Второе дыхание - Дора Шабанн

Только что же ему так тревожно, аж до кофе назад?

Нет, если бы что стряслось: с домом проблемы, кто-то заболел, авария, не дай бог — Улька бы написала или позвонила. Она разумная женщина и очень ответственная. Ленивая, правда, но тут уже ничего не поделать, он её двадцать лет знает, всегда такая была. Резкая и категоричная в суждениях, немного деспотичная, не слишком любящая домашнее хозяйство, чересчур увлекающаяся своим бессмысленным вязанием, но честная и порядочная. Спорит, правда, последнее время много и обижается непонятно на что. Женщина — ребус, блин. Жаль, он никогда загадки не любил.

— А что это Вы, Артём Александрович, вечерними мужскими развлечениями пренебрегаете, — помощник мэра хитро улыбался. — Из Северной Венеции не видать, конечно, что у нас тут да как, но меж тем, есть здесь и места, и перфомансы вполне достойные самого взыскательного вкуса.

— Увы, Сергей Олегович, я в командировку езжу в первую очередь поработать, ну, а во вторую — поспать. Вы, как многодетный отец, думаю, вполне меня понимаете: какая это роскошь — просто поспать в тишине.

Артёму не нравилось направление куда, с обсуждения строящегося детского сада, свернула беседа. Все эти подкаты принимающей стороны с баней, бабами и бухлом он изучил за десять лет, что руководил в качестве Главного Архитектора их чудесным проектным бюро, вдоль и поперёк. Сначала они тебе и одно, и другое, и третье без ограничений, а следом документы и видеоматериалы о похождениях — и ты делаешь им ряд «маленьких уступок», чтобы никто ничего никогда не узнал.

Замнем для ясности, так сказать.

Сколько руководителей проектов и строек на этом погорело. Нет, нам такого счастья не надо даже бесплатно, в подарок…

Обед перешёл к завершающей, десертной стадии, поэтому начались завуалированные непристойные предложения. Пришло время обсуждения «особых вопросов» и попыток стрясти чего-нибудь сверх согласованного отката, как обычно.

— Зря Вы пренебрегаете возможностью отдохнуть, — чиновник нарочито тяжело вздохнул, — Так в делах вся жизнь мимо и пройдёт, — зацепить главного проектировщика по работе было нечем, поэтому оппонент не оставлял попытки столкнуть заезжего спеца с пути истинного, на дорогу греховных наслаждений, — В драмтеатре нынче «Ночи Мессалины» дают, публика и критики в восторге. Даже в Москву, на конкурс возили. Гран-при у нас.

«Естественно, — Артём про себя фыркнул, — Столько бабок жюри отвалить, за них можно было и Оскаром разжиться, а лучше бы пару больниц построили, ценители искусства, мать их!».

Но вслух отметил:

— В театр я хожу с женой, в цирк — с детьми, сауна у меня дома есть, а отец мой такой самогон делает, что шотландцы за рецептом в очередь стоят. Сами понимаете: работы много, времени мало, ответственность огромная. Не перед городом, не перед страной, перед будущим! Не до развлечений тут, сожалею. Но все договорённости наши в силе, всё, что обещали — выполняем, администрация Благовещенска, в лице господина мэра, может не беспокоиться. Всё будет качественно и в срок, как всегда.

Помощник господина мэра, крякнул, опрокинул стопку водки в рот, откашлялся, хрустнул маринованным огурчиком и вежливо улыбнулся, хотя недовольство итогами встречи в глазах так и сверкало.

Ну, да бог с ним, за плюшки с их холдинга вся администрация могла каждые выходные в Милан летать, в оперу, поэтому распрощались, всё же, «на хорошем».

Артём мчал на служебной машине в офис и думал, о том, что и в самом деле времени мало, а успеть нужно много. Он ведь к этому всегда стремился — востребованность, признание, череда интереснейших проектов. Всё это у него есть. Сам заработал, ничего на голову не свалилось. Ночей не спал, жилы рвал, пахал как проклятый, но свой личный 3Д — план: дом — дерево — дети выполнил. Почему же тогда ощущает себя в тупике?

Пришло время наслаждаться заработанным и построенным, страхи детства отступили. У него блестящее образование, даже учёная степень есть. Жилищные проблемы решены, он породил аж трёх наследниц и сад вокруг дома уже плодоносит.

А недовольство изнутри жрёт, и ответа на вопрос «почему?» у него нет. Но это лирика, а он практик. И документация сама себя не проверит, так что в пень всю эту философию, свой кандидатский минимум Артем Александрович Никитский уже давно сдал.

3. Ульяна. Май. Санкт-Петербург

Почему трындец случается одномоментно по всем фронтам? Я же не отказываюсь принимать подарки судьбы совсем, просто прошу их разнести во времени! Можно? Нет? Жаль. Тогда пересчитаем, в список запишем и гребём, гребём… отсюда.

Так, дети на учёбу и тренировки собраны и по заведениям сданы, в офис в последнюю минуту успела, да, вся в мыле, но и ладно. Муж в командировке, так что закупки семейные на мне, родственникам продукты отвезти мне. А ездить по пробкам на работу все дни между праздниками? Моё. На работе одномоментная встреча трёх контейнеров на одном складе (ах, какая неожиданность, и куда мы их все разгружать будем?!) чьё? Моё!

Ну, и хорошо, справлюсь, не новость.

А чего это телефон разрывается?

Нет, пожалуйста!

Ещё и Шушеньку я сейчас точно не потяну!..

— Да, дорогая? Давно тебя не слушала…

— Шпулька, ты не поверишь! Да, я, блин, сама не верю! Это фантастика, восторг! Мечта! Но страшно, боже, как мне страшно! Ты должна мне помочь! Я не справлюсь без тебя… — автоматной очередью неслось из трубки.

За что мне это?! Зачем я угостила её бабушкиными пирожками пятнадцать лет назад? Как же, о младших же нужно заботиться, иногда даже принудительно. Верно говорят, что доброта наказуема… вот эти клятые пирожки мне и аукаются все прошедшие годы. «Выпечка — зло», — глаголю вам.

Зато не скучно, да.

— Шуша, здравствуй, наконец. Помочь я тебе не смогу… я же абсолютно не в курсе, что за очередная хрень приключилась в твоей жизни. Пожалей меня, я уже немолода, не пугай! Просто внятно и кратко — что стряслось?

На том конце звуковой волны блаженная тишина. Пока Оксана — Ксана — Ксюша — Шуша сообразит, о чём я, можно успеть и кофе себе налить.

Хорошо, что пить его не начала, уляпала бы всё вокруг.

— Я уволилась, рассталась со Стасом и послезавтра улетаю жить в Тиват. Это достаточно кратко? — донеслось до меня ехидное.

— Вот это внезапно сейчас было, — всё, на что меня хватило от удивления. Да, сегодня я явно в минусе