Изумруды для (не)любимого - Ксюша Иванова

Что ужасного, спросите вы, если уж повезло неожиданно помолодеть?

Я БЕРЕМЕННА! Я не собиралась... Я не могу! Я не желаю! Я была уверена, что в мои сорок два чаша сия уже миновала меня! А теперь вот... Мне предстоит то же самое, чего не смогла пережить моя мать — роды. Так уж случилось, что в нашей семье у всех женщин роды протекают просто адски тяжело. Прабабка тоже родами умерла. Бабушку еле спасли, а вот маму, несмотря на высокий уровень медицины, не смогли уберечь.

Ну, а помимо беременности... Я толстая. Я небритая... вообще нигде! У меня длинные неухоженные волосы... Отеки на ногах. Меня постоянно тошнит. У меня дико ломит спину!

И еще, говорят, у меня имеется муж!

А что если... Я гнала прочь эту жуткую мысль. Но она возвращалась снова и снова, заставляя от ужаса замирать сердце. А что если мой так называемый муж... похож на зеленую Пиппу? Боже мой! Нет-нет, только не это!

Бояться Пиппу я перестала вынужденно. Потому что в тот момент, когда увидела свой огромный беременный живот, от шока потеряла сознание. И точно бы расшибла себе голову о каменную стену, если бы Пиппа не подхватила и не перенесла на руках на кровать.

Пиппа

Второй раз я была уже подготовлена к тому, что именно увижу, когда открывала глаза. Поэтому и вела себя спокойнее...

Пиппа смотрела на меня с опаской. Я на нее с жалостью — при такой-то внешности, наверное, и на улицу страшно выйти. Люди жестоки. Не таких, как они, некрасивых, обижают, не любят.

Мне хотелось расспросить ее, что за странное место такое и как я в него попала. Неужели в нашей стране есть еще города с такими вот жилыми каменными замками, где люди носят старинную одежду, такую, в которую одета Пиппа, и такую, как в виде ночной рубашки была надета на меня.

Я бы, конечно, больше склонялась к тому, что я сплю, и вот это вот все мне просто снится. Но... Какой главный совет получают люди, которые не уверены во сне они находятся или бодрствуют? Правильно! Ущипнуть! Я уж и щипала себе и даже, когда служанка не видела, дергала за волосы, а один раз, когда она нагнулась, чтобы поднять сброшенное мною одеяло, даже отвесила себе пощечину.

Было больно.

Я не спала.

Мне хотелось расспрашивать, но я не знала, с чего начать. Как ни спроси, в любом случае будешь выглядеть сумасшедшей. Ну, вдруг это мое перемещение во сне — это чья-то странная шутка, или... что вообще приводило меня в ужас, вдруг я сама сюда приехала и потеряла память?

— Пиппа? А где ночевал сегодня мой муж? — спросила и тут же поняла, что промахнулась! Чудовище смотрело на меня с таким нескрываемым ужасом, словно я сошла с ума (что, кстати, тоже может быть объяснением всего происходящего).

— Так он же... ик, — видимо, от нервного напряжения у нее случился приступ икоты, потом Пиппа помолчала немного, наверное, ожидая, что я сама "вспомню", где находится мой благоверный. Но так как я не вспомнила, ей пришлось продолжить. — На войне же... Ширбасы напали на нашу деревушку на севере герцогства. И он по призыву короля поехал усмирять дикарей.

— А-а-а, точно! — я постаралась изо всех сил притвориться вспоминающей, но, судя по взгляду Чудовища (а я уже немного научилась понимать ее взгляды), сделала это отвратительно. — Что-то у меня с головой сегодня...

— Это, видимо, из-за дитя. Я как-то слышала, что младенцы герольтов, — Пиппа понизила голос и наклонилась к моему уху, а я насторожилась, желая услышать про этих младенцев. — В голодные времена пожирали своих матерей изнутри!

О, Боже! Как пожирали? Чем? У них, что, зубы есть?

Мне снова стало дурно. Тяжело дыша, я замахала обеими ладонями себе в лицо, стараясь немного охладиться и все-таки не рухнуть в обморок снова.

Мой муж... герол... Кто? Что это за существо, вообще? Он хоть на человека похож?

И если ребенок сожрет меня изнутри, то я даже до родов не доживу!

Пока я пыталась отдышаться, а Пиппа испуганно на меня пялилась, в дверь снова кто-то начал ломиться.

— Госпожа, можно я открою дверь Пэрис? — спросила Пиппа. — Она принесла вам завтрак...

Сердце от ужаса подскочило к горлу, но я усилием воли вернула его обратно. Нет, ну, рано или поздно ведь все равно придется выйти из комнаты. Надо же как-то понять, что со мной, где я и как это вообще возможно и, самое главное, как мне всё вернуть обратно!

И опять же. Завтрак мне просто жизненно необходим, чтобы не оказаться съеденной изнутри.

— Открывай!

3 глава. Успехи переговорщиков, оброк и другие неприятности

Пэрис оказалась обычной женщиной, не зеленой. Достаточно привлекательно и достаточно молодой... Уж точно не старше меня настоящей.

Пэрис

Поставив поднос на столик, она почтительно поклонилась, как-то уж слишком подозрительно, недобро зыркнув на меня.

— Госпожа! Царские сборщики прибыли! Требуют монеты в счет уплаты оброка.

Оброк — это типа налога что-то? Из курса школьной истории осталось в памяти немногое, но, чуть успокоившись, я хотя бы уже не удивлялась каждому слову, каждой услышанной фразе.

То есть я кому-то должна что-то там уплатить? Раз уж они требуют...

За моей спиной испуганно ахнула Пиппа, да и озабоченный вид Пэрис тоже многое мне подсказал. Платить, я так понимаю, нечем? Так, а я что в таком случае должна сделать? У меня есть какие-то средства? Или нужно как-то уговорить этих сборщиков отложить платеж? В конце концов, хозяина-то дома нет...

Господи, о чем я думаю-то? О чем?

Мне нужно думать о том, как вернуться домой! Мне нужно понять, как я сюда попала, что это за место, а я собираюсь какой-то там оброк отдавать!

Но непонятное такое чувство, ощущение, словно чей-то голос в голове, подсказывало, нашептывало, что мне нельзя задавать вопросы. И уж тем более нельзя признаваться в том, что я на самом деле никакая не "госпожа", а вполне себе обычная женщина — Снегова Дарья Васильевна, ведущий менеджер сети магазинов, незамужняя, не имеющая (и, если честно, не желающая иметь) детей...

Подчиняясь этой своей внезапно проснувшейся интуиции, а также рукам своих служанок, я быстро оделась в длинную белую рубаху, такое же длинное шерстяное, украшенное сверху тесьмой и кружевом и перехваченное поясом над моим необъятным животом, платье. Волосы