Надеюсь и люблю - Светлана Талан

два года учебы в школе ко мне пытались «клеиться» другие парни, но я не обращала на них внимания. Сережка был для меня самым красивым. Он вытянулся, благодаря занятиям плаванием стал широкоплечим и мускулистым, его всегда веселые, лучистые зеленые глаза, их чистый взгляд очень меня привлекали. Темно-русые волосы, стриженные ежиком, делали его старше, а прямой нос с еле заметной горбинкой и четко очерченный подбородок придавали его лицу мужественности. Может, и были парни красивее Сергея, но мы с детства были вместе и не собирались разлучаться. К тому же его и мои родители всегда одобряли и всячески поощряли нашу дружбу.

Теперь нам было по двадцати одному году, и мы собирались пожениться. После института я устроилась на работу — менеджером в крупную компанию по оптовым продажам. Сергей окончил три курса технаря, отслужил в армии, перевелся на заочное отделение и устроился на химзавод.

Я захлопнула фотоальбом, который механически перелистывала, и открыла шкаф, где в целлофановом чехле висело мое свадебное платье. Не удержавшись от соблазна, я достала его, расчехлила и, подойдя к зеркалу, взглянула на свое отражение. Слегка раскосые большие карие глаза с пушистыми ресницами, красиво изогнутая линия бровей, пышная копна слегка вьющихся волос до плеч, чувственные губы, чуть вздернутый нос, придававший моему лицу немного заносчивый вид. Но чем я действительно могла гордиться, так это кожей. Она была у меня необыкновенно бархатистой, персикового цвета, а на щеках постоянно играл румянец. Шея была, по моему мнению, немного длинноватой, но это меня не смущало. Я повернулась в профиль и придирчиво осмотрела свою грудь. Она была не очень большая, но благодаря округлой форме выглядела весьма привлекательно. Подтянутые ягодицы, тонкая талия… Я подняла халат выше колен и взглянула на ноги. Они у меня были ровные и длинные, но немного худые. «Хорошо хоть не кривые, — подумала я. — А длинноногие девушки всегда мужчинам нравились».

Я приложила белоснежное свадебное платье к своему смуглому телу и решила: «Очень даже неплохо!»

Еще немного покрутившись перед зеркалом, я попыталась вообразить, какие у нас с Сергеем будут дети. «Наверное, очень красивые, если возьмут от своих родителей лучшие черты», — сказала я себе.

Повесив платье в шкаф, я упала на кровать и попробовала представить нашего будущего ребенка. Я слышала, что от большой любви рождаются красивые дети. Любила ли я Сергея? Я не знала. Просто все складывалось само собой. Однако тот факт, что у меня, кроме него, никого не было, уже о чем-то говорил. Значит, я действительно его люблю. Закрыв глаза, я представила сначала мальчика — темноглазого, смуглого, с черными кудряшками и счастливой улыбкой. А если родится девочка? Пусть она будет похожа на Сергея — русые волосы, зеленые глаза, милое личико. «Бред!» — сказала я себе, вспомнив о том, что ближайшие несколько лет мы с Сергеем не планировали заводить детей.

Мои размышления прервал дверной звонок. Я нехотя подошла к двери и глянула в глазок. Ко мне пришла Светка — моя лучшая подруга, а на нашей свадьбе — подружка невесты.

— Привет!

Она влетела в коридор, на ходу чмокнув меня в щеку.

— Привет, Светик. Почему ты так запыхалась? — спросила я раскрасневшуюся подругу.

— А ты на улице была? Тебе хорошо лежать под кондиционером, а там… плюс тридцать пять! Представляешь? — произнесла она, входя в мою комнату.

Света была ниже меня ростом, полноватая, с носом уточкой, круглым лицом и голубыми глазами. Она давно уже красила волосы в белый цвет, хоть я и не советовала ей этого делать. В обычную погоду ей вроде бы и шел этот цвет, но летом от жары у Светы краснело лицо и в обрамлении белых волос напоминало спелый помидор. В зимние морозы было еще хуже: лицо у Светы становилось красным, а нос приобретал фиолетовый оттенок. Но она упорно твердила, что к ее светлой коже идут только белые волосы, и без конца красила их, отчего кончики прядей быстро отмирали, и ей приходилось делать короткую стрижку, из-за которой ее лицо казалось еще более круглым.

Светка бесцеремонно плюхнулась на мою кровать.

— Балдеж! Так жить можно, — сказала она, имея в виду прохладу, создаваемую кондиционером.

— Хорошо, что свадьбу назначили на сентябрь, — сказала я, падая на кровать рядом с подругой, — есть надежда, что такой жары уже не будет.

— А я на примерку ходила. Мне кажется, платье получится неплохое. Но, если будет так же жарко, как сейчас, оно прилипнет ко мне намертво.

— Не переживай, все будет отлично, — заверила я ее.

— А ты не собираешься показать мне свой наряд? — вскочила Света, успевшая прийти в себя после жаркой улицы.

— До свадьбы не положено — плохая примета.

— Это другим не положено, а я подружка невесты. Мне можно. Давай уже, а то сгорю — не от жары, так от любопытства.

— Ну ладно, — сдалась я. — Только тебе, и никому больше.

Я открыла шкаф и торжественно достала зачехленное белоснежное платье.

— Здорово! — Глаза Светки загорелись от возбуждения. — Вот это да!

Я знала, что она часто мне завидовала: я была красивее и удачливее ее. Но я не обижалась на Свету даже за то, что она была тайно влюблена в моего Сергея и была бы не против хоть сейчас впрыгнуть вместо меня в свадебное платье. Отчасти я ее понимала. Отсутствие постоянного мужчины и материальных благ, которые создали мне родители, а также не слишком привлекательная внешность — все это и меня сделало бы завистливой.

— Оно мне идет? — спросила я, вертя платье в руках.

— Ты будешь самой красивой невестой! А что у тебя будет на голове, шляпка или фата?

— Веночек из мелких белых цветочков, украшенный бусинками, и короткая фата, — сказала я, кружась по комнате с платьем на зависть Светке.

— А я, когда буду выходить замуж, надену шляпку, украшенную белыми цветами, — мечтательно закатила глаза подруга.

Я представила ее круглое красное лицо под белоснежной шляпкой и, не выдержав, расхохоталась.

— Что я смешного сказала? — обиженно надула губы подруга.

— Не знаю, — продолжала я смеяться.

— Хватит ржать. Я, кстати, договорилась в парикмахерской, мне разрешат взять на день журнал со свадебными прическами, — сказала Света. — И никакой благодарности!

— Да ты что?! Спасибо, Светик, — обняла я подругу. — Ну, не обижайся на меня. Дура я, дура! Перед свадьбой все такими становятся.

Света рассмеялась от моих слов, перестав дуться.

— А скажи честно, Катюш, тебе хочется выходить замуж? — спросила она серьезно.

— Не знаю, Светик, не знаю, — задумчиво протянула я. — Родители, и мои, и Сережкины, говорят, что пора, сколько, мол, вам