Акушерку вызывали? или Две полоски на удачу - Ольга Иванова

- Но твой Витя ведь не врач, - напомнила я.

- Ну да, не врач, а пациент, - засмеялась подруга. - Точнее, брат пациентки. Но все ведь равно я нашла его в нашем роддоме. Так что… Кстати, - она вмиг посерьёзнела. - Я ж завтра снова иду… В последний раз. Больше шансов не будет.

Женя с мужем уже семь лет безуспешно пытались завести ребенка. Прибегли даже к эко, но пять попыток тоже окончились ничем. Считается, что после шестой неудачной попытки стоит задуматься о целесообразности этой процедуры. Именно это сейчас и имела в виду подруга.

- Всё будет хорошо, - как можно увереннее сказала я. - На этот раз точно получится. Главное, не волнуйся.

Женя слабо улыбнулась и нервно заправила за ухо короткую прядь темных волос:

- Мне очень хочется верить в это.

Я подбадривающе сжала ее руку и повторила с нажимом:

- Всё будет хорошо.

- Ладно, иди уже, - отмахнулась подруга, возвращаясь в прежнее бодрое расположение духа. - А то опоздаешь на свой прием.

- Да, побежала, - спохватилась я и чмокнула дочку в макушку. - Веди себя хорошо, слушайся тетю Женю.

- Ага, - охотно кивнула Соня.

- Не забудь, что в два часа Кравицкий устраивает собрание, - догнали меня слова подруги уже в дверях.

Я застыла на месте. Сердце пропустило удар.

- Кто? - уточнила я, не оборачиваясь.

- Зав отделением наш новый. Или он не Кравицкий? Но что-то похожее на это. Может, Карецкий? Или Крилицкий? - забормотала Женя и стала суетливо перебирать бумаги. - Сейчас, я ж где-то записала себе… Ты ж знаешь, я не надеюсь на свою память. Да где же это?

- Да бог с ним, найдешь потом, - бросила я через плечо и торопливо вышла.

Сердце всё ещё гулко билось. Нет, Женя наверняка ошиблась. Это не может быть ОН. Никак не может. Его даже в стране давно нет. Ровно столько же, как и нет в моей жизни. Поэтому и думать об этом не стоит.

Не стоит.

В консультативное отделение я едва успела. Переодевалась почти на ходу и в кабинет влетела на минуту позже начала приема. Медсестра Марина посмотрела на меня, изогнув свою соболиную бровь, но ничего не сказала.

- Проходите, - бросила я брюнетке, сидевшей у кабинета первой, и придержала ей дверь.

Та зашла следом за мной, обнимая свой огромный живот. «Тридцать седьмая - тридцать восьмая неделя», - определила я на глаз и открыла ее медицинскую карту.

- Меня направил к вам участковый гинеколог, - произнесла пациентка, растягивая слова. - Ей что-то не понравилось в моем животе…

«Валеева Ангелина Юрьевна, 29 лет, первая беременность, - быстро прочитала я. - 34 недели».

- И это все, что она сказала? - вздохнула я, ища в карточке хоть какие-то намеки на подозрения и предполагаемый диагноз. Иногда халатность некоторых моих коллег просто поражала.

- Ну да, - девушка поморщилась и погладила живот. - У меня там что-то тянет и давит. Но ведь для родов ещё рано, да?

- Рановато, - я посмотрела на неё. - Как себя вообще чувствуете? Отеки? Одышка? Дышать бывает тяжело? Давление высокое?

- Да, да, - закивала она. - И голова кружится часто.

- Что ж, Ангелина Юрьевна, будем разбираться, что с вами, - сказала я, уже подозревая, с чем эти состояния могут быть связаны.

Первичный осмотр с пальпацией живота, к сожалению, подтвердил эти подозрения, а УЗИ только закрепила их.

- Вам никогда не ставили многоводие? - осторожно уточнила я у пациентки.

- Нет, а это опасно? - забеспокоилась та.

Увы. И острая форма опаснее хронической. А у нас тут, кажется, именно острая.

- Ничем не болели в последнее время? - спросила я, игнорируя ее вопрос.

- Месяц назад подхватила какую-то заразу, похожую на грипп, - ответила девушка. - Но, вроде, выкарабкалась.

- Значит так, Ангелина Юрьевна, - я подала ей салфетку, чтобы вытереть с живота гель, - я направляю вас в стационар. Проведем дополнительные обследования, побудете заодно под присмотром врачей…

- Не хочу я в стационар! - запаниковала тут же Ангелина Юрьевна. - Я лучше дома полечусь!

Стандартная реакция.

- Ваше состояние опасно для вашего ребенка, - сохраняя спокойствие, ответила я. - Вы же не хотите, чтобы он родился раньше времени?

О том, что он может родиться вовсе нездоровым, я пока умолчала. Пациентки обычно и так напуганы из-за необходимости лечь в стационар, поэтому я предпочитала давать им информацию дозировано, чтобы не вызвать ещё больший стресс. А тот, в свою очередь, ухудшил бы состояние.

- Не хочу, - девушка замотала головой.

- Тогда вас сейчас же переведут в стационар, - продолжила я. - Можете позвонить кому-то из родных, чтобы привезли вам необходимые вещи.

- А я разве не смогу сама съездить…

- Нет. Не советую. Во благо вашего же малыша, - мягко, но настойчиво повторила я. - И не нервничаем, ждем результатов полного обследования и делаем уже тогда все выводы, договорились?

Кивок.

- Марина, - обратилась я уже к медсестре, - пометь тогда помимо общего и биохимии, анализы на инфекции, глюкозу… И, конечно же, полное обследование плода. Проводи Ангелину Юрьевну в патологию, попроси сделать все срочно. Я после приема зайду, посмотрю результаты.

Когда медсестра с пациенткой ушли, я быстро набрала в телефоне сообщение Жене: «Как вы там?»

«Всё хорошо. Рисуем», - получила быстрый ответ.

Выдохнув с облегчением, я позвала следующую пациентку.

За время приема я ещё несколько раз писала Жене, чтобы убедиться, что с дочкой все в порядке. Хотела заглянуть к ним после приема, но меня вызвали на экстренное кесарево, а там сразу и к плановому пришлось перейти, сместив его на полчаса.

Освободилась я около часа и сразу помчалась проверить дочку, однако в коридоре столкнулась с взволнованной Женей.

- Соня куда-то убежала, - выпалила она сразу. - Я оставила ее на десять минут. Меня позвали в третью операционную, у них там чп