Голое свидание - Саша Кей

— Я тоже на это надеюсь! — выхватываю из рук мужчины компрометирующий предмет. — Потому что это лучшая его часть!

Боже! Надеюсь, он не думает, что я планирую эти воспользоваться прямо в кафе! Мог бы, как воспитанный человек, сделать вид, что ничего не заметил! Обязательно было обращать внимание на то, что в коробке?

Особенно обидно, что при других обстоятельствах я бы попыталась состроить ему глазки. Высокий, длинноногий, широкие плечи обтянут черной вязаной водолазкой в крупный рубчик, классическая стрижка, в меру наглое лицо. Лихие казаки на ногах, говорят о том, что тип явно нескучный. Видно, что взрослый, но даже борода его не старит. Такой себе горячий папочка.

Что за непруха?

Мужик же, поняв, что я закусилась, теряет ко мне всякий интерес и отворачивается к зеркалу, чтобы стряхнуть с волос капельки от растаявших снежинок.

А я замечаю, что из заднего кармана его черных джинсов выглядывает фиолетовый уголок квадратика презерватива.

Обычно мужчины носят презики в портмоне, а этот, видимо, чтоб время зря не терять, по карманам рассовал. Кобель! Тут же клеймлю его я, чтобы не оплакивать такую потерю. Не расстраивайся, Дашенька! Хорошо, что на этом мужике крест. А то он всегда готов к приключениям, нам надо что-нибудь постабильнее.

— Можно даже потрогать, если очень хочется, — разрешает мне незнакомец, и я соображаю, что вот уже минуты три я, прижав к груди упаковку с вибратором, гипнотизирую его задницу. И он все это в зеркале видит!

Точно. Теперь он уверится, что я — нимфоманка. Задницы не пожалел, благотворитель, блин! Повторно покрываюсь пятнами, и, схватив сумку, отворачиваюсь, не зная, куда деть глаза.

— Ну, как хочешь, — усмехнувшись мужик проходит в зал.

Капец! Я этим стервам на работе покажу, где раки зимуют!

Какое позорище!

Слышу позади себя сдавленное хихиканье девочки-гардеробщицы.

Отлично, у этого недоразумения еще и свидетели имеются!

Но масштаб фиаско становится ясен, когда я возвращаюсь к Катюхе, которая сторожит мое место и треплется с кем-то по телефону, потому что с другой стороны от моего стула восседает задница с торчащим из кармана презиком.

Глубоко вздохнув, делаю лицо кирпичом и плюхаюсь на место, отворачиваясь от типа так, что становится понятно, лучше со мной не контактировать. Хотя стулья стоят слишком близко, бок незнакомца касается моей спины

Катюня убирает телефон.

— Ну, что? Даш, успокоилась? — спрашивает она сочувственно. — Не переживай так, найдется и для тебя мужик. Не только понюхаешь, но и оближ…

Я пинаю подругу по ноге, чтобы она не детализировала свои фантазии, потому что понимаю, что товарищ рядом слышит абсолютно все. Но мои усилия пропадают даром, я чувствую, как его плечи сотрясаются от смеха. Даже представлять не хочу, что он обо мне думает. Это надо запить.

Опять машу бармену, чтобы мне повторил. Мой жест совпадает с жестом соседа, когда бармен подходит, мужик озвучивает:

— Мне виски, а даме — что пожелает за мой счет. У нее, похоже, сложный день.

У меня вскипает гов… гордость! Это, что, намек? Что я могу сегодня ни на что не рассчитывать, поэтому мне стоит надраться?

Бармен же и ухом не ведет. Ставит перед наглецом вискарь, а мне клонирует «Маргариту». Сосед салютует мне стаканом, а я демонстративно отворачиваюсь.

И встречаюсь взглядом с Катькой, которая только что не бровями мне машет в сторону мужика. Кивает головой в сторону соседа и одними губами проговаривает: «Догнать и трахать!»

Строю ей козью морду. Поздняк, Катюня! Даша уже облажалась. У подруги опять разрывается телефон.

— Кто? — спрашиваю я, хотя догадываюсь, что это Коршунов, у которого наверняка в этот день на жену свои планы. Да у всех сегодня свои планы. Одна я — не пришей кобыле хвост. Катька и чудом ко мне вырвалась из своего леса, чтоб я не чувствовала себя совсем брошенной. Но это так себе утешение, потому что сейчас он побежит к любимому мужу, а я останусь в одиночестве.

— Коршунов, — делано недовольно морщит Катя нос, а глаза у нее горят предвкушением. — Скоро заберет меня. А ты чего делать будешь? Еще ж не поздно.

— Домой пойду, — вздыхаю я.

— Слушай, но в таком платье идти домой — грех. Надо где-то светануть фигурой.

— Да ну на фиг, — отмахиваюсь я. — Кругом эти мерзкие парочки. И ведь знаю, что по традиции они сегодня все переругаются. Почему, не знаю, но в день Святого Валентина, всегда какая-то лажа приключается. И все равно бесит! Я себя одинокой не чувствую, но эти жалеющие взгляды. Мол, бедняжка, одна, никому не понадобилась… Тьфу! А некоторые девицы еще и не скрывают превосходства, смотрят так снисходительно…

— Да ладно, — Катя допивает свой мохито. — Они злятся, что их мужики тебе вслед шеи сворачивают. Платье у тебя, прямо скажем, простора для фантазии не оставляет. Сразу видно, что ты в поиске. Я борюсь с собой, чтоб не прикрыть тебе декольте салфеткой. А то не дай бог Коршунов впечатлится. Может, все-таки тряхнешь стариной?

— Не-а. Домой пойду. Устала я. Намахну еще «Маргариты» и почешу.

— Ладно, не грусти, — подруга целует меня в щеку, сползая с барного стула. — Ты желание-то загадывала, как я велела?

— На старый новый год, что ли? Загадывала от отчаянья, да я в это не верю.

— Ну вот и посмотрим.

— Девчонки! Привет, Даш, — за нашими спинами материализуется Коршунов. — Я у тебя жену, пожалуй, заберу.

Сзади происходит какая-то возня, я оборачиваюсь и вижу, как Катькин муж молча ручкается с моим соседом.

— Вот и компанию тебе оставляю. Даша, это Сергей. Прошу любить и жаловать, остальное на твое усмотрение.

Глава третья

— Я нисколько не настаиваю на общении, — довольно резко говорю я, недовольная медвежьей услугой Коршунова, когда тот скрывается в дверях, уволакивая за собой Каю, которая на потеху всем вокруг строит мне многозначительные рожи.

— Я уже понял, что ты, — Сергей указывает глазами на мою сумку, — вполне самодостаточная.

— Ха-ха. Очень смешно, — кривлюсь я. Сколько можно уже меня смущать?

— Вообще-то и правда забавно. В этот день все девушки тащат своих упирающихся парней праздновать день их любви, а ты выгуливаешь вибратор.

— Хочешь наступить мне на все больные места сразу и еще и пройтись по теме одиночества в Валентинов день?

— Ничего подобного, — поднимает он руки в примиряющем жесте.

Но я уже завелась:

— Если хочешь знать, меня сегодня приглашали на свидание. К чему, по-твоему, на мне такой наряд, в декольте которого сегодня наш бармен даже уронил оливку? Да вот незадача! Кавалер решил на мне сэкономить и предложил просто