Принцесса Кики - Мария Николаевна Сакрытина

– А… – Ромион сглотнул. Такого поворота он, мягко говоря, не ожидал.

Гоблинша усмехнулась.

– А ты думал, я не ус-с-сзнаю короля в прос-с-стом мус-с-сзыканте?

Вообще-то именно так Ромион и думал. А что? На эльфийской леди Катрионе сработало, а уж как была довольна посол фей…

Ромион встретился с гоблиншей взглядом, в очередной раз удивился, как он умудрился провести с ней ночь – они даже в совершенно разных весовых категориях! И спокойно поинтересовался:

– Чего ты хочешь?

Гоблинша улыбнулась шире.

– Моя дочь-с-с будет учитьс-с-ся в С-с-сиернс-с-ской Академии.

– Конечно, если пройдёт вступительные испытания…

– Она их не пройдёт. Ес-с-сли бы она могла их пройти, я бы тебя не прос-с-сила.

Строго говоря, Ромион не мог назвать это просьбой: скорее, требованием, а ещё лучше – шантажом. Сиернская Академия была не просто одним из, а самым что ни на есть престижнейшим учебным заведением для отпрысков привилегированных семей всего мира. Здесь учились будущие короли, императоры и их советники. Здесь заключались будущие альянсы и союзы. Здесь делалась политика. Ничего удивительного, что Академия была полностью независима от Сиерны, и король никак не мог на нёе влиять.

– Мой муж с-с-сейчас будет з-с-сдес-с-сь, – подмигнула леди Тиана, двигая ушами и заставляя золотые кольца в них тревожно звенеть.

Ромион закрыл глаза. Пожалуй, проще будет договориться с директрисой Академии, чем с разгневанным послом гоблинов. Не проклинать же в самом деле эту манипуляторшу! «И о чём я только думал?» – простонал про себя король, а вслух сказал:

– Хорошо, я посмотрю, что можно сделать.

Леди отняла руку, и Ромион, совсем не по-королевски вскочив с постели, принялся собирать разбросанную по комнате одежду.

– Посмотришь и сделаешь, котёнок, – это разные вещи, – недовольно протянула леди, наблюдая за ним.

– Ты же отлично знаешь, звезда моя, что директор Академии мне не подчиняется, – огрызнулся Ромион, торопливо застёгивая рубашку. – Но я попытаюсь.

– Да? – нахмурилась гоблинша. – Тогда и я попыталась. – И громко, пронзительно завопила: – А-а-а-а! Убиваю-ю-ю-ют!

Ромион, крепко прижав к себе скрипку, бросился к окну.

Приземлился он удачно: на крышу веранды. Съехал по черепице, чуть не закружился вокруг трубы и очень аккуратно спустился по ней прямёхонько на клумбу королевских анемонов. И то ли садовник был преданным фанатом фей, то ли их любил посол гоблинов, но анемоны оказались говорящими, из Садов. До королевского появления они тихонько похрапывали, а когда Ромион на них скатился, заорали благим матом. Особенно старались алые, похожие на маки – даже лепестки вытягивали, чтобы совсем трубно звучало.

Им в унисон заорал высунувшийся из окна гоблинский посол:

– Держи вора!

«Почему вора?!» – чуть не возмутился в ответ Ромион, но вместо этого накинул капюшон и, уже не стараясь ступать осторожно, бросился к воротам, взбивая землю босыми пятками.

Королевский уход (правильнее было бы сказать «убег», причём очень быстрый) был замечательным: не заметить его было невозможно. Орали анемоны, визжали гоблинши-служанки, а уж когда зарычали выпущенные за «вором» подземные собаки (у гоблинов они просто монстры), Ромион оказался у ворот в считанные секунды.

В такие моменты он всегда радовался, что маленький и тощий – значит лёгкий, быстрый и тонкий. Настолько, что ему не составило труда протиснуться между позолоченными прутьями (впрочем, и так достаточно символичными) и, подскакивая на холодной каменной плитке мостовой, броситься вниз по улице.

Пускать по городу своих подземных бестий посол гоблинов не стал – собаки (каждая величиной с дикого кабана и настолько же свирепая) врезались в ворота, чуть их не снесли и от души облаяли сиернского короля, внеся свою лепту в поднятый им шум.

В общем, столица потихоньку просыпалась.

Стучали ставнями разбуженные жители ближайших к посольству домов, слуги-люди (посланные, между прочим, в посольство ещё Ромионом) бросились за «вором» вдогонку, а кто-то побежал звать городскую стражу. Очень скоро по мостовой застучали копыта, и Ромион, с перепугу свернув в тупик, заметался, как затравленный заяц.

От встречи со своими же стражниками Его Величество спас капитан королевской гвардии и тот самый доверенный советник. Просто в какое-то мгновение короля схватили в охапку, засунули в карету и приказали кучеру: «Трогай!» В благодарность испуганный Ромион показал спасителям отравленный кинжал, без которого ни к одной любовнице не ходил. В ответ получил знакомый смех и комментарий:

– Успокойтесь, Ваше Величество. Очевидно, на этот раз дама осталась вами не довольна?

Вместо ответа Ромион, убрав кинжал, повернулся к советнику.

– Супруга посла гоблинов? Серьёзно? Ты, что, не видел, с кем я ухожу?!

– Ну что вы, Ваше Величество, – пряча усмешку, отозвался советник. – Вы же сами меня вчера уверяли, что это ваша знакомая эльфийка.

Ромион открыл было рот – возмутиться… И со стоном хлопнул себя ладонью по лбу.

– Демоновы феи!

– Вот именно, Ваше Величество, – откликнулся советник. – Не стоило вам обедать с их послом без вашего отведывателя.

Ромион раздражённо посмотрел на него.

– У меня их семь, и они попробовали все блюда со стола!

– Значит, семеро служанок прекрасно провели эту ночь, Ваше Величество, – невозмутимо отозвался советник.

Наступившую напряжённую тишину прервало похрюкивание – капитан королевской гвардии пытался скрыть смех.

– П-просите, Ваше Величество… Гоблинша-эльфийка, кхе-кхе!

Ромион спрятал лицо в руках. Стыдно ему не было, скорее – смешно.

– Ваше Величество, вам следует быть аккуратнее с феями, – подал голос советник, – их королева всё ещё убеждена, что именно вы предоставили убежище её дочери.

Ромион мрачно промолчал. У королевы фей имелись все основания для недоверия: её дочь и наследница Виола отказалась от короны и сбежала с младшим братом Ромиона, бастардом Дамианом. Возвращаться в Сады, к матери, она не собиралась, и слуги королевы, а также многочисленные наёмники искали беглецов уже пятый год – безрезультатно.

Ромион действительно знал, где прячется его брат вместе с женой – и это был единственный раз, когда он отказался от баснословной награды, которую предлагала за дочь королева фей. Хотя прошлый советник, услышав сумму, честно сказал, что за такие деньги продал бы и родную мать. Ромион мысленно с ним согласился, но спустя месяц тот советник под благовидным предлогом отправился на пенсию. А Ромион нашёл себе нового. Правда, с трудом – но оно того стоило.

К советникам Ромион всегда относился серьёзно. Впрочем, он ко всему относился серьёзно – но к советникам особенно. У отца Ромиона был целый Совет, насчитывавший десять человек. Наверняка покойный король считал, что сможет этой оравой управлять, или был уверен, что уж десять-то человек точно друг с другом не договорятся. Каждый советник выполнял свою работу