На пересдачу, Кэсси Рок! Третья попытка - Ольга Ярошинская

— Ну, да, — нехотя признал он. — Но…

— Если вы мне не поверите и на этот раз, то клянусь, я убью вас сама! — пригрозила Кэсси, и ее зеленые глаза заблестели от слез.

А вот этого он вынести уже не мог.

— Только не плачь, — попросил Чес, придвигаясь. — Кэсси, сейчас же я жив. Ну, что ты…

— Каждый раз одно и то же! — горько всхлипывала она. — Вспомнила! У вас была в детстве игрушечная овца! Правда?

Потрепанная овечка с унылой мордой и вислыми ушами выглянула из далекого прошлого и исчезла.

— Как бы я об этом узнала? Никак! — горячо бормотала Кэсси и, развернувшись к нему, положила руки на его грудь и слегка царапнула ноготками. Внезапное прикосновение прошибло кожу мурашками. — Вы мне сами об этом сказали, на первом свидании.

— А их было много? — пробормотал Гроув.

— Самое забавное с лжицей, — рассмеялась Кэсси сквозь слезы. — Вы съели ее добровольно, чтобы меня не расстраивать. И такого наговорили! А самое отвратительное свидание, если можно его так назвать, — последний зачет. Вы отвергли меня и пошли умирать. Вы такой болван, мастер Гроув!

— Я не хотел тебя обидеть, — сказал он. — Точно знаю, что не хотел. Но, Кэсси, тебе правда лучше держаться подальше…

— Даже не начинайте, — сурово приказала она. — Я от вас не отстану, так и знайте, мастер Гроув! Вы мне каждый раз это говорите, но я никуда не уйду!

— Почему?

Вопрос вроде простой, но она вдруг смутилась, и на скулах пятнами расцвел нежный румянец.

А раз так…

Чес склонился и осторожно коснулся ее губ своими. Кэсси тут же притихла и заглянула прямо в душу своими изумрудными глазищами.

— А еще вы говорили, что без ума от меня, — прошептала она.

— Так и есть, — согласился Чес и, обняв ее, поцеловал уже всерьез.

И это было так восхитительно! Нежные губы, мягкий шелк волос, струящихся между пальцами, гибкое горячее тело. Черт ногу сломит в том, что она наплела, но Чес понял главное: судьба преподнесла ему неожиданный и очень щедрый подарок. И кто он такой, чтобы спорить и отказываться, тем более сил на это нет никаких?

Кэсси льнула к нему, обвила шею руками, целовала в ответ, и кровь вскипела, а сердце забилось как барабан.

Если все, что она наговорила, правда, то вроде бы скоро ему помирать. Но предсказание смерти казалось чем-то вроде далекого облачка. Может, будет дождь, а может, и пронесет. Куда важнее то, что Кэсси Рок сейчас в его объятиях. Дверь закрыта, завесу от звуков он сразу поставил, а диван хоть и не слишком широкий, но удобный вполне.

— Нет, — выпалила Кэсси, накрывая его руки своими и дрожащими пальцами застегивая пуговку, которую он едва успел расстегнуть. — Я же сказала — никаких поцелуев. И вообще…

Усилием воли Чес заставил себя отодвинуться. Он привык держать эмоции под контролем, но Кэсси с легкостью выбила его из душевного равновесия: то да, то нет, то получай кофейку…

— Не то чтобы я против, — пробормотала она, потупившись, и у Чеса дыхание перехватило. — Но через три дня вы умрете. А я не хочу потом горевать. Мне и так нелегко, между прочим. Вот если вы останетесь живы…

Чес окинул ее жадным взглядом и усмехнулся.

— Я очень постараюсь, Кэсси, — пообещал он.

Глава 2. За дело берется профессионал

Гроув оделся, и в кабинете как будто стало прохладнее. Укрылась рубашкой широкая спина, спрятался под жилетом жесткий пресс, на плечи улегся пиджак, а шею стянул галстук-бабочка. Мастер Гроув уселся за стол и открыл пухлый блокнот.

— Систематизируем информацию, — сказал он. — По датам, времени и мелким деталям. Выходит, это третья попытка?

— Вроде того, — подтвердила я, пересаживаясь на неудобный стул. — Если не считать нулевой вариант, где вы тоже погибли. Но, мастер Гроув, быть может, куда проще составить список ваших врагов и недоброжелателей? Или вовсе — не ходить на кладбище той ночью.

— Все не так просто, Кэсси, — пробормотал он, разлинеивая блокнот.

Подглядев, я увидела три столбца: время, имя, действие. Это что же, я вновь на допросе? Только теперь без лжицы?

— Я понятия не имею, кто может желать моей смерти, — признался Гроув. — Так-то есть варианты…

— Убийца тот, кто раскрыл вашу тайну! — воскликнула я. — Это же очевидно!

— Никто не знает об этом.

— Кроме меня. А я сумела раскрыть ваш секрет, пусть и не с первой попытки.

Он задумчиво потер гладко выбритый подбородок.

— Думаешь, кто-то еще раздобыл мою кровь и напоил ею вампира? Сильно сомневаюсь. Впрочем, давай по порядку. Для начала я хочу убедиться, что будущее в принципе возможно поменять. Особенно события, которые не касаются тебя лично.

— Возможно! — горячо заверила я, сдвинувшись на краешек стула. — Вот Хромуля проиграл в прошлом забеге, а раньше…

— Хромуля? — повторил Гроув.

И я, вздохнув, принялась рассказывать.

Гроув тщательно конспектировал, сверял время, заваливал меня вопросами похлеще чем на зачете. Белый лист блокнота постепенно заполнялся аккуратными чернильными буквами, а события трех роковых дней выстраивались в шеренгу.

— Братья Джага пытались меня побить? — не верил мне Гроув.

— Я их попросила, — призналась я и поспешно добавила: — Только чтобы сделать анализ!

— Значит, впервые я поцеловал тебя после бала, — уточнял он, делая пометки в блокноте.

— Вообще-то это я вас поцеловала, — краснела я. — Чтобы насолить Кайлу. Хотя это вообще ни при чем!

— Каждая деталь может оказаться важна, — возражал он. — А что с Кайлом? Давай вернемся к вашему с ним свиданию.

— Я отказываюсь!

— Не хочешь спасти мою жизнь?

В итоге я, запинаясь, смущаясь и с трудом подбирая слова, рассказала даже про потерю невинности и последующее предательство Кайла. Гроув, к счастью, воздержался от комментариев, но задумчиво обвел его имя и еще крестик рядом поставил.

— Значит, ты каждый раз возвращаешься в исходное состояние? — спросил он и бросил на меня такой выразительный взгляд, что я готова была сквозь землю провалиться.

— Да, — ответила я. — Каждый раз я вновь стою у колеса времени, в семь пятнадцать, на мне та же одежда и даже заусенец есть на мизинце. Все возвращается на круги своя. Вы как-то сказали, мастер Гроув, что колесо времени по своему принципу скорее похоже на пружину. Что меня снова и снова влечет в исходную точку.

— Я так сказал? — искренне удивился он, и я кивнула.

— Якобы, меня будет тянуть вновь прожить эти дни, чтобы сделать их идеальными. Но я так скажу — не нужен мне