взять себя в руки.

— Успокоилась, дитя? — Ласковый, заботливый голос бога помогал прийти в себя.

— Да, немного. Но что мне делать здесь? Я совсем не такая, как Аделина. Следовать оригиналу истории не собираюсь, это не моё. Я не смогу жить так же как и она. Дракон мне и даром не нужен. Так что, я не собираюсь влюбляться в него не смотря ни на что. Из всего, разве что, академию я бы посмотрела.

— Глупое дитя, — слова, сказанные с любовью и нежностью, заставили почувствовать себя маленькой девочкой, — скоро ты поймешь, что всё совершенно не так как ты думаешь. Ты вольна сама