Из развода с любовью - Каролина Шевцова

- Довольна? - в голосе никаких эмоций, у робота эмоциональный спектр шире, чем у Игнатова.

- Нет, тут всего четыре баночки, - ну точно, мои мозг находился в жопе. А теперь его отбили, намочили и замочили. 

- А сколько должно быть?

- А надо двенадцать, - я с любопытством покосилась в сторону Виталика и…снова ничего. Мог бы улыбнуться, чтобы я наконец расслабилась и перестала нести всякую чушь.

Ехали молча. Сначала это было даже удобно, не нужно думать, о чем говорить или бояться показаться глупой. Но через пару минут я затосковала. Есть люди, с которыми хорошо молчится, так вот, это был не Виталик.

Я заерзала на тёплом сидении, только сейчас поняв, что Игнатов включил мне подогрев. Мило, но эта забота заставила нервничать ещё больше. Руки коснулись бардачка, поднялись выше, к панели управления, кнопки его Инфинити были бархатными и очень приятными на ощупь. Поймав на себе предупреждающий взгляд, я отдёрнула руку и повернулась в сторону двери. Стекло поехало вниз. Потом вверх. Снова вниз, но только до середины и обратно.

- Нака… - начал Игнатов и осекся, так и не назвав привычную угрозу. 

Но этого хватило, чтобы я напряглась и вытянулась в струну, потому что слишком хорошо помнила, что его «накажу» не пустое обещание. 

В салоне стало трудно дышать, а напряжение между нами обрело реальные контуры. Я постаралась вспомнить какие-нибудь интересные новости, но в голове отыгрывали диалоги из турецкого сериала, посмотренного мною накануне. 

В поисках темы для разговора, я обвела взглядом салон и случайно задержалась на руле, а точнее на руке, лежащей на нём - никакого кольца на пальце.

И правда, он же собирался жениться после Нового года. 

Идеально если в феврале: под мерзкий дождь и гололёд, чтоб платье невесты украшал толстый слой нашей фирменной грязи. Я злорадно улыбнулась.

- Вспомнила смешной салат с горошком? - Игнатов пристально смотрел на меня. Очень красивый. А ещё заносчивый, нудный, тираничный и самое главное, чужой мужик.

Поторопился ты со свадьбой, картивик. Поспешил.

Придумывать ответ не пришлось, потому что я поняла, я о мы почти приехали. 

- Вот здесь направо и можно не парковаться, я так выйду, - Инфинити аккуратно вырулила к нужному двору. Игнатов сам открыл дверь и подал руку. Так галантно, что аж тошно. 

Действуя по классическому принципу «а че мне будет», я всучила ему банки с горошком и гордо выпорхнула на землю без его помощи.

И нет, меня совсем не смутил недобрый взгляд, брошенный в мою сторону, на жену свою пускай так смотрит.

- Постой, - я напряглась. Тон серьёзный, вид уверенный. Так сообщают о чем-то важном.

Но, из важного оказался ламинированный пакет Сады Алтая, из которого картавый выгреб какие-то рекламные буклеты и протянул мне.

- Я у них сок покупаю, вкусный, кстати.

- А я с ними заключил контракт, - ответил он, и это снова обозначило пропасть между нами. да пусть хоть Мариинская впадина, больше это не моя проблема!

Моей проблемой были разруха, недорезанный салат, Чародеи на паузе и до неприличия белая елка. В каталоге этот цвет значился серебряным, но кто б его читал, каталог этот. 

На площадке под дверью меня встречал… Дед Мороз!

С посохом, мешком и нелепой шапке, налезшей на глаза.

- Хо-хо-хо, с Новым годом! - пробасил тот.

- Здравствуй, Олег, - от напряжения у меня скрипнули зубы.

Почти бывший муж на пороге это как вступить в говно - к деньгам. По крайней мере, именно о них нам было нужно поговорить. 

Олег зашёл в квартиру после меня, поправил съехавшую на бок шапку и скинул ботинки в привычной манере, один аккурат на пороге, второй на метр дальше в коридоре.

От этой картины в голове поплыла серая рябь, будто мне снова показали страшное кино: я с тортом в руках застаю мужа и лучшую подругу вместе. Кошмар, который до сих пор снится мне, каждый раз обрастая новыми деталями. Торт сладкий, слёзы солёные, а предательство на вкус горчит как апельсиновая кожура. 

Не знаю, что читалось в моем лице, но одного взгляда хватило, чтобы Олег убрал обувь в тамбур.

Я хмыкнула, но попытку заботы оценила. 

- Где дети? - Олег по хозяйски заглянул в холодильник и присвистнул, - ты что, роту солдат кормишь? 

Пришлось приложить усилия, чтобы сдержаться и не ответить колкой фразой «Мой мужчина хорошо ест». Вспомнилась Анфиса и ее очищающие соки, которые подруга пила на завтрак, обед, ужин. С таким меню обычная лапша покажется блюдом уровня Мишлен. 

- Дети с бабушкой, - никаких лишних эмоций, ровно и по делу, Яне ставим пять за выдержку.

- Да, твоя мама приехала?

- Дети с другой бабушкой.

- Они у моей?! Странно, она мне ничего не говорила.

Держим челюсти вместе и не плюёмся ядом. 

- Ты не спрашивал, Олег.

Новость о том, что свекровь приняла мою сторону и осудила Олега, грела теплее норковой шубы. Идеальная месть. Бывшенький бесился, плевал ядом, но благоразумно выжидал и не устраивал смотрины для новой зазнобы. Рано или поздно Клара Гавриловна сдастся, она слишком сильно любила сына, но пускай это произойдёт когда-нибудь потом. А пока я ликовала.

- Получил документы на развод, - пробурчал Олег с набитым ртом, - их составил какой-то кретин. Почему ты не обратилась ко мне, я хороший юрист.

Захотелось крикнуть что есть силы: «Именно поэтому!».

Нооо, зубы крепче вместе и улыбаемся. Пускай вместо игривой улыбки получился оскал маньяка, это детали.

- Тебе что-то не понравилось в бумагах? Отметь и мы подумаем, что можем тебе предложить. 

Олег разочарованно оторвал взгляд от тарелки. Его начинало злить мое спокойствие. Шоу теряло актуальность, когда дрессированный зверь отказывался выходить на арену.

- Ты решила получать алименты фиксированной суммой?

- Именно.

- Глупо. 

- Отчего же?

- Ну, мы не чужие друг другу люди, а когда ты ставишь меня в рамки, то показываешь, что не доверяешь мне. 

О эти сладкие попытки манипулировать на чувстве вины, сколько их было съедено мною в браке. Но сегодня я решила не давиться несъедобным: 

- Я доверяю цифрам, они надежнее. 

- Тогда давай условимся на проценте. Что ты будешь делать, если я заключу контракт на партнёрство,