Я — Велиара - Анюта Соколова

Противостояние этих островов длится века. История наших войн занимает добрую половину покрытых пылью веков томов в библиотеках. Мы воевали на суше и на море. Эрли, бескрайний и густозаселённый, посылал миллионные армии. Крошечный, но неприступный Риан брал своей магией, когда каждый маг стоил тысячи солдат. Гибли и те, и другие. Целью жизни моего отца стало лишь временное хрупкое перемирие. После его смерти о мире – настоящем, прочном – мечтала мама. И вот цель достигнута.

Сгибаясь под тяжестью церемониального наряда, почти на ощупь (чёрт бы побрал эту фату!), я подошла к священному камню. Мама чуть помедлила – самую малость. Потом соединила наши руки с представителем жениха и скрепила священный союз.

Я, Велиара Даэрлина, наследница Эрли, стала женой Арвиндэйла, Властителя Риана. В общем восторженном гуле я различила тихий вздох мамы.

Не волнуйся, родная.

Я – Велиара.

Я принесла клятву.

***

А ещё вчера день не предвещал перемен…

– Леди Даэрлина, Властительница Эллайя просит пожаловать к ней, – тягучий, скучный голос Ириенны вырвал меня из глубокой задумчивости.

Я вздохнула. Сколько лет пытаюсь приучить её использовать церемониальные обращения лишь при посторонних, да всё без толку. Что, так трудно просто сказать: «Дина, тебя мама зовёт»?

– Инь, она там одна? – Я захлопнула книгу, спрыгнула с подоконника и, почувствовав всплеск недоумения, пояснила: – Переодеваться придётся?

Критическим взглядом окинув мои штаны и рубашку, в которых я всё утро старательно и буквально ползком изучала берег Соны, Ириенна невольно поморщилась, но вслух произнесла лишь:

– Властительница одна, в Малых Покоях. Просила Вас поспешить.

До маминых личных комнат, громко поименованных Малыми Покоями, я долетела за секунды. Во-первых, нечасто мама просила меня торопиться, скорее, наоборот. Во-вторых, я собиралась ещё до полудня вернуться на берег. В Личвуд я заскочила, только чтобы порыться в библиотеке, найти подтверждение своим догадкам.

Дверь распахнулась, едва я потянулась к ручке. Мама стояла у стола. Я ощутила смешанный поток чувств, преобладающим из которых была тревога. Вообще-то, Велиара всегда может закрыться от другой Велиары, не говоря уж обо всех прочих, но у нас с мамой принято доверять друг другу. Однажды мама пошутила, что, поступая таким образом, хочет чувствовать себя хоть в чём-то уязвимой. Вот и сейчас я без труда уловила смятение, печаль, колебания и – волнение.

– Вот… – Она без всяких предисловий протянула мне конверт с официальной печатью Риана. – Прочти.

Пробежав глазами короткий текст церемониальной вязи, я сначала ничего не поняла. Затем в голову ворвалась шальная мысль, что Арвиндэйл тронулся умом от свалившихся на его остров бед. И только потом в полной мере осознала смысл написанного.

– Мам, – потерянно пробормотала я, – а может, мы ему мой портрет пришлём? С подробными и честными комментариями по поводу моего характера?

Она явно через силу улыбнулась:

– Твой характер называется норов. Но и он, и твоя внешность интересуют Властителя в последнюю очередь… Динка, ты же не хочешь войны?

– Нет. Но и за старикашку рианского замуж тоже не хочу!

– Знаю, – мама забрала у меня конверт и показала гербовый лист бумаги с выведенным вверху её изящным почерком обращением к Властителю Риана и далее ещё девственно чистый, – я должна сегодня отправить ответ.

– Моё мнение учитывается?

– Ты же знаешь, что да, – вздохнула мама, – мы с тобой столько раз это обсуждали… И отказ я приму, и последствия его… тоже.

Я стиснула губы.

– Представляю эти последствия! Нет, я не согласна заплатить такую цену за… отсрочку. Ты не сможешь прикрывать меня вечно. Говорят, Властитель Лоррингер тоже овдовел. Только с Хронгом у нас прочные дружеские отношения, а с Рианом – хрупкое перемирие… Когда будет свадьба?

– Завтра.

Мне показалось, что я ослышалась. Когда это посольство с острова на остров за один день добиралось? Для портала – слишком много народу, на корабле – неделю плыть. Или старый сморчок собственноручно привёз конвертик, заранее уверенный в положительном ответе?

Последнюю фразу я произнесла вслух. С выражением. Мама поспешила добавить:

– Сам Арвиндэйл пожаловать не смог. Предложение привёз лорд Иргэррион с посольством. Он же и заменит жениха на церемонии. Наши обряды такое допускают.

– Конечно, у самого жениха сил не хватит свадьбу отстоять – коленки от старости подогнутся! Сколько ему лет – сто пятьдесят?!

– Сто сорок девять, – хмыкнула мама, – но учти: он маг и рианец. Они по пятьсот лет живут.

– Значит, походить молодой вдовой не придётся, – без особого оптимизма подытожила я и замолчала.

Молчала и мама. Да и чего говорить? К дочери посватался Властитель, мягко говоря, недружественного и очень опасного острова. Нашего ближайшего соседа. И наш брак, с точки зрения политики, торговли, прогресса, – самое разумное решение. Заветная мамина мечта – наладить отношения с Рианом. Мечта, стоившая жизни моему отцу.

– Ну, я пошла, – стараясь казаться невозмутимой, бросила я, – у меня ещё неоконченное дело на берегу, с которым необходимо управиться до завтра.

– Дина, – остановила меня мама, – Риану нужна Велиара. Очень. Там действительно происходит что-то нехорошее. То ли магия, то ли просочилось с Изнанки. Та хищная тварь, за которой ты всё утро охотилась, приплыла не откуда-нибудь, а с острова.

– Эта тварь, к твоему сведению, называется сверк. Я только что нашла её описание в классификаторах тысячелетней давности. Причём уже тогда она помечена как вымирающая. Если узнаю, что её потехи ради воскресил очередной великий экспериментатор с Риана, – не спасёт его даже их Властитель! Эта дрянь пятерых сожрала – среди них девочка семи лет! Маскируется, сливается с окружением, просачивается в любую щель.

– Метаморф? – брови мамы удивлённо поползли вверх.

– Не полный. Точный облик не принимает, но с трёх шагов, что требуются ему для броска, разглядеть его почти невозможно.

– Возьми Лейграя.

Я презрительно фыркнула.

– Тогда Креонда.

– Ты за меня переживаешь или решила сверка подкормить?

Она расхохоталась:

– Ладно, ладно, не лезу. Заранее мои соболезнования сверку. Шкуру можешь преподнести мужу в приданое.

– Над супружеским ложем приколочу, – пообещала я.

«Чтоб он, сморчок плешивый, сразу проникся уважением и ручонки свои дрожащие поостерёгся распускать», – уходя, злорадно докончила я про себя.

…Но какой тяжёлой оказалась эта шкура!

***

Из зала Личвуда я смиренно вышла под руку с заменяющим Властителя рианцем, однако, пройдя с десяток шагов, эту самую руку бесцеремонно сбросила и тоном, не