Грешники. Внебрачная дочь - Елена Николаева

Помню, как впервые приложили её к груди, у меня тогда сердце оборвалось. И двух килограммов в весе ребёнка не было. Крошечная совсем. Я ревела белугой, глядя на неё чез стекло инкубатора. Все меня утешали. Обещали, что всё будет в порядке, но мне не хватало поддержки её отца.

«…А сейчас я должен жениться на тебе? И как это всё будет выглядеть? Сомнительным пятном на блестящей репутации адвоката?…» — эти слова высечены в моей памяти навечно, как и свадьба наших друзей. Невинная шутка с похищением невесты обернулась для всех трагедией.

В тот роковой и тяжёлый день Итан получил вместо меня пулю, а когда пришёл в себя после комы, и вовсе отказался от отношений. Порвал со мной жёстко, не оставив выбора.

Я узнала о беременности на следующий день. Собрала вещи и документы. Улетела обратно домой, так и не сказав ему о ребёнке. Просто исчезла из его жизни, как он того и хотел.

* * *

Почти четыре года я пыталась держаться благодаря дочери и поддержке родных. Не сломалась только из-за Ники. Малышке отдавала всю свою любовь, ею же и насыщалась. Даже учёбу отодвинула на второй план, но не бросила. С горем пополам закончила последний курс.

Было адски тяжело, но общими усилиями мы справились. Я получила диплом лингвиста. Помню, как приходилось бегать на сессии с маленьким свёртком на руках. Профессора жалели. Никушка вместо меня получала хорошие оценки.

Улыбаюсь сквозь слёзы, вспоминая эти моменты. «Вырастет у вас вундеркинд», — шутили преподаватели. Так и случилось. Девочка схватывает всё на лету. Да хоть сказку об отце её взять! Тоже мне, Итан-царевич нашёлся…

Вздыхаю.

Интересно, каким он стал? Женился? Есть ли у него дети?

«Ладно, Аня, хватит!» — осекаю попытки к мазохизму. — «Всё в прошлом! В прошлом всё…»

Нужно двигаться вперёд. Думать о будущем. О настоящей семье, в которой Ника нуждается. О том, что мне необходим мужчина рядом. Для «здоровья» и для поддержки. Хотя кому я вру. С Арсом в постели я так не взлетала, как с Итаном…

Вытерев слёзы, спешу умыться. Скоро Арсений приедет. Не хочу, чтобы видел меня такой разбитой и зареванной. Начнёт воспитывать Нику. Ругать её. Мне от этого неприятно. Сама с ней поговорю. Объясню, что чувствую из-за её поступка. Попрошу больше так не делать. Люблю её. Долго злиться не выходит.

— Ну, что? Успокоилась? — как только выхожу из ванной, тётка подаёт мне чай и утаскивает с собой на кухню.

Ника с мамой уже сидят за столом. Дочь, высунув кончик языка, погружает указательный пальчик в одну из роз на торте. Усердно ковыряется в ней. Зачерпнув побольше крема, подносит его ко рту и слизывает, пачкая при этом свой любопытный носик.

Вот как при ней разговаривать о мужчинах? Возьмёт, да что-нибудь ляпнет эдакое Арсу. А ты потом красней.

— Никуш, держи ложечку, — протягиваю ей прибор, чтобы не ела пальцами. Так хоть и вкуснее, но всё же неэтично.

Арс сладости не ест. Очень-очень редко. Поэтому я не настаиваю сохранить хотя бы часть торта в первозданном виде. Ника всё равно утащит всё самое вкусное и привлекательное себе в рот. Испортит эстетику. Наведёт свою.

— Пасибочки, — благодарит и принимается ещё за один кремовый бутон.

— Возьмёшь и купишь на Тенерифе новое, — продолжает тётя, подкладывая мне на тарелку ещё кусочек сладкого. — Там бутиков тьма! Выберешь круче прежнего. А как Арс хотел? — разводит руками. — Хочет иметь двух принцесс, нужно раскошеливаться. Тем более он себе может позволить такие траты. Не обеднеет твой Арсик на пару тысяч евро. Правда, Никуш?

— Конефшно… — соглашается моё чудо с набитым ртом. — Ма, а можно, мне Барсик купит котёнка?

— Нельзя, малыш. Мы же с тобой обсуждали эту тему. У Арсения аллергия на кошек. Он будет болеть. И кошечку придётся отдать обратно в зоомагазин.

— Слушай, Ань, а на змей у него аллергии случайно нет? Такие же хладнокровные, как твой бизнесмен, — хихикает тётка. — Ну или на мадагаскарских хамелеонов, например. Они так прикольно меняют окраску тела. Видела. Я аж обалдела…

 1 2 3 След. часть

— Хочу! Хочу! Хочу! — роняя ложечку на пол, Ника тут же подхватывает глупую идею. — Хочу змею и халимиона!

— Да нам только халимиона и не хватало! — взрываюсь, глядя на экран мобильного. До вылета осталось каких-то три часа, а у меня чемоданы не все собраны. Нервничаю. Можем опоздать. — Не нужно её так баловать, тёть Кать. Мам, ты хоть проследи, чтобы до нашего приезда у нас в квартире живность не появилась. Не то Арсения кондратий хватит.

— Не хватит, ма! А может, ты передумаешь? А??? — скорчив мордочку кота из «Шрека», Никуша добавляет: — Обещаю, я буду такой послушной. Очень-очень послушной. Только привези мне халимеона. Ну, пожааалуйста, мааа… — и ко всему этому ещё и ладошки складывает в умоляющем жесте. Подлиза!

— Я подумаю, — ляпнув, лишь бы отцепились, смываюсь в спальню. Приступаю собирать вещи. Иначе уболтают уже сейчас.

— Нет! Ну так дело не пойдёт! — ворчу, а затем губы самопроизвольно расплываются в улыбке.

Божжжеее, как же я буду по ней скучать…‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌

Глава 2. Тенерифе

Анна

Неполных восемь часов полёта я выдерживаю с трудом. Нервничаю. Не люблю оставлять дочку дольше, чем на пару дней. Боюсь, тётя Катя поведает Нике ещё одну интерпретированную на свой лад историю. Теперь уже о красавице и чудовище. И обязательно со счастливым концом! Без него же никак.

Арс во время полёта изучает какие-то новые договора. Делает заметки и подсчёты. У него свой бизнес. Сеть магазинов по продаже керамической плитки и сантехники европейского производства. Он часто мотается из города в город по делам. Тенерифе выбрал для того, чтобы совместить пару дней отдыха и переговоры с испанским поставщиком.

— Арс, — нам нужно поговорить, — сообщаю, как только мы заселяемся в забронированный нами номер.

Об испорченном свадебном платье я так и не успела рассказать. Не хотела портить его настроение перед вылетом, да ещё в присутствии дочки, мамы и тёти.

— Можешь оторваться хотя бы на час от телефона?

— Анечка, последний звонок, и я весь твой. Обещаю.

— Ладно. Тогда я первая занимаю ванную? Ты не против?

— Конечно, кисунь. Я скоро присоединюсь к тебе.

Тарасов приходит как раз тогда, когда я собираюсь выходить из