В джазе только хулиганы - Dragonfly

— Ой, не-е-е… Не стоит. Потерплю Египет! Ну и какую роль ты мне придумал?

— Будешь Анубисом, — презрительно изрёк Ярик.

— А за что он отвечает?

— За подчинение Осирису!

— Э-э… А кто у нас Осирис?

— Я! — нескромно рассмеялся Ярослав.

Так, тушуясь в кабинете неопределённое количество времени под чужие разговоры, а местами ещё и непонятные, я контролировала свой вездесущий клюв и ждала, когда освободится Ярик. Не знала, куда идти и чем себя занять до начала смены, к тому же, плохо запомнила имена остальных работников. Тем более, их древнеегипетские роли! И в придачу всех тех, кого парни упоминали, безбожно сплетничая.

Ярослав быстро взялся за усача, отпустив профессионально загримированного подо льва бармена «на волю». Тот, уже лишившийся фартука, едва я увела взгляд, демонстративно стянул штаны. Поразительно, какой большой я проделала путь из Саратова в Москву, чтобы узреть розовые сердечки на его китайских трусах…

И, пока я разглядывала трещинки на побелённом потолке кабинета, раздался звук провернувшейся дверной ручки.

— Сань, через десять минут открытие, иди в зал. Заодно новенькой всё покажи, — донёсся женственный голос администраторши. — Классная змея!

— Спасибо, Эль!

Я обернулась в надежде уловить взгляд начальства и получить какие-то наставления, но дверь тут же закрылась с обратной стороны.

— Интересно, какую она имела в виду? — оскалился парень в зелёной юбке до колен, нащупывая на лбу ободок с гадюкой. Слава египетской силе, он так и не уточнил свои догадки… — Хах, ладно. Пошли, бог Ра. Проведу экскурсию по твоей «мечте».

Отчаянно просверлив взглядом затылок Ярослава, ваяющего кистью грим на лице усача, я поняла, что он забыл о моём существовании. Фиговый из него вышел приятель. Мне не осталось ничего, кроме как довериться бармену Сане, извлекающему из кармана фартука, скомканного на столе, острый сверкающий штопор.

— Это нам ещё пригодится, — слащаво подмигнул он.

Надеюсь, обойдётся без мокрухи…

Мы, совершенно не торопясь, вышли в коридор. Миновав этаж, отведённый под офис, быстро очутились на лестнице. В пролёте веяло уличным холодом, а меня и без того потряхивало от робости в незнакомом заведении…

— К открытию обычно не приходят. Где-то минимум через полчаса начнут набегать гости, — важно заговорил бармен. — На десять забронирована большая часть зала… так что, времени у нас полно. Рассказывай: как зовут, где учишься?

Парень чуть обогнал меня на спуске и толкнул, судя по всему, тяжёлую створку, из-за которой виднелась лишь чернота. Затем моментально скрылся в её глубине. Послышался лёгкий звон, треск, и из-за двери вырвался холодный голубой свет. Я скромно заглянула внутрь и ахнула.

Вдалеке, в нише над балконом располагался длинный ряд круглых столов и кожаных белых кресел, зонированных колоннами. У каждой стояли пальмы в горшках, украшенные гирляндами, и, неожиданно, древнеегипетские саркофаги.

Справа от входа простиралась сцена, над ней — ещё серый экран. С противоположного её конца виднелась внушительного размера ёлка, украшенная в серебряных тонах. А слева от двери уже начинался бар, обставленный множеством поблёскивающих в белой подсветке бутылок с заманчивыми этикетками. Парень успел понажимать что-то на экране включившегося кассового аппарата, уцепил из-под гостевой столешницы звякнувшие ключи и двинулся в мою сторону.

— Не хочешь говорить, как зовут, буду дразнить «Ра», — улыбнулся бармен, плотоядно осмотрев меня от балеток до клюва. — А меня вот Саша зовут. Пойду открою главный вход.

