Таточка - Татьяна Стародубцева

ей заниматься уроками в тишине и спокойствии, не отвлекаясь на Тату, которая тоже нуждалась в сосредоточенности. Анна Фёдоровна надеялась, что такое решение будет способствовать успешному обучению обеих дочерей. Она мечтала, чтобы они получили хорошее образование и смогли в будущем найти свое место в жизни. Галочка, выросшая в атмосфере любви и заботы, считала Анну Фёдоровну второй матерью. Она знала, что Анна Фёдоровна всегда поддержит ее и станет надежной опорой в любой ситуации. Теплота, которую подарила Анна Фёдоровна Галочке, навсегда осталась в ее сердце. Она сохранила в себе память о доброте и бескорыстии женщины, которая, несмотря на собственные трудности, открыла двери своего дома для девочки, оставшейся без семьи.

Девочки росли, становились более самостоятельными. Уже не так нуждались в услугах няни, и всё-таки Анна Фёдоровна приглашала её несколько раз в неделю домой, чтобы та помогала по хозяйству. Ей не так нужна была помощь, как хотелось помочь Марье Васильевне заработать хоть что-то и не чувствовать себя одиноко.

Вот началась новая неделя, понедельник для всех прошел очень быстро после выходных. Когда вся семья собралась дома, они обнаружили, что их нянюшка так и не приходила. Она не пришла и в среду. Анна Фёдоровна уже начала беспокоиться и решила в четверг вечером после работы поехать к ней домой. Жила Марья Васильевна почти на окраине, на проспекте Стачек. Чтобы до неё доехать, пришлось ехать на двух трамваях. Осенью стало уже раньше темнеть и передвигаться одной в тёмное время суток, было немного тревожно. Анна Фёдоровна была настроена решительно, и поэтому особо не обращала внимания на весьма странных прохожих, которые видимо тоже возвращались с рабочей смены и по пути заглянули в распивочную. Вид у таких людей был не внушающий доверия, шаткая походка, несвязная речь…

Она дошла до улицы Возрождения, прошла через огороды к двухэтажному деревянному дому. В некоторых окнах горел свет, и это более-менее освещало местность. Подойдя к входной двери, Анна Фёдоровна посмотрела в окна на первом этаже, убедилась, что там кто-то есть, и легонько постучала в дверь.

Внутри промелькнула тень и пропала. Тишина. Тогда Анна Фёдоровна постучала ещё раз. Наконец в окне появилась женщина, судя по выражению лица, она была не очень довольна вечерним визитом.

– Вам кого?

– Добрый вечер, меня зовут Анна Фёдоровна. Я ищу Марью Васильевну. Она не вышла к нам работу, мы беспокоимся…

Женщина с таким же недовольным лицом кивнула на входную дверь

– Пройдите!

Поднявшись по невысоким скрипучим ступенькам крыльца в дом, Анна Фёдоровна подошла к двери квартиры. Та резко открылась, и перед ней предстала та самая суровая женщина. По ней было видно, что она особо не ухаживает за собой, заляпанный халат, перетянутые волосы какой-то несуразной косынкой. За ней была видна небольшая прихожая, переходящая в кухню. В квартире стоял неприятный запах, то ли старых вещей, то ли просто здесь давно не убирались. К этому ещё в нос ударило чем-то жареным, казалось даже, что жарили на этом масле не один раз.

– Простите что так поздно. Здесь проживает Марья Васильевна?

– В больнице она! – Женщина не хотела пускать свою гостью дальше, это было видно по её позе. Она встала со скрещенными руками, прикрывая фигурой кухню и проход дальше.

– Подскажите пожалуйста, а что случилось? Может дадите адрес?

– Плохо ей стало. Сердце вроде бы прихватило.

Анна Фёдоровна немного растерялась, она никак не могла понять, что это за женщина и кем она приходится нянюшке. Ещё она не могла понять, как Марья Васильевна могла здесь жить. Она была таким воздушным чистым существом, ну никак не ассоциировалась с этим грязным местом.

– Прошу прощения за нескромный вопрос, а вы кем ей приходитесь?

– Невестка! Нина… А вы?

– Я Анна Фёдоровна, Марья Васильевна у нас работает. Мы за неё беспокоимся. Может нужна какая-то помощь?

Нина немного задумалась. Особого энтузиазма в ней не чувствовалось, видно свекровь она свою не любила. Но предложение о помощи звучало весьма заманчиво.

Марья Васильевна никогда не жаловалась Родионовым на своё положение. Они уже давно жили вместе – невестка Нина, её сын Василий. У неё была отдельная маленькая комната. Невестка работала на заводе в горячем цеху, вечером позволяла себе выпить и хорошенько выругаться. Василий тоже подпивал, и не раз замахивался на мать, но пока ещё рассудок был при нём, так и не осмелился обидеть Марью Васильевну. Поэтому, для неё работа была отдушиной. Она всё никак не могла поверить, как её родной, горячо любимый сын, когда-то был совсем другим, добрым и весёлым. Как его жизнь превратилась в сплошную тьму и ругань. Как эта женщина – Нина, так крепко связала его, настроила против матери?

– Вы знаете, мы хотели её оставить в больнице. Она стала совсем несносной. Нам некогда с ней возиться!

– Нина, я не могу судить никого. Давайте я заберу её вещи, и она переедет к нам?

Похоже для Нины это был идеальный вариант, было видно, как зажглись её глаза. Она даже немного оживилась.

– А давайте я вас чаем угощу! У меня и наливочка есть!

Анна Фёдоровна еле сдержалась, чтобы не поморщиться от отвращения. Сидеть тут и распивать с этой мерзкой женщиной ей совсем не льстило.

– Благодарю, поздно уже, мне далеко домой добираться. Я бы взяла необходимые вещи…

– Я сейчас вам соберу.

– А где же сын?

– На работе ещё! Проходите, сейчас вещи принесу.

Нина скрылась за маленькой дверкой, которая видимо прикрывала комнату нянюшки. Там что-то загремело, зашуршало. «Интересно, как оно потом это объяснит сыну, что вот просто так собрала вещи матери?» – Пронеслось в голове у Анны Фёдоровны. Вскоре Нина вынесла небольшую сумку с вещами.

– Вот, держите. Это самое необходимое, если что понадобится, приезжайте.

– Хорошо, до свидания, Нина! Ах, да в какой она больнице?

– Вроде здесь недалеко на Стачек, больница Фореля…

Анна Фёдоровна не хотела больше ни секунды задерживаться в этом доме. Она кивнула и быстро вышла из квартиры, спустилась по ступенькам, и не помня страха пошла по темным огородам по направлению к трамвайной остановке…Дома она была поздно.

– Аннушка, родная, мы уже тебя заждались! – В прихожую вышел Павел Иванович, за ним стояла Таточка и Галина.

– Мамуля! Надо было всем вместе ехать. В такую позднь ходила по страшному району!

– Всё хорошо, мои родные. Марья Васильевна в больнице, поедем к ней завтра. Пораньше отпрошусь с работы.

Таточка подбежала к маме, помогла ей снять сапоги, в это время Павел Иванович снимал пальто, бережно обнял жену и провёл в гостиную.

– Ты моя