И я, растерявшаяся, зачем-то увязалась следом.

— Я Регина, — удивительно, что хоть кто-то спросил! — Учусь в академии психологии… только на днях перевелась сюда из саратовского филиала.

— А-а-а! Так ты не москвичка, — хохотнул бармен. Зал, лишённый окон и утопающий в голубом освещении, был просто необъятен. — А где планируешь жить?

— С Ярославом и ещё какой-то девушкой… пока с ней не знакома. Они снимают жильё здесь, неподалёку, и от них съехал третий квартирант.

— Ну, понятно. Это Катя съехала от Ярика и Даши. Она на ПМЖ улетела в Австрию… Значит, ты теперь вместо неё?

Кажется, Дашей как раз и звали ту девчонку, с которой мы должны были сожительствовать, но ни про какую Катю я не знала, тем более не представляла, что значит «вместо неё»…

— Катя тоже здесь работала?

— Конечно! — Саша, не глядя, вставил ключ в замок, провернул и толкнул дверь. Но наружу всё-таки высунулся. С вечерней улицы в караоке-зал ворвался ледяной кусачий ветер, а вместе с ним внезапно — пузатый парень в шуршащей куртке и новогоднем колпаке. Незнакомец стучал зубами от холода, а его красные руки держали трещащий по швам рюкзак. — О! Звукарь!

Вошедший диковато осмотрел меня, поёжившуюся, легко одетую, бармена с оголённым, чуть волосатым торсом и львиным гримом, но, не сказав даже «здрастье», свернул к лестнице, ведущей на балкон.

— Запомни, опоздуны, которым не доверяют ключи, мёрзнут снаружи. Приходи на работу заблаговременно. Так вот, — мы двинулись обратно к бару, в сторону более тёплых циклонов воздуха внутри помещения. — К Катьке знаешь, сколько гостей сюда ходило? Её очень любили, просили петь и чаюху большую оставляли! Но она закончила учёбу, повыигрывала все конкурсы и поступила в консерваторию в Австрии.

У меня округлились глаза.

— В-в кон-нсерваторию?.. В Австрии?

— Ну да.

Насколько было реально, мои мурашки «укрупнились», а ноги продолжили шагать по залу с сопротивлением. В таком случае… я сгожусь здесь в роли микрофонной стойки! Но точно не «вместо Катьки».

— Ты чего какая бледная? Замёрзла? — мы успели дойти до бара. Я остановилась в пролёте, а Саня забрался с головой в нижнюю тумбу. Извлёк из неё скомканную куртку и протянул мне. — Надень, пока нет гостей.

Я не стала отнекиваться. Благодарно кивнула, накинула на плечи, принюхиваясь к стойкому табачному амбре, что источал воротник, и прикусила губу.

Раз уж я рассказывала дружелюбному бармену всё, как на духу, решила сдаться с поличным окончательно…

— А я вот даже в музыкальной школе не училась… мне так страшно, просто кошмар! Меня могут выгнать отсюда? — я ещё раз осмотрела помпезный зал, на мрачном балконе которого загорелся одинокий экран ноутбука.

Саша, закинув на плечо белое полотенчико, вдруг рассмеялся.

— Пхах! Чтобы в караоке людям подпевать, не обязательно получать музыкальное образование. Главное, чтобы ты с гостями общаться умела, была красивой, опрятной. С этим у тебя проблем нет, — плутовато улыбнулся парень. — Ну и более-менее в ноты нужно петь. Для этого же вокалистов и нанимают?.. Ну-ка, спой мне что-нибудь.

Бармен подпёр бородатый подбородок кулаком, на котором сверкнул крупный перстень, и выжидающе замер. Дыхание спёрло…

— Но… но… — сжавшись от ужаса, я поймала с балкона взгляд звукаря, и с трудом сглотнула. — Но я даже не распевалась!

— Ну так сейчас